Наталья Самсонова – Факультет судебной некромантии, или Поводок для Рыси (страница 15)

– Она уже час такая. Успокоится – родит, – объяснил Охотник и усадил подружку рядом с Карисой.

– Они должны знать, что это мы, – негромко произнес эльф.

– Что это мы – что? И главное, они – кто? – уточнила волчица. Она извлекла из узкой шкатулки маникюрный набор и увлеченно подпиливала когти. Звук получался пронзительным.

– Они – все, – веско произнес эльф. – Что мы – все. Все пакости, все, что мы вытворим.

– Чтобы все вокруг знали, – нахмурилась я, – что некроманты, которым за долгие годы впервые выпала возможность выйти на свет, первым делом начали косячить? Лий, ты-то в родной Лес вернешься, а мы?

– Так без доказательств, – раздраженно уточнил эльф. – Догадываться, понимать и злиться от невозможности прижать нас.

– И ты думаешь, наши пакости испугают куратора? – с сомнением спросила я.

Эльф пожал плечами:

– Иные предложения?

– Подставить куратора? – предложила Кариса и достала леденец.

– Но без доказательств, – обеспокоенно уточнила я.

Я уже знала, что Лес – другая страна, в которой живут эльфы и оборотни. И там есть куда податься, если говорить об учебных заведениях. А вот людям из нашей группы придется туго.

– Разумеется, подставим, – хмыкнул Охотник. – Нас потом не найдут. А если найдут – не докажут. Ну, чего ты пищишь, говорить готова?

– Наша несостоявшаяся однокурсница – не первая жертва, – наконец выдохнула Майя.

Пилочка в руках волчицы соскочила с когтя и прочертила алую полосу на ладони. Кариса слизнула выступившую кровь и подобралась:

– Подробности?

– Какие подробности, – вздохнула Майя. – Каждый год, вот уже шесть лет, кто-то из учеников умирает в этих числах. Способы – разные, были даже самоубийцы. Одинаковые только числа. Десятое и одиннадцатое. Чередуются.

– Ну вот, я как знал, куда переводиться, – разбил тишину счастливый голос эльфа. – Это же приключение, ребята.

Дар тяжело вздохнул, и эльф пихнул его локтем в удачно подставленный бок.

– Приключения, героизм, тьфу. Кто потом вас спасать будет, героев недоделанных? – вопросил Вьюга.

– Уж не ты ли? – Я чуть потянула бойца за вихры, и он, извернувшись, подарил мне мрачный взгляд:

– А кто за вами присмотрит-то, кроме меня? Убьетесь.

– А я? Мне девяносто годиков, – пакостливо улыбнулся Лий. – Я присмотрю со всех сторон.

Кариса кокетливо поправила глубокий вырез на пышной груди и послала эльфу воздушный поцелуй.

– А кто-нибудь в курсе, бывают полукровки эльф-оборотень? – спросил в пустоту Охотник.

– Я – сговоренная невеста! – оскорбилась волчица.

Путем долгих пререканий на дело решили идти этой же ночью. Расследование таинственных смертей – дело серьезное и требует вдумчивого подхода. А прикрыть его можно шалостями и пакостями. Эльф уважительно покосился на Майю, робко высказавшую это предположение. Мне даже стало немного обидно – я подумала о том же, но промолчала.

За одну ночь мы успели побывать в разных уголках огромной Академии. Восемь этажей плюс три башни, одна из которых закрыта для посещения. Мы взломали дверь и запустили по пыли зачарованные ботинки Карисы – оставлять следы.

Я отвлеклась на час, сходив к целительнице, – проснуться оттого, что Иртэ ломает мне кости и исцеляет заново, желания не возникало. Гномка вымесила меня, как глину, и отправила спать. Особо уточнив, что физические нагрузки мне вредны. Поэтому я выступила в качестве мозговой силы. Впрочем, наиболее пакостливый характер оказался у эльфа. Хоть и не все его идеи мы смогли воплотить в жизнь. Я делилась энергией, представляя, что мои друзья – это «решето», а ребята колдовали.

Так, за одну ночь Академия обзавелась плюющимися кипятком дамскими душевыми, а в туалете на третьем этаже, том самом, где спасали нос Верена, мы заговорили унитазы. Изначально эльф требовал, чтобы из душа вместо воды текла алая жидкость, максимально похожая на кровь. Но мы не были великими магами, и вышло то, что вышло.

– Мне тут в голову пришло, – сонно проворчала я, уже забравшись в постель, и Кариса угукнула, мол, говори. – Я не хочу, чтобы эти проделки связали с нами.

– М-м-м?

– Ну, ладно то, что мы в столовой наворотили, оно еще как-то на некромантский юмор тянет. Но плюющийся душ? А про туалетную комнату я вообще молчу.

– М-м…

– Тогда мне казалось смешным.

– Грр!

– Сплю, сплю.

Утром нещадно трещала голова и зверски хотелось есть. Кариса уже умчалась в свою любимую кофейню, оставив после себя только горьковатый аромат трав. Из-под кровати выползла химера, которую я передарила Верену. Я почесала зверька за ухом и погрозила пальцем:

– Не шали и не огорчай хозяина, хорошо?

Будто искусственно созданная рептилия может меня понять.

Я купила в киоске две шоколадки и яблоко и, поправив матерчатую сумку с учебниками и письменными принадлежностями, припустила в сторону кабинета некромантии.

На завтрак ребята меня не дождутся. Во-первых, я не хочу смотреть на «дело рук своих», а во-вторых, надо поболтать с мастером Данквартом. Так, если это дверь в учебный класс, то напротив должны быть его покои. Иначе зачем в двери глазок?

– У вас сегодня нет занятий со мной, студентка фон Сгольц, – устало произнес оборотень, прислонившись к дверному косяку.

А мне пришла в голову страшная мысль – не пришлось ли ему таскаться за нашей гоп-компанией по всей Академии.

– У меня есть шоколад, у вас есть чай?

Ответом мне стала закрытая прямо перед носом дверь. Через пару секунд оборотень вернулся с небольшим кульком заварки. Который и протянул мне.

– Это все? Я бы хотел остаться наедине с собой.

– Останьтесь наедине со мной, – выпалила я и покраснела. – То есть чаем угостите?

– Уже.

– Жидким.

– Что бы ни рассказала вам о «поводке» студентка ди-Овар, я – мужчина, и определенно способен выдержать больше, чем изнеженная девица.

– Очень тонкий слух – залог дрянного состояния нервной системы, – сообщила я, проходя в темный коридор деканского жилища и жадно осматриваясь. До чего же интересен быт практикующего некроманта!

Но никаких черепов, свечей и черного бархата с вытканными пауками в жилище оборотня не оказалось. Даже гроб нигде не стоял.

– Побойтесь ракшасов, студентка, к чему мне гроб?

– А я вслух сказала? А как же, вот придут к вам, а у вас и гроба нет. Некромант несолидный получается.

Несолидный некромант захихикал и поставил на стол две грубые большие чашки. На одной была сколота ручка. Я присела на плюшевый диван и тяжело вздохнула.

– Вы сегодня не выспались. Проблемы с дыханием, верно?

– Кому-то не сиделось в своей комнате, – тонко усмехнулся оборотень.

– Я могла бы выполнять задания в вашей гостиной, – решительно произнесла я. – И ночевать здесь же. Кариса прикроет, если я ее попрошу. Я беспамятная, наставник. Я могу сорваться и побежать, забыв, что вы, возможно, где-то рухнули с приступом удушья.

– Я убил и съел двоих людей, – напомнил оборотень.

– Без соли? Без соли – страшное преступление. А еще я была в библиотеке. Целых четыре разных автора приводят пять совпадающих симптомов, по которым можно вычислить дикого оборотня. Вы не подходите ни под один.

– Целая плеяда алхимических зелий способна убрать всю пятерку этих симптомов.

– Для того чтобы ими пользоваться, нужно быть умным маньяком, а не сбрендившим волком, – отрезала я. – Никто не должен мучиться. Ни вы, ни я.

– А с вами что? – резко подался вперед мой декан.

– Я знаю, что такое удушье.