Наталья Шевцова – Вездесущая Зефирка и Дракон в шоколаде - 2 (страница 47)
Дэмиан с такой силой стиснул зубы, что заныла челюсть.
Ну вот и куда ты смотришь?! И дыши! Дыши, я сказал!
Он с шумом втянул сквозь стиснутые зубы соленый морской воздух.
Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вот так, молодец… И в глаза смотри, а не на… В глаза, я сказал! Они выше! Чтоб тебя!
Он резко вскинул голову и… нахмурился.
С глазами определенно было что-то не так.
Они смотрели прямо на него, но в них не было ни тени узнавания, лишь только плескавшийся в них ужас.
— Аннет, — хрипло выдохнул он, проведя ладонью перед её лицом.
Никаких изменений.
Неподвижные, расширенные зрачки никак не отреагировали.
Он слегка потряс её за плечи.
— Аннет?!
Её мокрые, посиневшие от воды, но при этом потрескавшиеся от жары губы шевельнулись.
— Отпустите, — жалобно попросила она. — Не возвращайте меня туда, пожалуйста. Пожалейте. У меня ступни до мяса обгорели.
— Ступни?.. Обгорели?.. До мяса?.. — тупо переспросил он.
Тупил он впрочем недолго — буквально через секунду лицо его осветила догадка и он облегченно выдохнул.
Сам он никогда не сталкивался с бродящими во сне, но слышал о них.
Перед ним не самоубийца, а лунатик! Она просто не понимает, что делает. Она спит! Вот почему она смотрит на него, но не видит!
— Да, — между тем, содрогнувшись всем телом, подтвердила женщина и снова умоляюще попросила: — Пожалейте. Не возвращайте меня туда.
«Лунатиков нельзя будить», — всплыло откуда-то из дальних закоулков памяти. «Кто ему это говорил?.. А! Не важно!» — отмахнулся он, но «совету» последовал:
— Туда, это куда?.. — стараясь говорить как можно мягче и тише, уточнил он.
— В ад.
Он нахмурился. Он понятия не имел, что такое ад. Однако, догадаться, что это место, которого она боится, было несложно.
— В ад?.. Это там, где вы обожгли свои ступни?..
— Да. Там везде огонь и реки тоже огненные…
Порыв ветра — первый за всю эту душную, неподвижную ночь — прокатился по морской глади и бросил Дэмиану в лицо горсть солёных брызг. Где-то далеко, за горизонтом, небо беззвучно вспыхнуло бледной, разветвлённой трещиной, расколовшей непроглядную черноту от края до края.
Гроза. Вот только её как раз сейчас и не хватало!
Он посмотрел на женщину, которую била крупная дрожь. На её отрешённое, залитое мокрыми прядями лицо. На остекленевший, устремлённый в никуда, полный ужаса взгляд.
Он не знал, что женщине снилось, но надвигающаяся буря была явно не тем, что способно мягко вырвать человека из лап ночного кошмара. Резкие вспышки света и грохот небес скорее усугубят её панику, окончательно стерев для неё зыбкую грань между дурным сном и реальностью. Если гром грянет прямо сейчас, её рассудок может просто не выдержать.
Нужно было срочно уводить её на берег. В тепло и безопасность.
— Нет, конечно же, я не верну вас туда, — заверил он. — Если вы позволите, я отнесу вас в безопасное место. Вы позволите?..
Она испуганно отпрянула. Её и так широко распахнутые глаза, расширились ещё больше.
— Аннет, я не причиню вам вреда, — прошептал он. — Клянусь!
Она моргнула. Раз, другой, третий.
— Ваш голос… Он кажется мне знакомым. Я вас знаю?..
— Да, — подтвердил Дэмиан. — Вы меня знаете и доверяете мне. Вы знаете, что я никогда не причиню вам вреда, — добавил он и, не дожидаясь её окончательного решения, одним бережным, плавным движением он — правую руку под колени, левую под спину — подхватил её на руки.
Для своего роста и комплекции она оказалась легче, чем он ожидал — да уж, адреналин и неутоленное желание нехило так восстановили его силы.
Вздрогнув всем телом, женщина охнула, но вырываться не стала — наоборот, тихо и жалобно всхлипнув, свернулась калачиком и, подтянув колени к груди, прижалась всем телом к нему.
Лоб её уткнулся ему в шею. Мокрые волосы защекотали ключицу. Пальцы по-детски вцепились в ворот его рубашки.
Дэмиан сглотнул.
Закрыл глаза.
Открыл, посмотрел в кромешное, набрякшее тучами небо, адресовал кому-то там наверху, развёрнутое, витиеватое и весьма нецензурное послание, суть которого сводилась к одному-единственному вопросу: за что?
И побрёл к берегу.
Ответом небесного зубоскала стал дождь.
Первая капля — тяжёлая, как свинцовая дробинка — упала на макушку. За ней вторая. Третья. После которой дождь перестал осторожничать и обрушился стеной — хлёсткой, злой, ледяной. Бьющей в лицо, в глаза, в спину — одновременно, со всех сторон.
— Спасибо за душ! Температурка как раз такая, какая нужно! — иронично хмыкнул Дэмиан. — Ты настоящий друг!
«Друг» ответил ему раскатистым смехом и подмигнул ветвистой молнией.
Женщина в его руках недовольно поморщила нос, мол, гремят тут всякие, спать мешают — не просыпаясь, подняла руку и в попытке прикрыть лицо от яркого света молнии — хлестнула его ладонью по щеке.
От неожиданности Дэмиан дернулся и, оступившись в мокром песке, чуть не потерял равновесия.
— Эй осторожней… — пробормотал он и предупредил: — Упаду я, упадете и вы!
— Холодно! — пожаловалась ему женщина и прижалась к нему еще крепче.
«Друг» снова раскатисто заржал и подмигнул.
Дэмиан втянул воздух сквозь зубы.
Медленно выдохнул.
Посмотрел вниз — на прижавшуюся к его груди мокрую макушку. Потом вверх — на продолжавшее смеяться над ним небо, и обиженно пробурчал:
— Ничего не вижу смешного…
Глава 40
Блаженная, исцеляющая прохлада только-только начала окутывать мое измученное жаром тело, когда ночную тишину разорвал громовой, властный окрик:
— Стойте!
Звук ударил по натянутым нервам, как хлыст. Я вздрогнула всем телом — от макушки до кончиков пальцев на ногах и рванулась вперед, в спасительную глубину, но вода, еще секунду назад казавшаяся такой ласковой, теперь превратилась в вязкую преграду…
Паника, слепая и первобытная, затопила сознание.
Неужели демоны раскаленной пустоши всё же настигли меня?! И теперь хотят утащить обратно! Обратно на пылающие камни! Обратно туда, где слепящее белое небо, в жар, от которого трескается кожа и плавятся кости!
Нет! Только не это!
Нет, нет и нет!
Я не вернусь туда!