Наталья Самсонова – Факультет судебной некромантии, или Поводок для Рыси (страница 30)

– Прости. Ляпнула, не подумав.

– Я так понимаю, что просить некромантов-недоучек прекратить расследование бессмысленно? – Лион вертел в пальцах какую-то магическую цацку, а я не могла оторвать от нее глаз.

– Правильно понимаешь.

– А рассказывать мне, если наткнетесь на что-нибудь интересное?

– Время покажет.

– Хорошо. – Лион кивнул и сунул блестяшку за обшлаг рукава. И мы спокойно поели, не сказав больше ни слова на тему убийства.

– Прими мою руку, прекрасная дева, я провожу тебя в комнату.

– Я так-то замужем была, как бы не дева. – Я сощурилась, рассматривая сомнительный «дар» в виде руки бойца ОГБР. – Хотя если смотреть на возраст, то по самому краю подходит.

У дверей моей комнаты меня настиг вестник. Мастер Данкварт уведомлял, что ему требуется ассистентка для визита к герцогу Овьеллю, Дознавателю. И что он ждет меня на стоянке мелдо.

Под укоризненным взглядом Карисы – а вестник настиг меня под самой дверью, так что волчица все слышала – я экстренно скидывала платье. А точнее, застыла на моменте расшнуровки корсета.

– Если не поможешь – распорю его к ракшасам, – гневно вызверилась я.

– С другой стороны, ты покажешь ему, насколько обижена. Изысканное платье для соперника и повседневная форма для него. – Кариса лениво поднялась с постели и выпутала меня из корсета.

– Угу.

«Дракончик» был дополнен косой на всю длину прядей, форма поправлена, манжеты легли идеально. Я подхватила со столика ракушку с травяной мазью и втерла ароматную смесь в запястья.

– Правильно, основной запах, на который реагируют оборотни, исходит именно от запястий.

– Запястий?

– Ну, ты же не думаешь, что мы реагируем на пот и… – Тут Кариса выразительно округлила глаза. – Кое-что еще? Магия запаха родственна обычной магии. Иди, лекцию об ароматах я прочитаю тебе после.

– Ты обещала! – Я подмигнула подруге, подхватила сумку, пихнула в нее учебник арифметики и свежую тетрадь.

– Зачем тебе сумка?

– Домашнее задание сделаю. Все равно они меня где-нибудь закроют. Не при мне же беседы вести будут.

На стоянке осталось три мелдо, а декана еще не было. Игра «один из трех». Если вообразить себя Шерлоком, какое транспортное средство может принадлежать мастеру? Поправив воображаемую шляпу и раскурив не менее воображаемую трубку, я начала выстраивать логическую цепочку:

– Итак, что мы имеем? Преподаватель, преклонного возраста… – Тут я задумалась, в этом мире сорок семь еще не приговор. – Под следствием, одевается скромно, неприхотлив. Исходя из этих данных, ему принадлежит зеленый мелдо! – Я даже похлопала в ладоши от удовольствия.

Зеленая машина выглядела максимально побитой жизнью. Такие вещи, как ржавчина, не трогали мелдо. Однако же тусклый цвет, не модный в этом сезоне обвод – этот транспорт был самым дешевым на стоянке.

Из-за моей спины вышел декан, с нечитаемым выражением лица щелкнул пальцами, и черный мелдо приветливо замигал подвесными фонарями. Я поджала губы: не вышло из меня Шерлока. Ну и что, не выглядит некромант богатым человеком.

– Не боитесь, студентка фон Сгольц, что меня паралич разобьет посреди дороги? – едко поинтересовался Данкварт.

– Нет, мастер, – тоном хорошей девочки ответила я. – Скорость в городе превышать нельзя, а значит, выживем.

Усевшись, я вытащила из сумки арифметику и плотный самодельный блокнот. Кариса украсила его пуговками разных размеров и полосками кожи. Откуда она взяла такую тонкую и приятную кожу – не имею ни малейшего понятия. Листы мы надергали из недописанных тетрадей той же ди-Овар. Точнее, она высыпала передо мной целую горку старых, потрепанных, местами свернутых в трубочку записей и милостиво разрешила брать все, что захочу.

Некромант вел машину ровно и аккуратно, строчки ложились в блокнот идеально. Это моя большая проблема: если конспект выходит некрасивым или приходится зачеркивать какую-то строчку – все, настроение падает, и заниматься больше не хочется. Кариса уже третий день учит меня корректирующему заклинанию, но и оно после себя оставляет некрасивый след – как жирное пятно.

Я планомерно выписывала вопросы, которые нужно будет разобрать с Вереном – слишком уж быстро и непонятно объяснялся профессор Арцисс на парах. Из тех студентов, что были в нашей группе, только мы трое держались на уровне и не заработали ни одной пересдачи. Хотя Вьюгу порой было очень тяжело вытянуть – профессор периодически вызывал его к доске, пытаясь подловить на том, чего он не знает.

– Выгружаемся, – коротко произнес мастер. И я отвлеклась от размышлений. Под набросками решений бесновались корявенькие фигурки. Так на бумаге выглядел момент, где раскаивающийся некромант просил у меня прощения, а я гордо уходила в закат.

Неловко выбравшись из мелдо, я случайно проигнорировала «руку помощи» от декана. Пока я удерживала в охапке открытую сумку, учебник, блокнот и карандаш (в зубах), он искренне хотел мне помочь вылезти. Вот только человек, воспитанный в рамках российских автобусов, не будет тормозить на выходе. Как бы это еще объяснить недовольному мастеру?

– Прошу прощения, я просто не ожидала, – старательно удерживая на лице доброжелательную улыбку, произнесла я. И тут же поняла, что сказанное вслух сильно отличается от того, как прозвучало мысленно. Некроманта слегка перекосило, он коротко кивнул и жестом предложил мне следовать за ним.

Мы прибыли в богатый район. Через две улицы дом семьи фон Сгольц, в другую сторону, до конца и последний правый поворот – дом моего бывшего мужа.

У Дознавателя присутствовал стиль и здоровое чувство юмора. На высоких кованых воротах в качестве украшений резвились стилизованные скелеты бронзового цвета. Сверху в них летели такие же стрелы, а под ними было что-то острогранное. Не то четырехконечные звезды, не то какие-то недосюрикены.

На узкую, мощенную камнем дорожку роняли тень густые кусты с толстыми, мясистыми листьями. Несколько раз попались короткие, на двух худых человек или одного упитанного индивидуума, скамеечки. Они были почти скрыты листвой и прогнувшимися ветвями. Именно здесь, в тени, среди сладкого аромата неизвестных цветов, таящихся в глубине сада, мне пришла в голову простая мысль – декан такой же человек, как и все. И все мои обиды – мои личные проблемы. Данкварт не обязан быть идеальным и уж точно имеет право на выбор линии поведения.

– Целительница Иртэ оказалась в сложной ситуации, – негромко произнес некромант, будто почувствовал мои мысли.

– Только она там оказалась? – Я старалась не допустить в голос яд.

Данкварт пожал плечами:

– Я семь лет знаком с Иртэ. И до недавнего времени она не позволяла себе лжи.

– Или вы ее на этом не ловили? Простите, это не мое дело. Где я буду вас ожидать?

– В чайной комнате, – ответил незнакомый голос. Дознаватель появился неожиданно.

Кусты разошлись, пропуская невысокого, худого человека, и тут же вновь переплелись ветвями. Внешне герцог Овьелль казался невзрачным, но только до тех пор, пока не напорешься на слишком умный, холодный взгляд. На сероватом, обветренном лице привлекали только глаза. Они сглаживали впечатление от лисьего носа, от мелких шрамов-оспинок. Слишком тонкие, бескровные губы кривились в усмешке – герцог знал, насколько далека его внешность от канонов красоты.

– Как прикажете.

– У меня будет вопрос к вам, студентка фон Сгольц. – Он окинул безразличным взглядом мою сумку и добавил: – В письменной форме.

– Как прикажете, – немного удивленно повторила я. И тут меня бросило в холодный пот: может ли так быть, чтобы и Дознаватель, и Наблюдатель, желавший на мне жениться, были одним человеком?!

Оказалось, что может.

– Ваша матушка отказала мне во встречах с вами, мотивируя это вашим же нежеланием. Как правило, девицы отказывают мне после личной встречи. Вы подняли эту планку, и мне любопытно. – Герцог жестом предложил некроманту следовать вперед. – Вы знаете куда, Роуэн. Позволите предложить вам руку, маркиза фон Сгольц?

– Позволю и приму. – Я не без трепета положила кончики пальцев на согнутый локоть герцога. – Но позвольте заметить, маркиза фон Сгольц – моя мать. А что касается встреч с вами, я уже была второй женой и не считаю, что от смены хозяина меняется судьба питомца. Сейчас у меня есть шанс на самостоятельную жизнь. А продаться за золото… В моей матери погиб великий предприниматель, она продаст меня в любом случае. И в любом случае не без пользы для рода.

– Тем более сейчас ваша стоимость выросла – хорошая кровь, усилившаяся магия, – согласно кивнул герцог.

– Вот видите, как хорошо вы все понимаете, милорд.

– В контракте можно прописать все, что угодно, – проявил настойчивость Дознаватель.

– У вас уже есть жена, если я не ошибаюсь?

– Возникли некоторые сложности, – уклончиво ответил герцог.

– Милорд, наш диалог может оставить у вас впечатление, что теоретически я согласна, и вопрос в цене, – нахмурилась я. – Это не так. Я абсолютно и категорически против. Мне просто любопытно.

– Очень жаль, но все же позвольте за вами поухаживать.

– В свой первый брак я вступила по любви и истово благодарила императора-мага за оставленную лазейку – ведь только благодаря ему любящие сердца могли соединиться. Ухаживайте, но больше я в такую гнусность, как брак по любви, не вляпаюсь. Да и просто в брак.

На этих словах можно было проверять аристократическое воспитание – на месте герцога любой земной собеседник поинтересовался бы браком «по залету». И судя по выражению лица, Дознавателю тоже было интересно.