Наталья Соколан-Андреева – Небеса могут подождать (страница 8)

Перо описывало в воздухе дуги и петли, которые сливались в единый, непрерывный узор. Солнце, пробиваясь сквозь пыль, зажигало в переливающемся опахале пера крошечные искры. Алесса забыла о достоинстве плавных линий, о тишине, живущей в запястье. Она смеялась, когда перо ускользало, и чувствовала прилив чистой, ничем не замутнённой радости, когда после особенно сложного обмена ударами оно всё же мягко опускалось на её веер. Эта новая, шумная гармония рвалась из неё наружу вместе с дыханием и стуком сердца. Застывшие иероглифы пылали, пока полностью не сгорели в жаре игры.

Они сидели на обочине дороги, уже в сумерках, деля принесённые Арбисом лепёшки из грубой муки. Он рассказывал о жизни в ремесленном квартале, о своём отце-гончаре, о вечном запахе глины и обжиговой печи. Алесса слушала, широко раскрыв глаза. Этот мир был так же далёк от её вселенной шёлка, музыки и политических бесед, как луна от земли.

– А тебя… правда отдадут замуж за демона? – вдруг спросил Арбис, не глядя на неё, сжимая в кулаке камешек.

Слово «отдадут» резануло Алессу. Оно звучало так, будто речь о вещи.

– Отец говорит, что это укрепит мир. Союз старых врагов. Это почётно, – произнесла она заученную фразу, но в её голосе не было уверенности.

– Демоны… они же страшные, – пробормотал Арбис, – у них рога, и кожа красная, и говорят они грубо. Я одного видел на рынке.

– Не все, – автоматически возразила Алесса, хотя сама видела демонов лишь издали, во время официальных процессий, – говорят, среди них есть мудрецы и великие воины. Отец говорит, что нам нужно учиться жить рядом.

– Но он же не заставит тебя, если ты не захочешь? – в голосе Арбиса прозвучала наивная, детская надежда на справедливость.

Алесса не нашла, что ответить. Она посмотрела на свой новый каменный амулет, лежавший на ладони. Волнистые линии, выцарапанные Арбисом, казались ей теперь настоящими письменами – письменами другого мира, суматошного, хаотичного и такого далёкого от её предопределённой судьбы.

– Мне пора, – тихо сказала она.

Они попрощались. Возвращаясь в сад, Алесса чувствовала странную тяжесть в груди, смешанную с лёгкостью. Она прятала камень в складках платья, когда к ней приблизилась фигура в тени кипариса. Это был не отец, а её дядя, Кай д’Эриан, младший брат Элиана. Человек со спокойным, внимательным лицом, чьи глаза всегда казались знающими чуть больше, чем следовало.

– Интересный экземпляр, – мягко произнёс он, глядя на сомкнувшуюся за ней калитку, – простой камень, но несущий отпечаток двух стихий – воды, его сформировавшей, и огня, что горел в сердце того, кто его подарил.

Алесса замерла, не зная, что сказать. Дядя Кай редко разговаривал с кем-то кроме духовных наставников.

– Мир, который строит твой отец, Лесс, – это мир компромиссов и порядка, – продолжил он, глядя куда-то поверх её головы, – но иногда самые прочные мосты строятся не из камня и договоров, а страсть скрепляет сильнее долга. Не забывай об этом, когда окажешься по ту сторону стены.

Он кивнул ей и растворился в сумерках сада, оставив Алессу наедине с наступающей ночью и новым, тревожным пониманием: её жизнь, такая упорядоченная, была лишь тонким фарфоровым сосудом, внутри которого уже начинало булькать и клокотать нечто неизведанное, тёплое и пугающее, как прикосновение к живому, пульсирующему камню.

Глава 4

Стражник вернул Рэм в клетку. Ничуть не смущаясь своего полуголого вида, девушка дождалась пока демон вернется на свой пост и поспешно обернулась к трем мужчинам, стоящим в углу.

– Здравствуйте, в прошлый раз у нас не получилось полноценно познакомиться, – она быстро активировала кольцо и погрузила руку в прохладу хранилища. Бездонным оно называлось лишь номинально, ее подпространство было размером с шкаф, дёшево и сердито, как раз ей по нраву.

– Меня зовут Рэм, – продолжала говорить девушка, наконец найдя запасные одежды, – если я снова окажусь в подобном положении что была раньше, буду вам очень благодарна если окажете мне посильную помощь,– она уже сняла остатки своих изорванных одежд, оставшись в повязке на груди и нижних штанах.

– Я ничуть не сержусь, что вы не помогли мне раньше, – ее голос стал чуть глуше, когда она через голову надевала запасной халат, – сейчас мы с вами, так сказать, в одной лодке, и должны действовать заодно.

Первым пришел в себя Косто, и пока Рэм переводила дух поспешил ответить:

– Простите госпожа заклинательница, мы не решились вас трогать.

Рэм небрежно махнула рукой.

– Не важно, расскажите, что знаете об этом месте, как давно вы здесь, знаете ли, что замыслили демоны? – стоило, наверное, выслушать ответ хоть на один вопрос, но Рэм провела молча так много часов и натерпелась такого стресса, что остановить поток ее болтовни было трудно.

Старички смотрели на нее широко раскрытыми глазами, но хоть молодой мужчина поборол свою робость и стал вставлять реплики, когда заклинательница набирала воздуха в грудь для новой порции вопросов.

– Мы здесь недавно …

– Тут ходят патрули? На ночь выставляют дозорных? Вас выпускают по нужде?

–… и толком ничего не знаем…

– Вы слышали что-нибудь? Видели ли еще людей здесь? – Рэм заметила укоризненный взгляд Косто, – хорошо, я слушаю.

– Патрулей мы не видели, ночная стража меняется каждые 4 часа, по нужде надо проситься, – он указал на кусты неподалеку от клетки, среди которых Рэм мерещился опасный блеск хищных глаз.

– Хорошо, ладно, – заклинательнице нужно было подумать. Мало того, что она попала в такую передрягу, так еще, судя по всему, весь северный регион, отделенный от остальных людских земель сумрачными горами, сейчас в большой опасности. Если не предупредить людей, последствия будут катастрофическими. Хотя даже если она прямо сейчас окажется перед императором и убедит его мобилизовать армию, то огромных людских потерь не избежать. Демоны в любом случае успеют занять несколько стратегически важных точек, вопрос в том, чтобы не дать им оттуда развернуть полноценное наступление на людские земли. Новая разрушительная война была на пороге. В прошлой войне люди одержали победу лишь благодаря чудовищному катаклизму в землях демонов. У тех случились перебои с поставками провианта и боеприпасов, а самое главное источника духовных сил – камней в избытке добываемых из недр демонических земель. Огромные потери заставили демонов отказаться от захватнических планов и отступить.

Пока эти мысли занимали голову заклинательницы, она проводила инспекцию хранилища. Без особой надежды найти что-то полезное, она машинально отмечала: несколько огненных талисманов чтобы без лишних трат энергии разжечь костер в мокрую погоду, гамак и палатка, теплый плащ, пара комплектов белья, котелок, небольшой запас вяленого мяса и черствых лепешек и ее драгоценное сокровище, чуть более 2-х десятков духовных камней, но сейчас они были абсолютно бесполезны. А также расческа и всякие милые женскому сердцу безделушки. Негусто. Что поможет выбраться из этой истории? Заклинательница бросила взгляд на своих «сокамерников», у них не было ничего кроме одежды. Она подавила разочарованный вздох.

– У вас есть идеи как отсюда выбраться?

Ответом ей была тишина.

– Мне нужно подумать, – Рэм села в позу лотоса лицом к лагерю и, расслабившись, стала наблюдать из-под опущенных век за происходящим вокруг. Ночь уже вступила в свои права, все меньше было слоняющихся туда-сюда демонов, большинство уже улеглись на свои циновки у костров, и храпели, наполняя лагерь размеренным шумом. Вскоре заклинательница завидела знакомую фигурку, направляющуюся в их сторону. Мальчишка даже не смотрел на нее, подойдя ближе, он сделал вид что завязывает шнурки, наклонившись заговорил, не поворачивая головы. Слух у заклинателей был отменный, поэтому Рэм без труда разобрала его слова.

– После полуночи я открою клетку, дальше сами, держитесь северо-восточного направления, – не дав заклинательнице возможности даже кивнуть в ответ, он зашагал дальше, как ни в чём не бывало.

Рэм наконец смогла расслабиться, есть время восстановить силы, и приготовиться.

В углу тихо перешептывались селяне и Рэм невольно подслушала чужой разговор.

– Если утром клетка будет пуста, они объявят выступление немедленно – говорил один из старичков. Рэм сама об этом думала, но в первую очередь надо сбежать, а что делать дальше она решит потом.

– Ты прав брат, наша деревня окажется прямо на их пути, никто не успеет прийти на помощь, – горестный вздох раздался в тишине.

– И что нам делать? – это уже говорил Косто.

– Если заклинательница останется здесь, возможно они и не обратят внимания на пропажу одного пленника, – явно намекая на своего сына говорил старик.

А дедок то не промах, возмутилась про себя Рэм, а может молодчику еще припасов в дорогу дать и в лобик чмокнуть? Только благодаря ей у них вообще появилась возможность отсюда смыться. Неблагодарные.

Трое шепчущихся косились на заклинательницу, неподвижно сидящую в позе лотоса. Неожиданная радость сменилась отчаяньем, если мальчишка откроет клеть, двум старикам не составит труда заткнуть ей рот и удерживать пока их родственничек преспокойненько уйдет из лагеря предупреждать своих в деревне о грозящей опасности. А совесть Рэм не позволит поднять большой шум, лучше уж уйдет хоть один, чем вообще никто. Опасные альтруистические чувства глубоко сидели в сердце девушки.