Наталья Самсонова – Невеста темного колдуна. Отбор под маской (страница 4)

– Я всю жизнь прожила в Царлоте, – улыбнулась Грета и тут же похолодела. Она-то да, прожила всю жизнь. А вот мама успела попутешествовать. – Если не считать времени обучения в Сантодине.

Помощница ахнула и зашептала:

– Что вы! Нельзя этого говорить! До начала испытаний прослушивание не включено, но вас все равно могут услышать! Вы не можете называть имен и мест, по которым вас можно вычислить!

– Значит ли это, что смысл конкурса в том, чтобы назвать имена соперниц?

– В том числе, – кивнула Ванда. – За это будут начисляться баллы. А у той, которую вычислили, баллы будут отнимать.

– Ясно, – кивнула Грета. – Спасибо. Как мне к вам обращаться?

– Эйта Ванда, мэдчен. Доброго дня. Еду принесет разносчица.

Помощница поклонилась и отошла. А мэдчен Линдер наконец смогла осмотреться. Светлая с зеленоватым отливом мебель прекрасно смотрелась в тепло-золотистой столовой. Высокий потолок и точечное освещение, щебет птиц и упоительный аромат цветов.

К столику подошла тоненькая девчушка с блокнотом.

– Доброе утро, соискательница Грета, – прощебетала она. – Сегодня в меню: яблочный сок или компот из сухофруктов, молочная каша или омлет с беконом, хлеб или… ой, нет, только хлеб.

– Сок, омлет и хлеб, – перечислила мэдчен Линдер. – А у вас нет каких-нибудь сухариков? Моя соседка заселилась ранним утром, и я боюсь, что до вечера она переварит саму себя.

Разносчица задумалась, прикусила губу и медленно кивнула:

– Я посмотрю, соискательница.

И через пару минут вместе с завтраком Грета получила небольшой полотняный мешочек и флягу.

– Тут белые сухари с черным перцем и компот, во фляге. На обеде я тоже что-нибудь придумаю. А вот на ужине меня не будет. И, мэдчен, я бы не советовала вам к кому-то еще с этим вопросом обращаться. А то, если вы поладили, вас могут и расселить, – прошептала девушка.

– Спасибо.

– Ой, не за что. Правда, компот не удался – куда-то пропала большая часть сахара. Так что он кисловат.

Грета искренне понадеялась, что ее смущение не слишком заметно. Ну, Финли, ну держись, заразюка хвостатая. Ведь просила же как человека – не лопай сахар в таких количествах! Все равно не впрок идет!

Вкуса омлета она не почувствовала. Хотя он наверняка был приятным, ведь испортить это блюдо очень сложно.

Доев, Грета забрала мешочек с флягой и вернулась в комнату. В которой оказалось ужасающе накурено.

– Тирна, я рада, что ты можешь позволить себе курить. Это говорит о твоем высоком достатке. Ведь ты можешь не только покупать сигареты, что очень дорого, но еще и готова потратиться на целителя. Я сейчас имею в виду твои несчастные легкие. Однако я не подписывалась нюхать дым!

– Это не запрещено, – обиделась Тирна. – Ну тебя, ты какая-то… А сколько тебе лет?

– Это запрещенная к разглашению информация, – фыркнула Грета.

Соседка сделала рукой замысловатый пасс, и воздух в комнате очистился. В этот же момент мэдчен Линдер положила на ее стол флягу и мешочек с сухарями.

– Возьми, погрызи до обеда.

– Я клянусь, что мой дым тебя больше не побеспокоит, – округлила глаза Тирна. – Но держу пари, что тебе к тридцати. Во-первых, я видела банку с молодящим кремом, а во-вторых, у моей матери такое же желание накормить всех сирых и убогих.

– Не скажу ни да, ни нет, – пожала плечами Грета. – Но неужели ты бы оставила кого-то голодным?

– От одного голодного дня еще никто не умер, – серьезно ответила Тирна. – Так что я бы поостереглась. Кто знает здешние правила?

– Думаю, нам их очень скоро зачитают, – улыбнулась Грета и подошла к своей постели. – Вопрос в том, что делать весь день?

– Как что? – захрустев сухариком, удивилась Тирна. – Погоди, я поем, и пойдем смотреть что и как тут устроено! А где твоя лиса?

– Мышкует, – вздохнула Грета.

– Эм, – нахмурилась соседка, – так ведь это, мышкуют лисы по зиме? Или нет?

– Лисы бывают разные, – ответила мэдчен Линдер и добавила: – По крайней мере я надеюсь, что она мышкует.

Прогулка сорвалась – в комнату без стука заглянула помощница Греты и попросила следовать за ней.

– Что-то случилось? – спросила обеспокоенная мэдчен Линдер.

– Общее собрание. Вы тоже должны пойти, – обратилась Ванда к ее соседке.

Облегченно выдохнув, Грета поднялась на ноги и вышла.

«Время конкурса обещает быть очень нервным», – мысленно посетовала она.

– Интересно, о чем нам расскажут? – спросила Тирна.

– Озвучат правила, – пожала плечами мэдчен Линдер. – Только почему сейчас? Набор ведь еще не закончен.

«Или закончен», – охнула она мысленно.

Посреди большой, пустой гостиной стоял злой, как дорф, дерр Ферхара. Грета, восприимчивая к магии, поежилась. Ей показалось, что по залу гуляет ледяной сквозняк.

– Рассаживайтесь, – рыкнул Алистер, и в этот же момент с легким хлопком появилась мебель. Простые, плетеные стулья.

Соискательницы входили в зал в абсолютной тишине. В таком же безмолвии рассаживались и, если вдруг скрипел стул, замирали перепуганными мышками. А если, не дай Серая Богиня, звякали украшения – особо нервные прикрывали глаза в ожидании кары.

– Выглядит как дорф, которому наступили на хвост, – задумчиво прошептала Тирна.

– Хвост для кошек очень важен, – едва слышно ответила Грета. – Но разговаривать сейчас – самоубийство.

– Но ты все равно мне отвечаешь.

«Потому что дура», – подумала Грета и мудро промолчала.

– Итак, все здесь, – вкрадчиво произнес дерр Ферхара. – В наших правилах завелись новые правила. Во-первых, никто из вас ни на мгновение не покинет территории особняка до самого окончания этого… конкурса. Никаких связей с внешним миром. Это не касается запланированных мероприятий вне особняка, которые касаются отбора. Я говорю лишь о вашей личной свободе.

Алистер чуть подался вперед. Темные волосы упали на скулы, взгляд серо-зеленых глаз осматривал соискательниц в надежде с ходу вычислить нужную. Девушки бледнели, поджимали трясущиеся губы, но сознаваться в чем-либо не пытались.

– А во-вторых, среди вас есть преступница, – он хищно улыбнулся, – и я ее найду. И отсюда вытекает третье новое правило – отсева не будет, вы пройдете до самого конца. Даже если ваш личный рейтинг уйдет в глубокий минус.

Грета почувствовала, как кровь отливает от щек. Это ведь не про нее?

– А когда найду, – дерр Ферхара понизил голос, – ей уже ничего не поможет. Чистосердечное признание может немного облегчить участь. А может, и нет. Эйта Риви, раздайте соискательницам кулоны.

Мэдчен Линдер едва сдержала истерический смешок. У Финли был кулон-опознаватель, теперь и у людей тоже будут подобные штучки. Вот, получается, за кого их тут считают.

– А соискателям? – неуверенно спросил один из трех парней, участвующих в конкурсе на придворную должность.

– Всем, – коротко ответил Алистер.

Сама мэдчен Линдер не очень понимала, что среди девиц делают молодые ребята, но задавать вопросы не стала. Если они тут есть, значит прошли первый этап – собеседование с дерром Ферхарой. А Грета была твердо уверена только в одном – от Алистера Ферхары нужно держаться подальше. Потому что слишком уж он странен. Ну или хотя бы не спорить с ним, особенно по пустякам.

Правда, пока что она не могла внятно пояснить, чем именно дерр так выделяется среди других людей. Но было, было в нем что-то неправильное. Что-то пугающе любопытное.

Подвески оказались абсолютно одинаковыми. Эйта Риви сделала замысловатый жест, и перед каждой соискательницей замерло по кулону.

– На украшении имеется небольшая игла, – хорошо поставленным голосом произнесла помощница Алистера. – Уколите палец или любую другую часть тела, кулон должен впитать в себя вашу кровь.

– Но разве мы не должны вначале подписать договор о намерениях? – нахмурилась Грета. – С кровью можно сделать самые разные вещи. И большая их часть – незаконная и не прибавляет здоровья.

– Соискательница Грета награждается тремя баллами, – неприятно улыбнулась эйта Риви.

Перед Гретой, как и перед другими участниками, появился свиток. В нем указывалось, для чего именно будет использоваться взятая кровь. Также там были указаны обязательства дерра Ферхары уничтожить кулоны по окончании конкурса.

Прижав большой палец к хорошо выделанному пергаменту, Грета напитала его своей силой и свиток пропал. После этого она поделилась кровью с кулоном и надела его на шею.

– А ты молодец, я так и не сообразила даже, – шепнула Тирна.