Наталья Самсонова – Факультет судебной некромантии, или Поводок для Рыси (страница 48)

– Только бы с ребятами было все в порядке.

– Моим студентам эти люди не родственники, – успокоил меня декан. – Кыш в свою комнату. Завтра будете поднимать подготовленные мною образцы. Наступила пора зачетов. А то, чувствую, после того безобразия, что Зур зовет «командным зачетом», профильный вы точно завалите.

В комнате сидела зареванная Кариса, рядом с ней Лий. Сердце пропустило пару ударов.

– Все живы? – в первую очередь поинтересовалась я.

– Пока да, – лаконично произнес эльф. – За Вереном не уследили. Помнишь двух куриц с алхимического?

– Приворотное? – ахнула я.

– Хуже, – насморочным голосом возвестила Кариса, – два приворотных. Его едва откачали, и пошла вторая волна инт… ист…

– Интоксикации, – нетерпеливо подсказала я. – И что?

– Забрали в город, – эльф поджал губы, – боюсь, что девиц отмажут.

– Если отмажут, встретимся на полигоне, – нехорошо улыбнулась волчица.

– Да, к сожалению, приложить порез ускорялкой уже не так страшно, – я потерла кончик носа, – но до петли я их доведу. Приведи лицо в порядок, пойдем, постоим под дверьми ректора. Надо же запомнить тех, кто станет постоянным объектом наших экспериментов.

За неполные десять минут Кариса полностью убрала с лица следы истерики. Немного подчеркнула наличие пышных ресниц, обозначила румянами скулы и даже сменила форму на строгое, темное платье. Как есть суровая и неумолимая жрица Смерти. Согнав с лица неподобающую случаю ухмылку, я открыла дверь и жестом предложила ей выйти первой.

– Война? – ухмыльнулся эльф. Пока волчица собиралась, он честно подпирал спиной стенку коридора. Я стряхнула с плеча ушастика паутину.

– Ну не то чтобы, – отозвалась ему в тон. – Какой некромант будет с алхимиком воевать? Раздавлю и не замечу.

Вьюга помахал нам рукой. Он с самого начала занял стратегическую позицию у кабинета ректора. Цветок не-фикус при виде нас свернулся в клубок. Кариса объяснила, что Дар ждал родственников Верена. Выразить сочувствие и подбодрить.

– Что там?

– Ничего не слышно. Собрали всех преподов. – Вьюга зевнул. – Фон Тарнов я перехватил, донес до них.

– Что донес?

– Что на дуэли буду драться, – удивленно посмотрел на меня Вьюга. – Высокородные и богатые как делают? Дуэлью пугают. Мол, или решаем миром, или будем по ерунде драться. И если кому никак, приходиться соглашаться на невыгодные условия. А тут я.

– А если кто-то из твоих собратьев будет их выборным? – нахмурилась я.

– Не-а, мы друг друга поддерживаем. Если бы у них уже был Резерфорд, мне бы пришлось не лезть. А так я первый, и мне уступят. Этика.

– Хорошая этика, – Кариса кивнула, – правильная.

– Что вы тут стоите?! – из дверей высунулась нервная дама со следами недавней истерики на лице. Волчица прищурилась.

– Альбина Грюн, ее дочь Рина Грюн, – тут же опознала Кариса. – Слабый маг, третья в семье. Был предложен брачный контракт, от которого она сюда и сбежала.

– Одна есть, – кровожадно ухмыльнулся эльф и пояснил онемевшей женщине: – Ваша дочь с подружкой едва не угробили нашего друга. Мы хотим познакомиться с ними поближе.

– Для лучшего понимания, – кивнула я.

Женщина вскинулась:

– Девочки ошиблись! Такое с каждым может случиться.

– То-то и оно, если ваши девочки останутся безнаказанными, такое действительно может произойти вновь. Здесь хватает и богатых, и именитых учеников, – усмехнулась я, понимая, что этот слух пойдет гулять по всей Академии.

– Где гарантия, – подхватил Лий, – что они хотели Верена приворожить? Может, тренировались перед более крупной добычей? А это уже другая статья. И приворот, и эксперимент над человеком.

– Мы в магистратуру обратимся, – Кариса приласкала взглядом когти, – вдруг это заказ? Вдруг кто-то захочет купить приворот на меня? У главы клана мало женщин-родственниц.

– И я у матери один цветочек, – засмеялась я, не выдержав общего пафоса.

– Так что мы постоим, подождем, – подытожил Вьюга.

Женщина захлопнула дверь. Кариса навострила уши:

– Их там две. Из-за истерики обеих выставили в тамбур. Пытались угрожать ректору, выставляя его виноватым.

– Немного их понимаю. – Я потерла кончик носа. – Я бы своего ребенка тоже выгораживала, невзирая на провинность. Но…

– Но это не наши дети, и мы будем требовать для них наказания, – кивнула Кариса.

– Если Верен выживет, все будет проще. Запрет на обучение, запрет на равный брак и общественные работы. Улицы мести. Но это, сама понимаешь, будут делать специально обученные люди. Под личинами, – пакостливо улыбнулся эльф.

– Если все закончится хорошо, пусть так и будет. А если нет, если останутся побочные эффекты, буду ходить личины сдергивать, – буркнула Кариса.

– Побочный эффект может быть только один. – Лий передернулся. – Любовь в некотором смысле алхимия. И эта алхимия может больше с Вереном никогда не случиться. На сексуальную жизнь это не повлияет. Но чувства могут атрофироваться.

– Все?

– Нет, только те, на которые был направлен приворот. Но об этом так сразу и не узнаешь, – пожал плечами Лий.

В итоге от кабинета нас отогнала профессор Ильв. Она показала нам бумаги, правильно и четко заполненные – в магистрат. Теперь все ждали одного – выкарабкается ли Верен. И, судя по лицам родителей малолетних преступниц, им это было важно так же, как и нам.

Сегодня наша группа выглядела так, как и положено некромантам. Мы были бледны, хмуры, а Кариса даже выпустила когти. Из больницы поступала одна и та же информация: «пациент стабилен». Да еще и зачет. Декан развел руками, пояснил, что хоть и сочувствует нам, а учебные планы менять не даст.

– Я вот только не понимаю, как вы будете поднимать образцы? – протянула Майя. – Вектор у вас совершенно другой.

– Некромантия – это и стихия, и наука, – отозвалась я. – Можно быть сильным рожденным некромантом, а можно усидчивым обычным магом. Пентаграммы и октограммы, рунные цепочки и плашки – все это помогает придать магии необходимый для поднятия окрас. При должном настрое и обычный человек сможет поднять кладбище.

– Откуда такие познания? – Охотник сжал плечо Майи и привлек девушку к себе.

– Из библиотеки. Волхование для простых людей, – зевнула Кариса. – Пару лет назад эту книгу исключили из учебной программы. Одна теория, никакой пользы. Но наши учебники ссылаются на Периведана Алхаусского.

– Да, видела, ну и дурацкое же имя, – хихикнула Майя.

– А если видела, почему не поискала в библиотеке? – удивилась я.

Ленивым, злым препирательствам положил конец Данкварт:

– Заходим, господа студенты!

В свете переживаний за Верена и грядущего зачета даже привычный и родной кабинет казался темным и зловещим. Только привычная уже надпись, выцарапанная на парте Лия: «Рыська – зараза» – чуть-чуть подняла настроение. Особенно если вспомнить, что я у себя про него нацарапала.

На подготовленном столе, на серебряном блюде нас ожидало восемь усопших… хомяков. Бедолаг стало жальче, чем давешнего наемника с выпущенными кишками.

– Мастер?..

– Прошу, – повел ладонью гаденько ухмыляющийся некромант. – Ваши подопытные. И помните, кто-то из них с сюрпризом, а кто-то жив. Кто желает быть первым?

– Я, – высокомерно протянула Майя.

– Пожалуйста.

Вытянув ладонь над образцами, она прошла вдоль стола в одну сторону, затем в другую. Пододвинула к себе второго слева грызуна, надавила двумя пальцами на пузико, и хомяк поднялся на задние лапы. По воле девицы он протанцевал вдоль стола, раскланялся и лег назад на поднос.

– Незачет, – коротко обронил некромант.

– Почему? – зло и обиженно выдохнула Майя и бросила в мою сторону весьма недобрый взгляд.

– Что вы использовали? Собственную силу. Тем количеством магии, которым вы подняли на ноги хомяка, вы могли бы поднять полкладбища. Вы не применили ни одного заклинания или рунной цепочки. Вы только что продемонстрировали, студентка Эссио, что за полгода учебы ничего не изменилось. Вы могли поднимать мертвых усилием воли и до того, как пришли сюда.

– Да, мастер, – коротко бросила Майя и отошла от стола. Но мне показалось, что из сказанного деканом она ничего не услышала.

– Рысь.

– А дальше уже не по желанию? – поразилась я и подошла к столу.