Наталья Росин – Дом, в котором я тебя потеряла (страница 10)

А теперь вокруг Карелия. Холма, покрытые зеленью, полуразрушенные домики вперемешку с аккуратными деревянными коттеджами, бесконечные леса. Но меня перестало это как-либо воодушевлять.

В конце концов, разве дом, который я помнила, не иллюзия? Возвращение в это место магическим образом не вернет все года без семьи, не вернет смысл моей жизни и не заполнит ту странную пустоту на месте воспоминаний. Я просто найду полуразрушенный дом, уничтоженный временем и пропитанный горем. И он не способен дать мне нужные ответы.

Автобус, преодолевая один опасный поворот за другим, с жутким скрипом затормозил у покосившейся железной конструкции, символизирующей остановку. С трудом вытащив багаж, я сдула волос с лица и растерянно огляделась. Все мои немногочисленные попутчики шустро разошлись в разные стороны, пока я пыталась понять, куда двигаться дальше.

Сначала показалось, что поселок заброшен. Сразу за остановкой стояли несколько пятиэтажек, потрепанный продуктовый магазин и скудная россыпь домиков. Время здесь словно замерло. Редко проезжали машины, а улицы пустовали. Только вдалеке виднелись необъятные лесистые горы, в воздухе стоял запах травы и реки, но даже красоты природы не могли остановить вымирание подобных поселков.

Я сверилась с картой на телефоне и, поудобнее перехватив ручку чемодана, двинулась вперед по главной дороге. По пути встретилось несколько многоэтажек, но в основном поселок состоял из полуразрушенных одноэтажных домов, огороженных черными от старости деревянными заборами. Я шла вперед, двигаясь к мосту, за которым и находился съемный домик.

Спустя уже десять минут я оказалась у моста с указателем «река Тохма», с которого мне, наконец, показалась истинное лицо этого места. На миг я забыла обо всем, что меня терзало целую неделю. Все померкло перед открывшейся красотой. Под моими ногами бурлила, перекатываясь через скальные выходы, река, создавая пороги, сверкающие на солнце. Над змеистой водной полосой высились величественные холмы, покрытые соснами. Небо струилось каким-то невероятным голубым цветом с отливом в бирюзовый. Я с наслаждением вдохнула невероятный запах реки и хвои. Где-то жгли костер, и запах горящих фруктовых деревьев врывался в этот тандем, пробирая до самой глубины души.

– Я дома. – Тихо сказала я сама себе с некоторой задумчивостью. И сама уже не знала, хорошо это или плохо.

Было неуютно идти по практически пустой дороге. Проезжали машины, но все они следовали дальше по дороге, к знаменитым мраморным шахтам Рускеалы. Сам поселок, в котором жило меньше тысячи человек, выглядел больше заброшенным. И когда я свернула на нужную улицу, это ощущение усилилось. Стало не по себе от мысли, что жить я буду практически одна на целой улице.

Дорога вела наверх, вдалеке виднелись сосны, нависающие над безжизненными домами. Я остановилась, сев на чемодан. Сил идти дальше практически не осталось. Но если верить номерам на домах, то мне оставалось пройти несколько домов до цели. Надо идти дальше.

Миновав небольшой, но недавно отстроенный коттедж, в котором явно жили люди, судя по веселым голосам детей за забором, я облегченно вздохнула, увидев впереди свое временное пристанище.

Этот крошечный, одноэтажный домик с зеленой черепицей мне приглянулся сразу – в основном из-за веранды, с которой открывался вид на речные пороги. У самых ворот, отделанных простым профлистом, я остановилась и взглянула вдаль. Где-то там, скрывшись за деревьями, ждал родной дом. И если бы не усталость и чемодан, то я бы бросилась сразу к нему.

Ворота открылись после звонка по телефону, как мы и договаривалась заранее с хозяйкой, женщиной лет пятидесяти по имени Ольга с флегматичным выражением на лице. Обстановка внутри домика простая – комод вместо прихожей, кухонная тумба с плитой, стиральная машина, кровать и стол. Больше из мебели не было ничего.

– Удобства на улице. – Предупредила хозяйка. – Вы знаете, да?

– Да, вы уже говорили. Что делать, на что хватило финансов. Но домик неплохой.

– Да, возле реки обычно дорого сдают. – Самодовольно улыбнулась Ольга. – Если не секрет, что привело в наше захолустье?

– Родню приехала проведать. Выхиных знаете?

– О… – Протянула хозяйка.– Да знаю, они ж тут недалеко. Моя дочь вместе с Дианой в школу ходила. Вот как. А я и не знала, что у них еще родственники есть. И не похожи вы.

– Я ее племянница.

В глубоко посаженных глазах Ольги промелькнуло любопытство, которое тут же сменилось настороженностью. Да, о нашей истории тут наслышаны.

– Вот оно что… – На лице Ольги читалось явное недоумение. – Племянница? То есть ты дочка Ани и того Виктора, что…ну…

– Да, погибли в пожаре. – Кивнула я, следя за выражением ее лица, на котором переливалась гамма эмоций – от любопытства до полной растерянности.

Заметив мой взгляд, Ольга криво усмехнулась.

– Ты извини за реакцию, но я просто пытаюсь вспомнить. Вроде точно помню, что девочка в то время пропала. Искали ее всем поселком все лето. Вроде потом говорили, что мертвой уже нашли.

– И вы думаете, что это я? – Задумалась я.

– Ну вроде бы это дочка ихняя пропала. – С недоумением пожала плечами Ольга. – Может и ошибаюсь. У нас здесь люди простые, что не знаем, то додумаем, как говорится.

Она попробовала улыбнуться, но в ее глазах читался суеверный страх.

– Я просто мало что помню из детства, поэтому не могу вам ничего и сказать. – Пожала я плечами.

– А, вот оно что. Ну что ж, сплетни это все деревенские. Ты располагайся. Я тут живу с семьей недалеко, через улицу. А это домик моей свекрови, она к нам переехала. Так что соблюдай порядок, с плитой поосторожнее.

Я невольно усмехнулась, и чуть не ляпнула, что с огнем в нашей семье не дружат. Но вовремя сдержалась и вслух ничего не сказала. Просто кивнула, мечтая остаться одна.

– Ну, оставайся. Звони, если что. – Сказала хозяйка, с опаской взглянув на меня.

Едва Ольга меня покинула, оставив предварительно ключи на комоде, как я упала на кровать. Мне уже все равно, насколько чист матрас. Главное – измотанное дорогой тело наконец-то оказалось в горизонтальном положении. Борясь со сном, я вслушивалась в звуки родного поселка. Вдалеке шуршали шинами проезжавшие машины, доносился грохот стыкующихся вагонов на железнодорожной станции, но не слышно ни разговора, ни криков гуляющей молодежи, ни единого звука человеческого голоса. От этого безмолвия становилось жутко, но зато ничего не мешало думать.

Девочка моего возраста, пропавшая в то же время, что и погибли мои родители? Надо бы узнать поподробнее об этом случае. Странно, но я ведь еще жила здесь и должна была что-то слышать. В голове всплывали четкие воспоминания, связанные с тоской по родителям, ощущению себя чужой в тетиной семье, тягучее лето, желание вернуться домой. Но случая с пропавшей девочкой не вспоминалось. Хотя надо признать, что в то лето для меня ничего не имело значения. Я практически не выходила из дома.

Постепенно в комнате становилось все темнее. Я задумчиво рассматривала потолок, на который падала тень от ветвей яблонь, образуя причудливый узор. Стало заметно холоднее. Пора устраиваться на ночь. Поднявшись с кровати, я включила свет во всем домике, передвигаясь по темноте не без некоторого страха.

– Буду держать свет включенным всегда. – Сказала я вслух, пытаясь разбавить тишину дома своим голосом.

Я вынула из сумок, оставленных у выхода, все самое необходимое для первой ночи – гигиенические принадлежности, уютную пижаму мятного цвета, еще пахнувшую нашей с Тимуром квартирой, телефон и ноутбук. Первым делом разблокировала смартфон, ожидая увидеть пропущенный вызов от Тима, но меня ждало разочарование. Никто не звонил, хотя время подходило к одиннадцати часам.

Почувствовал укол досады, я схватила в охапку вещи, нагромоздив сверху ноутбук, и перенесла все это в спальню. Затем, немного прислушавшись к себе, вернулась обратно к сумкам, достав орешки и семечки, которыми снарядилась в дорогу. Поставила на кухне чайник.

Обследовав шкафчики, я с радостью обнаружила заботливо оставленный Ольгой дешевый чай, сахар и соль в простых банках. О да, я смогу попить чаю. На душе стало немного теплее. Вспомнился наш с Тимом девиз – в любой непонятной ситуации пей чай.

Мои мысли вновь вернулись к пустому списку звонков в телефоне. Почему он даже не побеспокоился о том, как я доехала? Мог бы и позвонить. Я нахмурилась, стараясь не думать об этом. Плакать больше не хотелось.

Наведя чай в кружку с отколотой ручкой, которую потребовалось отмывать еще минут десять, я вернулась в спальню и расположилась с ноутбуком на кровати. С Интернетом здесь явная беда – модем с трудом ловил сигнал. Однако двух палочек все же хватило, чтобы найти в Гугле все заметки, касающиеся пропажи ребенка в 2004 году в поселке. Нашлось всего десять результатов. Я мельком пробежалась по ним глазами. Различались либо место пропажи, либо год. Но одна заметка все же оказалась нужной.

«В поселке К. в ночь на 5 августа пропала двенадцатилетняя девочка. К поиску были привлечены местные волонтеры и сотрудники полиции. По предварительным данным, пропажу обнаружили родственники девочки уже утром. Осмотр ближайших территорий и обход домов, опрос соседей результатов не дал. Поисковые работы продолжаются».