Наталья Сапункова – Пряничные туфельки (СИ) (страница 9)
Ринна отвернулась, кусая губы. Они, кажется, заигрались.
— Для всех мы женаты, — напомнил Рик. — Примите это, и станет проще. И это никак не повлияет на действительность нашего брака, если я не трону вас. Всё решится потом, а сейчас мы женаты.
Нет, такого она не хотела и не собиралась. Подпускать чужого мужчину к себе так близко — в спальню, в постель? Нет, это слишком.
Он вдруг подался ближе, взял её за плечи и тихо сказал:
— Все хорошо, кошка. Успокойся, и ты сама почувствуешь…
— Что почувствую?.. — она дёрнулась, сильнее отстраняясь. — Пожалуйста, уйдите.
Им так легко было вчера — быть вместе, танцевать, шутить, они неплохо изображали пару. А ещё она некстати вспомнила его запах, смешанный с запахом реки, его легкие упругие движения тренированного зверя — там, где впору было переломать ноги, и капли воды на чуть смуглой коже…
— Чем ты вчера напоил меня?
— Да просто чай из трав с каплей вина. Вино было мерзким, а с медом и травами неплохо пошло. Знаешь, я так хочу тебя поцеловать, — вдруг сказал он отчего-то хрипло. — Ты ведь тоже хочешь, кошка? Хотя бы из любопытства? — и его шершавая от утренней щетины щека коснулась её щеки, потерлась, как погладила.
Да, он так уже делал. Это приятно, хотя… всё равно нельзя.
Она оттолкнула его, если бы сопротивлялся — царапнула бы ногтями этого нахала.
— Ты не выполняешь наш договор!
— Не злись, — он погладил её пальцем по щеке, быстро встал и ушёл. Ринна долго сидела, обхватив руками колени, и смотрела куда-то в угол, снова заснуть не стоило и пытаться. На самом деле ей захотелось его поцелуя. Из любопытства, конечно. И ещё она разглядела, отчего у него медовый взгляд. Среди тёмных ресниц у него попадались светлые, рыжие. Как необычно.
Ах да, кошкой её до сих пор тоже никто не называл. И он как-то умудрялся произносить это так, что звучало необидно и даже приятно. Хотя не было ничего хорошего в таком прозвище. Для девушки из рода Венешей — определённо ничего.
В дверь поскреблись, и заглянула служанка.
— Не спите, эсса? Эсс сказал, что вам нездоровится, велел позаботиться. Так чего желаете? Завтракать? Чай подам, булочек, масло, кашу только что сварили. Как вы себя чувствуете?
— Неплохо, — вздохнула Ринна, — только чай, я не голодна. Ещё принеси мне умыться.
— Конечно! — охотно согласилась девушка. — И чай принесу, и хоть одну булочку, и джем малиновый! А вчера вы так весело отплясывали, эсса, так веселились! Вы такие красивые с мужем, счастливые, вам только завидовать.
Ага, счастливые… завидовать… Ринна в замешательстве посмотрела на служанку, стараясь понять, есть ли в её словах издевка. Но девушка казалась искренней, и чем-то напоминала Этель, её Этель, болтушку, которая за словом в карман не лезла. Для служанки это недостаток, служанке следует быть расторопной, молчаливой и говорить, когда этого хочет леди. Но Ринне разговорчивость Этель не мешала — главное, что с обязанностями та справлялась. И вот ещё одна простодушная девочка, которая понятия не имеет о том, какой должна быть служанка для леди.
— Я не помню, как вчера попала в постель. Не расскажешь?
— Это пожалуйста! — обрадовалась девушка, — вы, видно, очень устали вчера. Когда стали мыться, уснули в ванне. Вас эсс на руках сюда отнёс.
Вот же ужас. В первый же день — такое…
— Что, и одевал он? — спросила она севшим голосом.
— Нет, вам помогала я. Он только отнёс, а потом ушёл, когда вернулся — я и не видела. Так я пойду за водой, эсса.
Она убежала, а Ринна поторопилась одеться — такую простую одежду нетрудно было надеть без горничной.
Служанка притащила таз с водой, пахнущий травами зубной порошок и полотенце.
— Какая вы красивая, эсса, — щебетала она, пока Ринна умывалась. — И вам так повезло с эссом Риком! Ах, если бы мне за такого замуж! Только не за циркача. В цирк уходить страшно. На одном месте спокойнее жить, проще! А вы смелая, эсса. Любите, наверное, сильно?
— Он тебя не учил, что мне говорить? — заподозрила коварство Ринна.
— Нет, что вы, что вы, мы с ним и не говорили вовсе, — смутилась девушка. — Только вам всё равно будут завидовать. Он добрый, щедрый…
— А откуда знаете?
— Он уже у нас останавливался. И месяц назад ехали в Асвард с эссом Иваром. И год назад они жили тут, и к ним приезжали две красивые леди! В карете.
— Что?.. — Ринна даже выронила мыло от неожиданности.
— Ой! — девушка испуганно зажала рот курой. — Простите, эсса, простите, простите, пожалуйста! Не говорите эссу Рику, что я вам сказала, очень прошу! Не скажете?
— Не скажу, — пообещала она, но настроение отчего-то испортилось.
Циркачек, как говорят, лорды охотно берут в любовницы. А леди, значит…
Ну и ладно. Ей-то что? Им осталось провести вместе несколько дней.
Чай с душистыми травами девушка принесла, и обещанные булочки, но Ринна выпила только чай и вышла во двор. Там, за тем же столом, уже завтракали. Невысокий круглолицый эсс средних лет, она видела его вчера, помахал ей рукой, крикнул:
— А Рик ушел к реке!
Рик нашёлся неподалёку, на маленькой полянке среди кустарника, и он играл с рысью, с рыже-пятнистой кошкой, которая резвилась, как домашний котёнок. Рик держал в руках длинную палку, дразнил рысь, она прыгала, стараясь схватить конец палки, иногда ей удавалось. И Ринна поняла, что это её Мика, только когда подошла, а ведь обычно свою кошку она узнавала издали, она её слышала. Теперь зверя от неё закрывал… другой тай?
Другой тай отобрал рысь! Мика пришла сюда, к ней, это было чудо. Но она сейчас была с Риком. Однако — здесь, и жива, и Ринна искренне обрадовалась, хоть и невольно обиделась на Рика. Наставница учила, что это нехорошо — подчинять зверя, привязанного к другому таю, а Рик сейчас делал именно это.
— Мика! — закричала Ринна.
И рысь услышала, бросилась к ней со всех лап, прыгнула, толкнув в грудь, так что Ринна каким-то чудом удержалась на ногах — Мика была крупная кошечка.
«Осторожно! Успокойся! Я тут! Ты моя! Сядь!»
Рысь заурчала и села. Теперь между ними получилась связь, то есть всё было в порядке. Ринна обняла рысь и расплакалась.
Рик подошёл. Ринна больше не ощущала с Микой другого тая, но то, что он там был только что, её злило.
— Ты тай! — прекратив тискать Мику, обвиняюще сказала она, и встала, посмотрела ему в глаза. Она не хотела обвинять. Он ведь помог, она сама попросила. Но это всё равно злило.
— Да! — тот усмехнулся. — А как, ты думала, мы вытащим рысь из зверинца? Нас было четверо, два тая. На десяток стражи и шесть собак.
— Ты не сказал мне.
— А должен был? Спросила бы, если было интересно.
— Почему ты спрятал от меня рысь? И как? Привёз в повозке?
— Что? — вот теперь он, кажется, удивился. — Ты не понимаешь? Я не вез её в повозке. Я её направил, она пошла. Получилось. Ты что, не умеешь так?
Она отрицательно качнула головой.
— Ты не должна смешивать свои чувства с чувствами зверя, — он продолжал пристально смотреть на неё. — Вы должны быть отдельно. А ты смешиваешь, причём привыкла и не замечаешь. Видела, как рысь к тебе бросилась? Это была твоя радость, а не её.
— Ты-то откуда знаешь? — в ней опять волной накатило раздражение.
В некоторые вещи, которые её касались, никто и никогда не вмешивался. А теперь этот якобы муж вторгается, куда не звали, причём так, словно имеет право.
— Я ведь слушал её, — пояснил Рик, отвел взгляд и отступил, — тихо, кошка.
И тут же взглянул на неё по-другому, мягко, ласково, и ей захотелось вздохнуть и улыбнуться.
«Пожалуйста. Успокойся. Я люблю тебя»
Она это не услышала, а ощутила и могла бы повторить — кому? И это были очень приятные несколько мгновений, а потом она опомнилась и испугалась.
Это говорилось рыси — та заурчала и потёрлась о его ногу, словно и правда была домашней кошкой. Но Ринна не должна была это ощущать. Или… что это только что было?
— Что ты делаешь? Как?
— Ничего, — он отвернулся. — Ты не должна открываться и слишком смешиваться со зверем. Твоя наставница зря получала жалованье.
— Тебя это не касается, — Ринна постаралась вложить в эти слова побольше льда.
— Мы ещё поговорим об этом.
— Я леди Ринна Венеш, — напомнила она зачем-то.