Наталья Сапункова – Моя прекрасная фея (страница 17)

– Ах да, – эсса Брани строго выпрямилась, – Минд, милая, а ведь тебя это касается в первую очередь. Хотя мы, конечно, решили помочь и устроить бедняжку работать в замок, она осталась без средств. Пойдем в гостиную, я всё объясню.

Пока ничего не понимая, но уже с дурным предчувствием Минд пошла за матерью.

В гостиной, у входа, не решаясь ступить на большой ковёр посреди комнаты, стояла Мена Калли – да-да, Минд запомнила, как зовут маму маленького Рика Асвена.

Недаром она почувствовала укол в душе – там, в поезде…

– Миледи, – поклонилась Мена Калли матери, и изумлённо уставилась на Минд. – Вы здесь… миледи…

– Эдмина, эта девушка была в незаконной связи с твоим покойным супругом, правда, до того, как вы с ним поженились. Однако она мать его признанного ребёнка, – эсса Брани произнесла это строго и даже жестко. – Понятно, что она обратилась к нам, то есть хотела бы обратиться к тебе, как к его вдове. Ты правопреемница супруга, со всем вытекающим…

Она не стала представлять свою дочь Мене Калли – той должно быть достаточно того, что её просто приняли.

Минд видела и слышала это всё, как сквозь слой воды. Понимать не могла и верить тоже. Тот милый большеглазый мальчишка – сын её Сайрена? Его… бастард?..

Такой обман.

Нет, это ложь, Сайрен не мог…

Иметь ребенка, признать ребёнка, бросив при этом его мать, а потом жениться на другой и скрывать ребёнка?..

– Я объяснила этой девице, что ты сама без средств и вынуждена работать, – так же сквозь воду доносился до неё голос матери. – Но мы, как видишь, решили о ней позаботиться.

– Что у вас происходит, Ленора? – добавился голос отчима. – Эдмина здесь? Как всегда, вовремя. Простите, эсс Каррон, тут у нас семейные дела, как видите. Пойдемте, прошу вас, свою жену я представлю вам позже.

– Нет-нет, эсс Брани, меня немного касаются ваши семейные дела, – абсолютно спокойно ответил Артур Каррон. – Как ты, дорогая? – и её руки оказались в его руках.

Она уже научилась отличать его прикосновения и не путать их с какими-то другими. Только у него – такие ладони с длинными тёплыми и сухими пальцами.

Артур, её муж. Здесь. Минд глубоко вздохнула, приходи в себя.

– Артур, что ты здесь делаешь? – не самый разумный вопрос, но куда деваться.

В ответ он лишь молча пожал ей руку. Обратился ко всем:

– Кажется, я в целом всё понял. Не совсем так хотел представить вам свою жену, эсс Брани и эсса Брани. Не учёл, что она, конечно, имеет право навещать вас, когда пожелает.

Отчим застыл, приоткрыв рот, мама побледнела, смотрела на Артура потрясённо и недоверчиво.

– Но рад поприветствовать вас как зять, дорогая эсса Ленора, – Артур отпустил руку Минд, в два шага приблизился к матери и с какой-то шутливой церемонностью поцеловал той руку.

– Итак, мы с леди Эдминой ждём вас на ужин вечером, сегодня, у нас, в «Приюте короля». В семь часов. А вы, эсса Калли… – он достал из кармана маленький блокнот и серебряный карандаш и что-то быстро написал, вырвал лист и отдал маме Рика. – «Приют короля», запомнили?

Та только кивала. С того момента, как они с Минд увидели друг друга, она не произнесла ни слова.

– Нам пора, дорогая. До вечера, добрые господа, – он приобнял Минд за талию и увлёк к выходу.

Минд затылком чувствовала взгляды мамы, отчима и прислуги, которая попадалась по пути.

На улице Артур предложил:

– Пройдёмся пешком до гостиницы? Тебе надо подышать. Кстати, поздравляю, любовь моя. Искренне рад.

– Чему ты рад? – не поняла Минд.

– Я уважаю твои чувства к покойному мужу. Ты любила его. Узнать, что у любимого человека остался сын, который к тому же единственный – счастливая новость.

Сначала Минд потеряла дар речи, потом удивлённо уточнила:

– Ты шутишь надо мной?

– Нет. Но я смотрю на это с точки зрения мукарранца, – чуть помедлив, пояснил Артур. – Для мукарранца умереть, не оставив сына – это печаль. Мукарранка на твоём месте порадовалась бы, поздравила бы родителей покойного мужа и собрала бы пир для соседей. И вознесла бы благодарность и Пламени, и Великой Матери. Ты ведь любила мужа?

Минд сгоряча хотела выдернуть руку, лежавшую теперь на локте Артура, но тот не позволил, прижав другой рукой. Сказал, с мягкой улыбкой на неё посмотрев:

– Всё хорошо, любовь моя.

И почему ему столь легко называть её так? Как будто эти слова ничего не значат. Это тоже характерная черта мукарранцев?

В словах Артура был резон, но до подобного восприятия мира Минд была далека. Да, она любила мужа. И да, именно поэтому она страдала от его обмана. От обиды? И от обиды тоже.

Радоваться?..

Она была рада, что смогла спасти ребенка от чего-то ужасного. И вообще, мальчик ей понравился. И лучше бы ей никогда не узнать, что он сын Сайрена.

– Хороший мальчишка, – сказал Артур, словно вторя её мыслям. – Мне он понравился. И его мать, не сердись, тоже производит неплохое впечатление. Мы им поможем. И я поручу разузнать про них побольше, что там и как.

– Артур! Ты здесь при чём? – удивилась Минд. – Это дела… мои, понимаешь?

– Я при всём, потому что ты моя законная жена. Так, дорогая? И я иногда просто помогаю людям. Твой отец так не делал?

Минд промолчала. Отец занимался какой-то благотворительностью, которую, как она смутно помнила, не слишком одобряла мама.

– Как прошла твоя встреча с близкими, позволь спросить? – продолжал интересоваться Артур. – Если не учитывать появление эссы Калли?

– Неплохо, – пожала плечами Минд. – Я встретила сначала сестру, потом маму, без отчима. Мама пообещала уговорить отчима, чтобы я жила с ними.

– Какая добронравная и почтительная женщина твоя мать, – теперь в голосе Артура, до того звучавшем мягко и душевно, скользнула ирония. – Во всём слушается мужа, хотя именно она является хозяйкой всего. Ей принадлежат дом, деньги, прочая недвижимость, а твоему отчиму – только его жалование.

– И на что ты намекаешь? – насторожилась Минд.

– Если ситуация меня касается, я стараюсь проверить человека на приворот или заклятье покорности. И то и другое вещи неприятные. Всё, что имеет отношение к тебе, меня касается, я уже говорил?

– Да, ты говорил, – кивнула Минд.

– Хотя нелюбовь родственников возможна и без заклятий. А привязанность женщин к их мужьям – тем более. Мне приходилось видеть. Ты просто разбила всем надежды. Поссорилась с графом вместо того, чтобы заполучить его. Твоя мать любит послушных, да?

– Я понимаю, – отозвалась Минд. – Как ты оказался у нас? Пошёл за мной?

– Да, когда узнал, что ты ушла. Понял, куда ты отправилась, и не хотелось оставлять тебя одну. Эсса Брани я встретил по дороге, представился, мы поговорили. Дело в том, что мне приходилось видеть его раньше. Он меня тоже узнал.

– Но вы не были представлены?..

– Не были. Так что мы зашли в дом, и он проверил мои бумаги. И я пригласил его на ужин. Конечно, планы на ужин следовало обсуждать с тобой, но – прости. Ты сбежала.

– Это ты меня прости, – вздохнула Мин. – Я нарушила наш договор.

– Рад, что ты это понимаешь. Вы с сестрой не говорили, случайно, про её жениха?

– Эбиль уверена, что это граф Ист, который скрывает свою личность. Я скорее поверю, что этот якобы-граф применил магию для того, чтобы мама и отчим потеряли бдительность.

– Брани сообщил мне, что твоя сестра выходит за дальнего родственника графа Иста. Этот человек никогда не называл себя графом. В родстве я тоже сомневаюсь. Остальное, уж прости, фантазии твоей матушки.

– Он сам настоял на проверке крови, – сказала Минд. – В семейной усыпальнице. Так что он, получается, родственник.

Последнее сообщение заставило Артура нахмуриться.

– Хорошо, посмотрим, – сказал он.

Дальше до гостиницы они шли молча – Минд не хотелось разговаривать. Мысли были только о Сайрене и его обмане. Даже не мысли – много раздумывать тут было не о чем, – а тёмная пустота в голове и в душе.

Он, оказывается, был вот такой? Вот так мог поступить? Мог обмануть женщину и оставить её с ребенком? И если представить, что женщина не была обманута и тут целиком её вина…

Если она не порядочная женщина, а вот такая…

Об этом разум Минд тоже отказывался поставлять ей какие-то мысли. О существовании «женщин для удовольствия» она знала, конечно, но и только – где они, и где дочь графа Иста? И вряд ли иметь дело с такими – достойно мужчины…

По любому Мена Калли была далеко от образа куртизанки, который имелся у Минд. Мена скорее была похожа на скромную девушку из бедного предместья. И, вступая в близкие отношения с мужчиной, пусть и без брака, она, конечно, не рассчитывала быть обманутой. А то, что без брака – Минд, конечно, глупой не была и понимала, что безгрешных нет, быть слабым и потерять голову может каждый…