Наталья Самсонова – Наследница Твердыни Койннех (страница 7)
- Топь проклятая сожрала мои сапоги, а мне в храм надо, за жениха помолиться. Позволь в твоих войти? Я верну, вот, возьми мой кулон в залог.
Глаза мужчины алчно сверкнули – украшение стоило дороже его стоптанных, потрескавшихся сапог.
- За жениха молиться благое дело,- мужчина быстро разулся,- иди. Откуда ты?
- С Твердыни, добрый человек.
Чужие сапоги ньерриса Койннех надевала не без отвращения. Но все это было вторичным, ненужным.
- А правда, что наша владетельница умом тронулась? – с жадным любопытством спросил мужчина.
Алессия разогнулась, задумчиво посмотрела в сторону Твердыни, чья массивная громада виднелась даже здесь, а после пожала плечами:
- Не знаю, добрый человек. Девица малахольная, но может и будет из нее толк. Ты дождись меня, сейчас я мигом. Туда и обратно!
Мужичок тут же покивал и спрятал кулон в карман:
- Чтобы не уронить!
Посмеиваясь, ньерриса Койннех направилась к массивным дверям храма.
Дверям, на которых виднелись сколы и глубокие царапины – некроманты Нандага исповедовали совершенно иную религию, а потому не пощадили благое место.
Потянув на себя тяжелую дверь, ньерриса шагнула в мягкий, прохладный полумрак. Старый храм был наполнен ароматом цветов и трав.
Глубоко вдохнув, она плотно притворила за собой дверь, а затем беззвучно и быстро задвинула засов. Сколько времени Лебертам понадобиться, чтобы выслать погоню?
«Шума получилось много, но все без толку», она мысленно вздохнула. «Не буду сейчас об этом думать».
И тут же пришла другая мысль. Что если местный жрец не знает про право ньеррисы Твердыни стать Избранницей?!
«Спокойно, спокойно», сказала она сама себе.
- Пусть сияние Аньеледды озарит ваш путь,- ньерриса Койннех первой поприветствовала вышедшего из полумрака жреца.
- Пусть сияние истинной веры озарит ваш путь, ньерриса,- степенно, с долей раздражения ответил он.
- Мое имя Алессия Койннех, я пришла к вам, чтобы стать Избранницей Его Величества.
На лице жреца на мгновение отразилось замешательство:
- Прошу простить, дитя, но разве это достойно благородной ньеррисы? Да и документы ваши должны быть…
Алессия подняла руку с кольцом-печаткой:
- Клянусь истинным пламенем Сияющей Аньеледды, что имя мое Алессия Айлис Койннех.
Над рукой на мгновение появился герб Твердыни.
- Что ж, артефакты были разосланы во все храмы,- жрец настороженно посмотрел на Алессию,- но вы должны подтвердить свое искреннее желание стать Избранницей.
- У меня этого желания столько, что могу и других одарить,- нервно улыбнулась Алессия. – Давайте же приступим!
Она чувствовала, что ворота Твердыни открыты. А значит люди Рикарда Леберта уже спешат сюда.
- Такие дела не терпят спешки,- покачал головой жрец. – Наберитесь терпения. И… Вам бы принять надлежащий вид!
- Это наряд для путешествия. В платье не слишком удобно,- отреагировала Алессия.
Взгляд жреца уперся в огромные, растоптанные сапоги.
- Вы посоветовались с опекунами? – проронил жрец, с трудом отведя взгляд от расхлябанной обуви ньеррисы Койннех.
- Это был большой спор, но в итоге ньерриса Лайссари поняла мои мотивы. Она просила не бросать ее, ну так я и не брошу! Буду писать письма.
Жрец меж тем пробудил алтарь, на котором появился небольшой сундучок.
- Что ж, позвольте мне…
Громкий лязг заставил жрец отвлечься от сундучка и извлеченного из него кристалла:
- Что там?
- Не будем отвлекаться,- ньерриса Койннех мило улыбнулась жрецу,- король не терпит пренебрежения.
Бам-бам-бам!
- Но ведь…
- Вы не целитель, верно? – Алессия пожала плечами,- закончим со мной и вместе поможем страждущим!
Жрец скорбно покачал головой, а после вложил в руки ньеррисы Койннех кристалл:
- Вы должны окунуться в свое желание стать Избран… Что вы сделали?!
Алессия, прикрыв глаза, отдала кристаллу всю бурю чувств, что жила в ее душе. А после, посмотрев на артефакт, нервно улыбнулась:
- Он не слишком стоек, да?
Кристалл почернел и треснул, но внутри него виднелось нечто золотистое.
- Вот и ковыряйте его теперь,- буркнул жрец,- у нормальной ньеррисы артефакт должен был раскрыться, как цветок!
- А, так браслет Избранницы внутри?
Алессия впилась пальцами в кристалл. А жрец, ворча о нравах современной молодежи, направился к двери.
Быстрей.
Ньерриса Койннех, видя, что мужчина уже почти дошел до двери, бросила кристалл об пол. Трещина стала больше.
- Что вы делаете, дитя неразумное!
Не слушая его, Алессия приподняла скамью для прихожан, пинком загнала кристалл под ножку оной скамьи и, с размаху опустила свое импровизированное орудие.
Крак!
- Что ж, вот и браслет,- она отодвинула скамью, разворошила осколки и подняла изящную цепочку с радужным камнем. – Сияет, значит, принял меня.
Яркие отблески зажгли и алтарь, который весь храм наполнил чистым светом истинной магии.
- Убереги боги страну от такой королевы,- проворчал жрец. – Да вы же засов задвинули!
- Чтобы никто не помешал.
Алессия была напряжена, но теперь, когда на ее руке браслет Избранницы, никто не сможет ее остановить.
Убить, кстати, тоже.
Жрец распахнул дверь, вышел, а затем вошел:
- Никого нет.
Алессия проследовала к нему, спустилась и, обернувшись, подметила:
- Храм сияет.
- Так и должно быть,- нахмурился жрец. – За вами прибудут маги Его Величества. Но все же, кто же так стучал?