Наталья Шагаева – Квест. Сердце хищника (страница 44)
Я ещё не верю в то, что Техник сошёл с ума. Мне кажется, что нас снова преследуют охотники, и этот толчок со стороны Антона — попытка нас спасти.
Но нет…
Никто за нами не гонится. Техник наваливается на меня, не позволяя подняться. Он буквально придавливает меня к земле своим телом.
— Прости, но победитель всё равно будет один, и это не ты… — в его голосе сожаление, а глаза стеклянные, словно неживые.
И я кричу!
Кричу во всё горло от ужаса и понимания, что история повторяется. Точно так же, как в том адовом лабиринте, где меня хотел оставить Сергей.
Начинаю с ним бороться, как могу, колотя тело парня руками и ногами, пытаясь вырваться из его захвата. Его мокрая ладонь накрывает мою шею, начиная сжиматься.
— Антон, нет! Нет! — почти рыдаю я. — Пожалуйста, не надо! Мы доберёмся… — хочу сказать, что мы достигнем финиша вместе, но рука Антона сжимает моё горло сильнее, и слова застревают в горле.
— Я не убью тебя, просто вырублю! — как одержимый, хрипит он, начиная второй рукой что-то нащупывать на земле.
Я не хочу повторения истории, но на инстинктах начинаю шарить по своим карманам в поисках ножа.
А его нет!
Нет.
Либо я его потеряла, либо просто на панике не могу найти. Я была не готова к такому исходу. Не ожидала «ножа в спину» от Техника.
Антон находит камень и замахивается над моей головой.
Господи…
Зажмуриваюсь, готовясь к удару. Но вместо него Техник резко и грузно валится на меня всем телом, роняя булыжник, которым хотел меня пришибить. Задыхаюсь от тяжести, пытаясь столкнуть с себя обмякшего Техника.
Тело Антона резко от меня отлетает и падает рядом. Распахиваю глаза, глотая воздух, видя перед собой Тень. Он нависает надо мной с холодным хищным выражением на лице, в его руках не раскрытый увесистый металлический нож, с рукояти которого капает кровь. А я валяюсь в грязи с широко распахнутыми глазами.
— Поднимайся, — протягивает мне грязную ладонь в перчатке.
Он снова меня спас. Я опять обязана ему жизнью. И я благодарна. Правда. Неизвестно, чем бы всё это закончилось. Техник мог вышибить мне мозги этим булыжником.
— Он… Он… — поворачиваю голову к Антону, начиная заикаться.
Но Тень не обращает внимания на мою истерику, резко за руки поднимая меня с земли.
— Он жив?!
— А это, сука, не важно! — агрессивно хрипит Тень и тянет меня за собой по тропинке к финишу. И я бегу за ним, оглядываясь на неподвижное тело Антона.
— Но мы же не можем его там оставить! — воплю я.
— Можем! Всё предельно честно. Он хотел оставить в этом лесу тебя, и остался сам! — рычит на меня Тень, дёргая на себя. — Закрой рот и просто дойди до финиша. Приступы жалости оставь на потом, — цинично выдаёт он мне, и я закрываю рот.
Мы вышли к дому через пять минут. Небольшая поляна на холме с покосившимся гнилым домом встречала нас моросящим дождём и промозглым ветром. Там и правда уже сидел Майор, прислонившись к стене. Он тоже весь в грязи, с порванной одеждой и царапиной на лице. Его лицо мрачнее тучи, что над нашими головами. Мужчина морщится, словно испытывая боль. А вот с Королевой, как всегда, всё в порядке. Да, её одежда испачкана, а длинные рубиновые волосы растрёпаны, но на лице играет блаженная улыбка.
Нас четверо. Где Антон, я, к сожалению, знаю. Но не вижу Елену.
— А где Доктор? — озираюсь, пытаясь хоть что-то рассмотреть в кромешном лесу. А все молчат. — Она должна прийти, мы встречали её на пути.
Если Техник очнётся, у Елены есть шанс. Она не последняя.
— Что-то мне подсказывает, что она не придёт, — как-то слишком грустно выдыхает Рейчел. Я бы сказала, неестественно печально для неё. Королева безжалостная. Ей никогда ни до кого не было дела.
Вздрагиваю, когда Майор пытается подняться на ноги и рычит, как животное. Но у него не получается, он хватается за рёбра и снова оседает…
— Ты знаешь, где Доктор? — оборачиваюсь к Тени с надеждой в глазах. А он лишь качает головой. И этот ответ не похож на то, что он не знает. Он знает, что Рейчел права, и Доктор не дойдёт до финиша…
Глава 35
— Почему Елена не выбралась? — шёпотом спрашиваю у Тени, чувствуя, как он поливает тёплой водой моё побитое, измученное погоней тело.
После того как Мастер объявил, что игра закончена, поздравив всех победителей и притворно сожалея о проигравших, я замолчала. Я не рыдаю и не истерю. Не требую ответов, справедливости и никого не молю помиловать проигравших. Я — никто в этой большой игре психопата. Да и мне кажется, что от прежней Алисы уже ничего не осталось. Теперь меня не удивляет цинизм Королевы и бездушие Тени.
А что, если они вначале были такие же живые, как я?
Боялись, жалели, сочувствовали, а потом и в них ничего не осталось. Каждая фаза забирает у нас часть души. И если во мне теплится доля человечности, то в Рейчел и Давиде её уже нет. Они выменяли её на хищный инстинкт выживания.
Как же прав был Тень, когда говорил, что в Эдеме самое важное качество — эгоизм. Каждому человеку хочется жить, и, чтобы жизнь не оборвалась, нужно отключить все остальные чувства и сосредоточиться на собственном эгоизме.
Именно так поступил Техник, и даже не знаю, имею ли право его осуждать.
Я не сопротивлялась, когда Давид привёл меня в комнату, молча раздел и усадил в горячую ванну. Он уложил моё безвольное тело на себя, и мы вместе погрузились в тепло. Кажется, у меня не осталось ориентиров и собственных желаний.
— Ты знаешь, что с Доктором? Она погибла? — хриплю я. Морщусь, оттого что горячая вода немного щиплет порезы на руках. На адреналине и обезболивающем я до этого момента не чувствовала тела. А теперь у меня ноет и саднит каждая частичка. Дышу глубже.
— Её настигли охотники, — уверенно отвечает Тень.
— Они же не могут убить? Она же не умерла? — повторяю вопрос.
Мне плевать, какие грехи она в прошлом совершила. Доктор была утончённой, грамотной и отзывчивой женщиной. Она не заслужила смерти. Мы не судьи и не палачи.
Но Давид молчит, продолжая поливать моё тело горячей водой.
— А Техник? Что с ним? Ты его убил? — всхлипываю я, потому что мужчина задевает моё плечо, которое подстрелили из травматического оружия. Моё предплечье — один сплошной чёрный синяк. Давид одёргивает руку и глубоко втягивает воздух. — Ты не ответишь, да? — сдуваюсь я, прикрывая глаза.
Горячие мужские губы опускаются на другое моё плечо и нежно целуют. Давид разговаривает со мной телом. А я хочу внятных ответов.
— Можешь просто сказать, почему так поступил Антон? Всю дорогу он помогал мне. Был рядом. И когда мы почти вышли к финишу, в него вселился дьявол. Почему? — повышаю голос, ударяя ладонями по воде, вызывая всплески.
Пальцы Тени на мгновение замирают на моей коже.
— В каждом из нас живет тварь с очень большим аппетитом. Одни держат её на цепи, другие иногда выпускают погулять, скармливая ей пороки. Третьи просто забывают закрыть клетку. И когда начинает пахнуть страхом и кровью, тварь вылезает наружу. Она не думает о вчера и не переживает за завтра. Техник, пропитанный страхом и потерей Птички, просто устал быть человеком. Это изматывает — держать в себе свет, когда вокруг тьма. Особенно когда из обители зла нашептывают, что имеешь право… — изрекает Тень и аккуратно целует меня за ухом.
— Ты тоже устал быть человеком? — поворачиваю к нему голову.
— Смертельно, Ангел мой. Моя тварь давно гуляет на свободе и требует новой крови… — он прикрывает глаза, откидываясь на бортик ванной, разрывая наш контакт. И тут хочется уже порыдать за Давида. Но слёзы во мне давно закончились. А когда кончаются слёзы, боли некуда выплеснуться, и она оседает тяжёлым грузом где-то в груди.
— Что случилось с Майором? Он ранен.
— Да, в него попали несколько раз травматом, и он упал на камни, сломал пару рёбер. Несмертельно. И в нём ещё живёт человек. Тварь не совсем поглотила его. Поэтому ему больно… Но Мастер его вылечит…
Звучит не обнадёживающе, а, наоборот, страшно.
— Как ты меня нашёл? В смысле, как оказался рядом, когда мне было это необходимо?
— Я всегда был рядом, Ангел, я шёл по твоим следам, — устало усмехается он.
— Разве это не нарушало правил охоты?
— Правила… — усмехается в голос, начиная лить воду с ладоней на мои волосы. — Правил не существует. Точнее, их диктует только Мастер.
— Почему за все сезоны этого ублюдка ещё никто не убил? — злюсь я.
— Это не так просто, Ангел. У дьявола много жизней, и он их ещё не потратил.
Мне непонятно, но я не переспрашиваю. Ибо всё равно не получу чётких ответов. Я учусь читать между строк…
Дальше Давид моет мои волосы. Очень аккуратно и нежно. И это делает именно Давид. Потому что Тень так не умеет. Он многоликий. Циничный и бездушный убийца. Смертельно уставший от игр. Внимательный и аккуратный. Все это разные люди, заключённые в Тень.
А потом он укутывает меня в свой огромный тёплый халат и сажает на кровать. Наблюдаю, как мужчина одевается, рассматриваю его татуировки на спине и множество шрамов.