Наталья Самартцис – Хозяйка кондитерской (страница 15)

Я едва успела залить сахар в приготовленные формы — у меня это были ложки — как дети уже прибежали на кухню, и я налила им суп. Пока они ели, пирог тоже подоспел, и я разрезала его прям горячим. Дети были на удивление притихшими и только торопливо ели всё, что я им наложила. Они разве что тарелки не вылизали, и я почувствовала удовлетворение, заметив, что они наконец-то наелись.

— Подождите, возьмите ещё вот это, — остановила я их, уже готовых выскочить из-за стола, и вручила по конфете, которые они изумлённо сжали в ладошках.

Что ж, кажется, дела постепенно налаживаются.

Мне удалось накормить детей, и хотя завтра мне предстоит сложный день, для меня это шанс — я выведаю у Тайры всё, что возможно, о жизни горожан и поставках продуктов, а затем попытаюсь привести свою таверну в порядок. Если получится, я начну именно с десертов — раз здесь их мало кто делает, на мою продукцию должен быть хороший спрос. Мне нужно как можно скорее заработать деньги, и Тайра может стать мне отличной помощницей в этом.

Поскольку кухня у меня была более-менее в порядке, да ещё и домовиха взялась за уборку, я решилась снова пройтись по дому и внимательнее посмотреть, в каком состоянии находятся гостевые комнаты. Возможно, их ещё можно привести в порядок и сдавать, хотя бы за символическую плату. Осматривая дом, я поняла, что к гостиным номерам есть отдельный вход с коридором с другой стороны дома, так сказать, со двора, который сейчас был заколочен — похоже, его забили досками с тех пор, как комнаты перестали сдавать в найм. В коридоре было много грязи и пыли, и я стала прикидывать, сколько времени на всё это понадобиться. Да, здесь придётся повозиться, а время поджимает, поэтому эту идею придётся оставить на потом.

Может, кто-то согласится купить старую мебель из этих комнат?

Я бы всё равно там всё обновила, а вот старый хлам будет только мешать.

Похоже, на первом этаже тоже придётся кое-что поменять. В кабинете Ольвена я нашла бумагу и перо и взялась чертить новый план моей таверны — с учётом того, что я бы хотела переделать. Пока что перестановок будет по минимуму, но в будущем, я думаю, получится расшириться. Я прикинула, где лучше поставить столы для посетителей, а где можно обустроить промо-зону для моих десертов. К счастью, сама таверна изначально имела неплохое расположение, просто не всё было устроено удобно лично для меня и практично с точки зрения коммерции.

Поднявшись на второй этаж, я снова стала свидетельницей разговора «моих» детей. И то, что долетело до моих ушей, заставило меня покрыться холодным потом.

— Да, ты был прав, Фел, — грустно сказала Амелия. — Конечно, она вкусно готовит…

— И ещё, она ни разу нас не ударила, — добавил Фелион.

— Это пока что. Но кто знает, что ей придёт в голову завтра?

— Может, всё-таки останемся? — с надеждой спросил мальчик. — Вдруг она не будет нас обижать?

— Я не знаю, — девочка, похоже, тоже сомневалась. Я увидела через щёлку в дверях её грустное задумчивое личико, за щекой она явно держала конфету. — Мама никогда не делала для нас конфет и не покупала нам одежды… Но ты хорошо придумал, как можно её проверить.

— Ага, — грустно согласился Фелион. — Эта женщина не знает, что мы с тобой родились в один день, и что день рождения у нас было три месяца назад.... Теперь мы точно знаем, что это не наша мама!

Глава 12. Я составляю планы на будущее

От услышанного я не просто похолодела. Мои ноги словно к полу приросли.

Вот незадача! И как они так быстро догадались, кто я такая? И что же теперь мне делать? Если дети решат от меня сбежать, как я смогу их удержать? Могут ли их заставить проживать вместе с матерью-самозванкой? А если они заявят куда следует, может, меня и вовсе лишат родительских прав! И что тогда будет с этими двумя несчастными малышами, с которыми жизнь и так обошлась сурово? Я ведь всего лишь хотела взять на себя ответственность за них и сделать их счастливыми!

Я была очень расстроена и напугана, так что чуть не пропустила того, о чём дети говорили дальше.

— Да, мама ведь не могла забыть, что день рождения у нас было два месяца назад и что мы вообще родились в один день, — согласилась Амелия, и я снова удивлённо застыла.

Стоп, что она сказала? Разве дети Мии — близнецы?

Да, они похожи, буквально одно лицо, и брат с сестрой вполне могут быть двойняшками. Но ведь их разница в возрасте слишком очевидна — мальчик явно младше сестры года на три, если не на четыре. А если они ровесники, это значит, что…

Новый приступ страха накатил на меня удушающей волной.

Может ли быть такое, что маленький Фелион чем-то болеет, раз у него настолько сильная задержка в развитии? А знала ли об этом сама Мия? Неужели ничего не замечала? Принимала ли она какие-то меры? А может, Фелион должен пить какие-то лекарства, проходить какое-то лечение, а я ничего не знаю об этом?

Я аж застонала от собственного бессилия.

Ну невозможно, совершенно невозможно узнать всё о новом мире и новой семье за два дня!

Но ведь здоровье ребёнка — это самое главное! Тут нельзя терять ни минуты. Вдруг я своим промедлением наношу мальчику непоправимый вред? Завтра же я постараюсь найти для него доктора и выяснить, в чём дело, а сегодня надо принимать решительные меры.

Поэтому я коротко постучалась в двери и почти сразу вошла. Дети обернулись на меня, и на их лицах промелькнул испуг, и это очень больно кольнуло меня в самое сердце.

Как обидно, что они меня боятся! А мне теперь ещё придётся им врать, и от этого так скверно на душе!

Но я постаралась натянуть на лицо самую добрую улыбку, которую только могла.

— Дети, нам нужно поговорить, — начала я, заметив, как они снова сжались. О, нет! Надо смягчить тон. — Мне нужна ваша помощь… — и снова я что-то не то говорю! Они, похоже, ещё сильнее растерялись! — Давайте я вам всё расскажу, а потом мы вместе подумаем, как нам лучше поступить, хорошо? — наконец, выдавила из себя я, уже ни на что особо не надеясь.

Но к моему удивлению, это помогло. На лицах детей проступил интерес, и они, похоже, ждали, что я им такое сообщу. И я начала говорить, стараясь, чтобы мои слова звучали правдоподобно.

— Помните, когда я упала с лестницы… Я тогда сильно ударилась головой, — я внимательно следила за реакцией детей. — Так вот, после этого удара моя память… она куда-то пропала, — я развела руками, словно извинялась. — Память постепенно возвращается, но я бы очень хотела, чтобы вы мне помогли её восстановить. Вы согласны мне с этим помочь?

Теперь на лицах детей я видела неуверенность. Они переглянулись между собой. Неужели они мне не поверили?

Но похоже, моя ложь всё-таки сработала. Амелия первой снисходительно улыбнулась.

— Ах, мама, а мы уже подумали, что с тобой что-то случилось, — произнесла она. — Ты и правда ведешь себя немного странно после этого падения!

Я от облегчения не смогла сдержать улыбку.

Работает!

Мы с детьми теперь не расстанемся! Только бы они и дальше верили, что я хочу им только добра!

— Это ещё не всё, — сказала я. — Когда ко мне стала возвращаться память, я вспомнила некоторые моменты… которые не могу себе простить, — я опустила взгляд. — Мне не следовало обходиться с вами так сурово. Я больше никогда не подниму на вас руку, обещаю! Давайте вместе построим нашу семью на любви и уважении. И я обещаю вам, что буду всегда о вас заботиться… и готовить вам много вкусной еды!

Дети снова переглянулись, на этот раз лица у них просветлели, они выглядели радостными и удивлёнными одновременно.

— Ты обещаешь, мама? — тихо спросил Фелион.

У меня слёзы к горлу подступили, и я закивала изо всех сил.

— Конечно, обещаю! — выпалила я. — Надеюсь, вы мне будете помогать. Потому что планов у меня много, а вот с деньгами туго, — я не смогла сдержать печального вздоха, но тут же спохватилась. Незачем вешать на маленьких детей свои взрослые проблемы. — Но мы что-нибудь обязательно придумаем, правда?

— Что придумаем? — осторожно спросила Амелия.

— Я хочу открыть в нашей таверне кондитерскую и готовить сладости, — ответила я. — Будем делать пирожные, конфеты, печь сладкие пирожки и торты! — я с воодушевлением говорила, а дети смотрели на меня слегка недоверчиво.

— Мам, а ты разве это умеешь? — тихо спросил Фелион. — Почему тогда ты этого раньше не делала?

Так, стоп. Нужно быть очень осторожной.

— Да, не делала, — согласилась я. — Но на ярмарке я познакомилась с одной замечательной девушкой, которая работает в таверне… И она пообещала меня всему этому научить, — я уверенно закивала. — Завтра я отправляюсь к ней на весь день. А вас я прошу посидеть дома и подождать меня, хорошо? — я посмотрела на них очень выразительно. — Я оставлю вам и завтрак, и обед. Прошу, никуда не уходите и ничего ни у кого не крадите. Договорились?

Дети переглянулись, Амелия наклонилась к брату и что-то шепнула ему на ушко, тот кивнул, и затем девочка посмотрела на меня.

— Мам, а можно я завтра пойду с тобой? — спросила она.

— Это зачем? — я напряглась.

— Но ты же сама сказала, чтобы мы помогали, вот я и хочу помочь, — Амалия нерешительно улыбнулась. — Пожалуйста, мам! Я тоже очень хочу научиться делать пирожные!

— А как же Фелион?

— Я останусь дома и буду вас ждать, — тут же пообещал мальчик.

Их слаженность меня сначала порадовала, а затем на душе появилась неясная тревога. Ох, неспроста это... Вдруг они опять что-то задумали? Как теперь мне быть?