Наталья Сапункова – Замок княгини (страница 11)

Сначала сел чёрный, с него легко слез наездник – удивительно, он сошёл с гладкого драконьего бока, как по лестнице. На руках он держал девушку, явно пребывающую без чувств. Лира Кайра вскрикнула и быстро прикрыла губы ладонью – она узнала дочь. И побежала к драконам, подхватив юбки.

– Всё хорошо, лира, – пояснил наездник дракона, – она просто спит.

Кантана действительно спала, и казалась спокойной, даже улыбалась. На ней был её старый плащ.

– Она боялась лететь на драконе, лира, пришлось усыпить. Легкая магия, ничего страшного, – объяснил наездник.

Привлекательный молодой человек, высокий, широкоплечий, говорил он спокойно и учтиво.

Глаза лиры Кайры опять налились слезами, уже от осознания, что пока, скорее всего, всё в порядке.

– Покажи мне, куда идти, лира.

– Да-да. Конечно. Благодарю тебя. Иди за мной. Надеюсь, тебе не тяжело?

– Ничуть, лира. Не беспокойся.

Она пошла впереди, показывая дорогу, колдун с Кантаной на руках – за ней, наездник второго дракона двинулся позади всех.

Действительно, отметила лира Кайра, молодой колдун нёс Кантану так, словно в ней вовсе не было веса. Это странно, но… какая-нибудь магия? У них ведь, у колдунов, у всех есть магия.

Императорская стража окружила их и провожала до самых покоев. А там уже ждали, маг, тот самый, который уже беседовал с Кайрой, и Вела, вторая сестра мужа. Вела, безукоризненно одетая и причесанная, красивая. Самая талантливая магичка из всех сестёр.

– Всё хорошо, да, Кайра? – спросила Вела участливо, – вот видишь, а ты боялась.

Та лишь кивнула, торопливо переложила подушки на кушетке:

– Сюда, лир. Позволь, возьму плащ, – она быстро расстегнула застежку и стянула плащ с плеч дочери.

Колдун бережно уложил девушку среди подушек и отступил к двери.

Вела на молодого колдуна взглянула с любопытством, но тут же заметила второго колдуна и воскликнула радостно:

– О, лир Джелвер, как я рада тебя видеть! – и улыбка на её губах засияла самая теплая и нежная.

Лира Кайра глазам не верила: золовка откровенно кокетничала с колдуном!

– Лира Вела, – тот сдержанно наклонил голову.

– Лир Джелвер тоже маг, и весьма сильный, если даже судить по тому, что мне позволено было наблюдать! – пояснила Вела, – мы познакомились в Винете, при дворе короля Эрдина. Я побывала на их ежегодном празднике. Как же они его называют, не помню? – она наморщила лоб, но тут же махнула рукой и рассмеялась. – Неважно. В этот день король надевает древнюю корону своих предков, и она должна удержаться у него на голове. И лир Джелвер уверяет, что это не шутка местных магов, а на самом деле истинная корона, только представь, Кайра.

Джелвер на это лишь вежливо улыбнулся.

– Могу я попросить вас пока уйти? – спросила лира Кайра, сдерживая раздражение. – Я побуду с дочерью, пока она не проснется.

Она охотно обошлась бы без золовки, и в этот день, и в дальнейшем. Без имперских магов она тоже обошлась бы, но тут уже никуда не денешься.

Придворный маг взглянул понимающе и закивал:

– Я только взгляну на девушку через кристалл, лира. Ты ведь тоже хочешь убедиться в её здоровье, – и вынул из поясной сумки куб кристалла, несколько раз провел им над Кантаной, потом задумался ненадолго, повторил действия и вдруг резко повернулся к Джелверу:

– На ней свежее синее заклятье, я не ошибся?

– Не ошибся, – и бровью не повел соддийский маг, – оно означает, что девушка побывала у нас. На всех соддийцах такое заклятье, с раннего детства и всю жизнь.

– И для чего оно? Каково его действие? – заволновался маг.

– Никогда и никаким способом не поведать никому о том, что вы, лир, называете главным секретом соддийцев. При условии, конечно, что она о нём догадается. Но она провела в заключении всё это время, так что заклятье просто предосторожность.

Маг отвернулся от Джелвера, вероятно, затем, чтобы не выдать гнев, на несколько мгновений исказивший его лицо.

– Твоя дочь здорова, лира, – сказал он уже спокойно, – и по-прежнему девственна. Разве что укрепляющий состав не помешает, я позже пришлю.

Маг ушёл, следом за ним – Джелвер и молодой колдун. Вела хотела было остаться, но лира Кайра посмотрела на неё слишком выразительно, и та понимающе улыбнулась.

– Ты так переволновалась, Кайра, дорогая. Отдыхай. Всё уже позади. Твоя дочь не пострадала, какое счастье. И помни, пожалуйста, что я должна присутствовать при подписании брачного договора. В интересах девочки!

– Что в моей Кантане тебе важно, Вела? Не понимаю.

– Обижаешь, Кайра. Я забочусь о ней. Буду настаивать на всём, что сделает её брак менее тягостным! Дядя дал полномочия, – она похлопала по браслету на своей руке.

Лира Кайра опять с трудом подавила раздражение. Она как муха в паутине посреди этой семьи! Мужа больше нет, император грозит наказанием не кому-нибудь, а ей и детям. При этом опека над её детьми – у двоюродного дяди мужа, её мнение ничего не значит. Её сын – принявший титул имень, но ему только тринадцать лет! Если бы Шайтакан не был именно её кровным наследством, кто знает, обсуждал бы император с ней брак её дочери, или сразу послал бы за дядюшкой? И вот, права решать их судьбы у золовки, человека для неё и детей, в сущности, постороннего! Провидение, но это же глупость.

– Благодарю, Вела, – сказала она, – я знаю, что могу на тебя положиться.

Та ласково улыбнулась и пошла было к дверям, но вдруг обернулась:

– Кайра. Поверь, мой брат был бы доволен. Я точно знаю.

– Чем доволен, Вела?

– Таким браком для Кантаны. Это удача. В договоре обязательно будет пункт о том, чтобы она и дети часть времени проводили в Итсване, у тебя в Линнене или у дяди. Мы продолжим работы брата! Ты знала, что он писал книгу об особенностях соддийской расы?

Она опять улыбнулась онемевшей от изумления Кайре, и вышла, прикрыв дверь. Та лишь взглянула ей вслед и пожала плечами. Что ж, муж тоже временами казался ей безумным.

Она подвинула низкое кресло к кушетке, на которой лежала дочь, и села. Взяла её худую бледную руку, сжала в ладонях. Да, укрепляющий отвар не помешает…

Кантана проснулась, не прошло и часа. Открыла глаза, заморгала, удивлённо огляделась, и с возгласом бросилась матери на шею.

– Мама.

– Девочка моя, – лира Кайра сильно сжала её в объятиях.

Была бы её воля – не отдала бы никому.

– Меня привезли, да? А что это за место?

– Изумрудный замок. Хаддард. Здесь теперь императорский двор.

– Понятно, – вздохнула Кантана. – Всё равно не могу поверить. А где отец? Он… тоже где-то здесь? Или в Шайтакане? Нет же, наверняка император его призвал, да? Мама?..

Лира Кайра молчала, впервые подумав, как же трудно будет сказать всё дочери.

Она сама легко пережила смерть мужа. Стыдно признать, но она даже испытала некоторое облегчение, получив скорбное известие. Вина мужа – вот что стало её горем, а не его смерть. Но Кантана единственная среди детей, пожалуй, была привязана к отцу. Младшие пользовались его отношением, дочь – безотчетной любовью, сын – ещё и признательностью за то, что он, сын и наследник, есть на свете. Кантана – та его ценила, оправдывала, прощала его одержимость магической наукой и сиюминутное к ней невнимание, всегда хотела помочь…

Неловкая улыбка матери сказала всё лучше слов.

– Мама, – Кантана укусила себя за губу, – они зачем-то спрашивали меня про Шайтакан. Мама?! Отец?.. Его больше нет, да?

Лира Кайра кивнула.

Какое-то время Кантана сидела не шевелясь, потом медленно встала, подошла к окну и склонилась над подоконником, отвернувшись от матери, слезы, собравшиеся в глазах, пролились, прочертили щеки двумя дорожками. Мать не стала утешать, говорить разные никчемные слова – она знала свою дочь, и знала, чего не стоит ей говорить.

Наконец Кантана вытерла ладонями щеки, спросила:

– А как?.. Почему?..

– Там случился страшный шторм, и ещё землетрясение, говорят. Много разрушений в городе и в замке. И погибших было много.

– Но почему он не использовал свою магию, чтобы спастись?

– Наверное, то, что случилось, было сильнее его магии. И это ещё не всё. Видишь ли, там, в замке, твой отец прятал похищенных драконов. И благодаря этому несчастью, посланному Провидением, всё открылось.

– Мама?! – Кантана обернулась и изумленно смотрела на мать.

– Да, – мягко, но четко сказала лира Кайра. – Это он похитил драконов. И колдуны разрушили города, как и обещали. Теперь в этом винят твоего отца.

– Но, мама…