Наталья Шевцова – Астро-Сказочный Подвох (страница 6)

– Ага! И попросил нас быть ему ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО другом! Причем верным и терпеливым! – ядовито хмыкнул Меркурий.

– Но мы, вроде как, не должны обижаться, мы же Андрэ любим! – напомнила Луна.

– Любим! Потому что там все ясно и понятно! А мы любим, когда понятно… – флегматично согласился Меркурий.

– Тоже мне защитник нашелся! – негодовало Солнце. – Ни стыда и совести! Я тебя использую, Диана, но и защищаю!

– Суеверный, надутый индюк! – поддакнул Юпитер, – Собака на сене! Вот он кто! Они нам нужны были, его откровения? Мы же прекрасно жили, злясь на него и не понимая причин его поведения! А теперь, что? Может он нам еще, и молиться на него прикажет? И обращаться к нему типа: О, великий и благородный Рауль, жертвующий собой ради благополучия своих подданных!

– А мне его жалко, – подала тоненький голосок Луна, – он так печально смотрит! И он же прощения попросил!

– Согласна, – поддакнула Венера, – выглядит он очень несчастным…

– Так что? Возьмем и дружбой осчастливим? – съязвило Солнце.

– А почему бы и нет? – вступился Юпитер, – не один он, поди, благородный у нас. Мы ради благополучия королевства и не на такое способны!

– И потом мы любим Андрэ! – ворчливо напомнил Сатурн, – значит, дружба – это то, что нам нужно, – напутственно продолжил он.

– Угу! – вздохнула Венера.

– Угу! – еще глубже вздохнул Марс.

– А я вот не понимаю! – вдруг взъерепенился Меркурий, – он же сам говорил, что «звезды предполагают, а человек располагает»…

– Он, просто, не хочет рисковать… – угрюмо объяснил Плутон.

– Трус, потому что! – сделал заключение Марс.

– Скорее перестраховщик он! – дипломатично поправило категоричного коллегу Солнце».

– Ди-а-а-а-а-а-на… – вырвал меня из затянувшихся раздумий голос принца, – не молчи… ответь что-нибудь…

– А не ты ли мне говорил, что «звезды предполагают, а человек располагает»? – с вызовом напомнила я. – Извини, но в свете этой фразы, твоя типа жертва выглядит несколько притянутой за уши…

– Ди, сначала я должен разобраться, что к чему. Я составил план действий: сначала заговор, потом проблема с Кощеем, затем проклятие, уничтожающее мой род, а потом уже придет очередь и…

– Ах, да, очередь! Как я сама не додумалась… – сардонически выдала я.

– Я знал, что ты меня поймешь! – обрадовался его наивное высочество, ни разу не заметив моей иронии.

На самом деле, я не понимала от слова «совсем». Наоборот, я считала его предложение о том, что я должна встать в очередь, дабы там ожидать, когда она до меня дойдет – оскорбительным. И я даже уже открыла рот, чтобы ему об этом ему сообщить, как вдруг…

Глава 7

– А мальчик-то наш дело говорит! – просто ниоткуда раздался голос центральной левой драконьей головы и, по совместительству, судя по всему, адвоката его высочества.

– Ты это про очередь, что ли? – сварливо вопросила центральная правая драконья голова, материализовавшаяся в воздухе.

«А центральная правая-то на нашей стороне! – озвучил очевидное мой Меркурий».

– Ну, да, выразился он слегка… хмммм… неуклюже…, зато честно! – попыталась оправдать прямолинейное высочество центральная левая и тоже материализовалась.

– Коллега, давайте называть вещи своими именами: это было тупо, грубо и без обиняков! – продолжал гнуть свое мой адвокат.

– А разница? – продолжала оправдывать своего подзащитного центральная левая.

– Девочку нашу, ваш мальчик обидел! – всхлипнула центральная правая и по ее щеке скатилась драконьих размеров слеза (в смысле, ну, очень большая) – мне за нее сейчас так обидно стало, аж до слез! Вот смотрю теперь на него, и думаю, и как бы так наказать паршивца, чтобы запомнил, что девушек обижать нельзя! – слеза между тем пролилась на пол, но пока летела, твердела и твердела и твердела…, в общем, об пол она грохнулась уже булыжником, размером где-то с гусиное яйцо, и, по-видимому, совершенно неслучайно, тютелька в тютельку, в миллиметре от левой ноги принца.

– Наказать? За что? – подскочил не на шутку испуганный высочество. Ну, а кто бы не подскочил на его месте? Когда тут перспектива быть закиданным булыжниками – вырисовывается, прямо скажем, отнюдь не призрачная, а самая что ни на есть реальная.

– Деликатней надо быть, деликатней… – ехидно объяснила центральная правая, – особенно, когда правду говоришь!

– Вот-вот…и еще тактичней… и дипломатичней… и продуманней… и утонченней… и галантней… – материализовывались и инструктировали принца по очереди вторая, третья и так далее до самой крайней правые драконьи головы поучительным, очень высоким и очень противным фальцетом, – потому что простота…, она хуже воровства! – резюмировала общее мнение правых центральная.

– Но правда – есть правда, как ее не подай, – снова вступилась центральная левая за своего подзащитного. Нельзя им сейчас друг другом увлекаться, никак нельзя! Мальчик дело говорит! Вы ведь и сами это понимаете, коллеги?! НЕ-СВО-ЕВ-РЕ-МЕ-Н-НО!!!

В ответ вместо ответа раздались всхлипы. Однако теперь центральная правая рыдала не одна, а с группой поддержки, включающей всех правых.

– Девочку жалко! – всхлипнули, все шесть правых голов. Правда, к счастью, для подследственного сейчас высочества все шесть рыдали на сухую, то есть без слез, а значит избиение его высочества булыжниками – пока не планировалось.

– Прекратить истерику! – укоризненно шикнула центральная и еще пять левых, невидимых сейчас голов, – сплошная морока с вами творческими, чувствительно-интуитивными натурами! – обобщила и выдала общее мнение левых центральная голова.

– Оригинальненько! – удивленно воскликнул мой Меркурий, – а у Звездного Дракона, оказывается, левые головы выполняют функцию левого полушария человеческого мозга, а правые, соответственно, выполняют функцию правого полушария. – Ух, ты! Чудна, получается, драконья анатомия!

– Это нам морока с вами, с натурами логическими и рассудительными! – между тем, парировала центральная, а все остальные правые согласно кивали. – Потому что у вас никакого воображения! Рационалы бесчувственные! – добавила центральная правая.

– От иррационала легковозбудимого слышу! – оскорбилась центральная левая.

– Коллеги, коллеги! Давайте не будем ссориться, – материализовалась крайняя левая, – Коллеги? Ну, право, что вы, коллеги?! – вторая от края левая разволновалась так, что даже растерялась, – Ведь мы с вами все многократно обсудили и пришли к консенсусу! Ну, и чего нюни-то спрашивается, распустили?

– Настроение у нас такое… плаксивое, – капризно хмыкнула центральная правая.

– И еще… раздражает… эта ваша не-сво-ев-ре-ме-н-но-сть – вечная драма, где есть он и она! – поддакнула крайняя правая и опять всхлипнула.

– Уважаемые правые! Так обсуждали мы это уже двадцать четыре раза, для каждой иррационально-мыслящей головы – четырежды объясняли и проговаривали! Что опять двадцать пять?! – вскипела центральная левая.

– Коллеги правого сектора, скажите, – тоном психотерапевта произнесла крайняя левая, разряжая нервно напрягшуюся обстановку, – что мы можем для вас теперь сделать?

– Вы ничего не можете! – сообщили правые, – а вот он может! – все шесть правых укоризненно-ожидающе уставились на потерявшееся в своих догадках высочество.

– И что я могу? – очень осторожно поинтересовался так и не пришедший к пониманию, а что собственно от него ожидается, принц.

– Клятву дать! – как само собой разумеющееся предложили правые. А затем страшным голосом добавили: – И скрепи ее кольцом! – и разочарованно выдохнули: – Виданное ли дело, чтобы свадьба через неделю, а жених невесте до сих пор кольцо не презентовал!

– Кольцо! Ох! Совсем забыл, дракон меня подери! – воскликнул высочество, хлопнув себя по карману.

– И подеру! Ой, как подеру! С удовольствием подеру! Забывчивый ты наш, так что склероз надолго забудет к тебе дорогу! – искренне пообещали все двенадцать драконьих голов.

– А к-к-к-ка-к-к-кую… клятву? – это была я. Не знаю почему, но пугала меня эта клятва.

– Клятву Ту-у-у-ба-а-а-а-ан! – тонким голосом забияки произнесла центральная правая, и продолжила, но уже голосом мессии, – вот эту, так что слушаем и запоминаем: «Клянусь быть поддержкой и опорой моей Тубан! Клянусь быть рядом с ней в минуты отчаяния и мгновения торжества. Клянусь уважать и доверять ей как самому себе, признавать заслуги и воздавать должное. Клянусь дорожить и оберегать, а также делиться надеждами, мыслями и мечтами» – совсем уж кровожадно закончила она.

– Э-э-это значит, и я тоже должна буду? – озадачилась я. – Это же как бы слишком личное… делиться надеждами, мыслями и мечтами…, а мы с ним не настолько близко знакомы…

– А я готов принести эту клятву! – обреченным, но твердым голосом сообщил его высочество.

– Готов? Ты уверен? – опешила я.

– Готов, – кивнул он, – Если так я верну твое доверие, то я готов!

– Диана, кстати, хочу сразу тебя предупредить, что после произнесения клятвы… у тебя… со свадьбы сбежать уже не получиться! – «заботливо» проинформировала меня центральная левая.

– Что-о-о-о-о? – Принц аж сел… на пол… – ты планировала со свадьбы сбежать?

– Угм-м… извини… – потупила я глазки, – ну, хорошо, я тоже готова! А вы батенька дракон – шантажист еще тот! – все же не осталась я в долгу.

– Та, да! – вздохнули все головы сразу и правые и левые, – такое кино сами себе отменили! Сами не рады!