Наталья Сапункова – Замок княгини (страница 9)

– Хорошо, – Кантана выпрямилась, – спасибо за предупреждение.

И когда Ардай взял её за руку, она приняла это как должное.

Для него темнота коридора не была беспросветной, драконье зрение включилось сразу, и, сделав несколько шагов, он уже видел так, что мог бы вдеть нитку в иголку. Интересно, а смог бы он дать возможность девушке видеть в темноте его глазами? Точно так же, как дракон даёт своему «наезднику» в деталях рассмотреть землю внизу. Это что-то вроде соединения сознаний, человек как бы получает на время глаза дракона. Только глаза, ничего больше…

С Шалой во время полёта у Ардая это получалось. А вот в человеческом облике, в темной пещере он ещё не пробовал. Так или иначе, пробовать нужно не с Кантаной Каюбой…

– Осторожно, – он придержал девушку за плечи, – тут выступ. Перешагни.

Она шагнула широко и все равно споткнулась, он поймал её, удержал. В последний момент спохватился, чтобы ловить руками, по-человечески, а не драконьей силой. Недаром Дьян надолго задержал его в Шайтакане, заставляя почти всё время находиться в драконьем облике. Ардай неплохо освоился со своим драконом.

Тьма сменилась полумраком, вот каменный стол, на нем каменная же плита, не поймешь, синяя или нет. Знаменитый и загадочный Синий камень. Ардай огляделся, высматривая старуху-смотрительницу. Её зовут Альма…

Старуха появилась незаметно, не было её – и вот она.

– А, ты пришёл, чёрный, – она глянула на Ардая исподлобья. – Я думала, не останешься. Думала, умер ты совсем. А ты вон, и сам тут, и её привел, – что интересно, она и не взглянула на Кантану. – Безмолвных у меня ещё не бывало. А почему, интересно? Безмолвные и так обижены, не надо их гнать. Но в их слабости есть и сила, много силы. Клади сюда руки, безмолвная.

Несмотря на предупреждения Ардая, Кантана от вида и бормотания старухи совсем оторопела и не могла пошевелиться.

– Ну, чего ждешь! – прикрикнула та. – Клади руки на камень!

Ардай подтолкнул девушку к столу, сам взял её руки и положил их на камень ладонями вниз, она не сопротивлялась.

– Всё! – объявила Альма, – сделано. Уходи, безмолвная. Бедная ты, жалко тебя. И ты ступай прочь, чёрный. Нечего тебе тут. Тебе нужен свет, а тут темно! – и она ушла.

– Уходим, – Ардай за плечи повернул Кантану, – нам туда. Всё уже кончилось. Ну, что ты?

Она шла, как сонная, и опять споткнулась на том же месте – пришлось ловить. Когда вышли из пещеры, она заплакала.

– Что ты? Да в чем дело? – искренне недоумевал Ардай.

Ему сумасшедшая Альма не казалась настолько страшной.

– Прости, – Кантана вытерла слёзы. – Прости меня, пожалуйста. Я… я не знаю. Меня правда отпустят домой?

– Правда. Император уже ждёт. День-другой, и будешь дома. Это князю решать.

– Это невозможно, чтобы день или два…

– На драконе полетишь. Сюда тебя разве долго несли? А на рухе, пойми ты, не получится. И император не станет терять время на такое дело, раз князь может быстро доставить на драконе. Не упрямься. На драконе проще и приятней лететь.

– Даже не верится, что ты сын итсванского именя, – вздохнула девушка. – Такое мне советуешь…

– Не верится – дело твоё, – Ардай засмеялся.

А его дело отвезти и князя, и эту девушку к императору. Причем в прямом смысле – они оба, скорее всего, полетят на его спине. И вот ещё что: несмотря на тот грустный факт, что Кантана дочь Каюба, сама она не вызывала у него неприятия. Вообще не вызывала. Как и мужского интереса, впрочем. И особых необычных чувств к ней он тоже не испытывал, не то что дядя, который из-за «житейской магии» скорее возненавидит несчастную. Нет, его отношение к девушке было спокойным и мирным, как к дочери соседей или, может быть, дальних родственников, которых Эстерелы видели раз в несколько лет.

Вокруг уже не просто гулял ветер, в воздухе закружились снежинки. Давно пора. Скоро снег ляжет на перевалах, и горы станут непроходимы для всех, кто без крыльев.

Лиолина вышла из-за камней, приблизилась.

– У вас получилось?..

– Получилось, – отозвался Ардай, – княжна Лиолина, это дочь имперского именя ленна Кантана Каюба. Всё прошло хорошо.

Он сказал это нарочито официально, придерживаясь этикета, дочь именя следовало представлять княжне, а не наоборот.

Кантана выпрямилась, склонила голову:

– Княжна. Приветствую тебя.

Скорее, она даже не задумывалась, сказалось воспитание.

– И я тебя приветствую, – на лице Лиолины на мгновение всё же отразилась неприязнь.

Она, дай ей волю, и не подошла бы близко к дочери Каюба.

– Что сказала Альма? – спросила она у Ардая.

– Как обычно. Я не запомнил.

На драконьем добавил:

«Она назвала её безмолвной. И жалела. Что это может значить?»

– Она назвала меня безмолвной, – ответила и Кантана. – Почему?

– Кто же знает, – пожала плечами Лиолина. – Неважно, ленна. Ты отправляешься домой сегодня, скоро забудешь нашу страну и нас. А мы никогда не забудем тех, кого убил твой отец.

Кантана растерянно взглянула на Ардая, он отвел взгляд.

Всё именно так, он никогда не забудет Аолу. Есть и другие жертвы мага, но о них он не может помнить…

– Мой отец не убийца, – сказала Кантана. – Он маг, верный Итсване.

– Скажи, ленна, ты любила бывать на Шайтакане? – перевела разговор Лиолина.

– Я никогда там не была. Отец не позволял, – ответила Кантана ровным голосом.

– Острова раньше принадлежали княжеству Каст, несмотря на то, что между ними и Кастом немалое расстояние. Потом они перешли к Итсване, ещё до того, как частью Итсваны стал сам Каст. Ведь ты в родстве с князем Каста? – упрямо допытывалась Лиолина.

Видно, успела отыскать что-то интересное в библиотеке.

– Да, княжна, в родстве, конечно, – признала Кантана, – Каст маленькое княжество, почти все его владетельные имени в каком-нибудь родстве с князем. Я родилась в Касте, в замке деда. А Шайтакан… – она запнулась, – да, я знаю, что когда-то он принадлежал моей семье.

– Это целый город. И замок. Это владения, достойные быть княжеством, ленна.

– Наши права там были невелики, городом управлял его магистрат, – припомнила Кантана, – а вообще, я не знаю, княжна. Так или иначе, он не наш больше.

Пусть и не вовремя, но вдруг ей тоже стало интересно. Видимо, неизвестный ей Шайтакан – это не мелочь. Не то, что тот же Линнен, к примеру. Но княжеского титула у его владетелей не было, они были лишь именями. А потом Шайтакан поменяли на другое поместье со сходным доходом. Мама согласилась. А ведь это несравнимо – город и поместье. Так какие же права были у них раньше в том городе?..

– Нам пора возвращаться, – заметил Ардай, которому надоело стоять на ветру, – здесь холодно.

Рух недовольно клекотал, ему тоже не нравился ветер.

Уже взлетев, он увидел, что Лиолина направляется к пещере. Решила повидать сумасшедшую Альму?..

Лететь в Хаддард действительно решили этим же вечером. И Ардай волновался, ожидая свою рыжую – хотелось и попрощаться, и побывать перед дорогой у неё на озере, и обличье там сменить. Ведь опять расставаться, и не на день-другой, а надолго.

Она явилась под вечер. Появилась в комнате, веселая, растрепанная, повисла у него на шее.

– Будешь скучать, дровосек?

– Уже скучаю, – буркнул он, – проститься вот не случилось. Где же ты была?

– Да где бы ни была, – она оттолкнула его и покрутилась на пятке посреди комнаты.

Потом подошла и уже без смеха обняла его, потерлась щекой об его щеку.

– Меня позвали, дровосек. Нужно было отлучиться. А с собой возьмешь?..

– В Хаддард? Почему же нет, – Ардай обрадовался. – С кем бы тебе лететь, погоди, дай придумаю…

– С тобой, – хитро улыбнулась Шала. – Ты полетишь человеком. Так решил Старший Дьян. Я слышала.

– Ты уверена? – Ардай удивился.

Впрочем, слышать что-то, ей вовсе не предназначенное, Шала могла запросто.