Наталья Росин – Акт милосердия (страница 7)

– Спасибо большое, Сонь, – выдохнула Рита. – Никаких имен, да?

– К сожалению, не помню. Да и вряд ли Майя упоминала имена. Она слишком скрытная для таких подробностей, – Соня осеклась, – была.

– Я тоже постоянно говорю о ней в настоящем времени, – с грустью ответила Рита. – В любом случае, спасибо, Соня. Береги себя.

– Вы тоже. И звоните в любое время.

Рита снова положила телефон на тумбу. И вновь уставилась на записанные строки в дневнике. Только сейчас ее озарило:

– А где, собственно, Дон?

Затренькал колокольчик на входной двери. Рита нехотя отложила дневник и быстро спустилась вниз, натянув на ходу почти новые спортивные штаны Майи, которыми та толком и не пользовалась. Предварительно выглянув в окно, она увидела Тимура в полицейской форме. В руках он держал увесистый пакет.

Рита открыла дверь и впустила племянника.

– Привет, теть Рит, – Тимур прошел и аккуратно поставил пакет на журнальный столик. Обернувшись на Риту, пояснил: – Следствие просмотрело записи Майи и ноутбук, не выявило никаких улик и велело вернуть хозяйке.

– Наконец-то! – возбужденно ответила Рита, тщательно запирая дверь и задергивая занавеску на окне. – Я уже сто раз позвонила Власовой с просьбой вернуть их.

Тимур молча посмотрел на нее. После подошел и внимательно взглянул в глаза Риты.

– Как ты? – спросил он серьезно и спокойно.

Рита отвела взгляд и неопределенно пожала плечами.

– Пока занята делом, ничего. Только выдается минутка подумать, как не могу дышать от боли, – ответила она будничным тоном. – Ее вещи помогают. Когда думаю о ней, то кажется, что делаю что-то правильное. По крайней мере, в моей душе и памяти Майя всегда будет жить.

– Теть Рит, – Тимур слегка потрепал ее по плечу. – Мама скучает по тебе. Но боится, что ее заметят журналисты. Она считает, что мы в американском кино и что тебя преследуют толпы репортеров.

– Да уж, – усмехнулась Рита. – Звонили несколько раз с просьбой дать интервью. Я уж подумываю согласиться, чтобы больше не донимали.

– А стоит ли? – нахмурился Тимур. – Власовой это может не понравится.

– Власова мало что делает для моей дочери, поэтому на ее мнение, честно тебе скажу, мне плевать, – с холодной злостью ответила Рита. – Тебе сделать чай или кофе?

– Нет-нет. Ты не суетись. Мне надо уже возвращаться.

– Кстати, мама не говорила тебе, когда я смогу вернуться на работу?

Тимур замялся и почесал затылок.

– Они с отцом решили дать тебе отпуск вроде, – ответил он неуверенно. – Ты лучше поговори об этом с ними, ладно? Мне пора.

– Ладно. Давай, – кивнула Рита, чувствуя, что начинает закипать.

Едва Тимур вышел из дома, как она бросилась в комнату за телефоном.

– День переговоров, блин, – прошептала Рита, нажимая на кнопку вызова рядом с именем сестры.

– Рита? – удивленно ответила Аня.

– Какого черта? – с ходу начала Рита. – Я долго буду в отлучке сидеть? Мы договаривались ненадолго, а уже сколько дней прошло? Мне очень важно сейчас работать, понимаешь? Ты даже не понимаешь.

– Подожди, Рит, – успокаивающе произнесла сестра. – Мы не выгоняем тебя, а просто даем время прийти в себя. Как только захочешь, сможешь вернуться на работу.

– Да? – Рита вздернула голову так, словно сестра могла ее видеть. – Хорошо. Я пришла в себя. Завтра могу выходить?

– Нет, так рано…

– Я так и знала, – перебила ее Рита. – Слушай, по-вашему я сумасшедшая? Вы боитесь, что я начну рыдать в зале или что на меня накинется толпа сплетников?

– Я так не говорила, – уклончиво ответила Аня. – Но тебе ведь сейчас действительно нелегко. Можешь сорваться.

– Ой, да пошла ты, Ань! – с чувством сказала в трубку Рита и скинула вызов.

Она чувствовала себя оскорбленной. В решении Коли и Ани оградить ее от стресса был резон, но это своеобразное отстранение нанесло свой удар. «Я становлюсь изгоем», – с тоской подумала Рита. Горе всегда отталкивает людей. Но Рита и в страшном сне не могла представить, что в первую очередь горе отталкивает самых близких.

***

Александр Агапов выглядел совсем не так, как на фотографии. Густые темные волосы висели немытыми паклями, широкоскулое смуглое лицо посерело, а под когда-то жизнерадостными светлыми глазами поселились синяки от недосыпа. А еще Инна поморщилась от исходящего от парня запаха алкоголя. Увидев на своем пороге следователя с помощником, Александр угрюмо кивнул и впустил их внутрь.

– Чем могу помочь? – безжизненным голосом спросил он, жестом приглашая их сесть на старенький угловой диванчик на кухне.

– Нам необходимо кое-что уточнить, Александр Петрович, – Инна поняла, что любезничать с парнем не стоит, и взяла тон пожестче. – Где вы были в прошлый четверг между восемью и десятью часов вечера?

– Я уже говорил вашим, – огрызнулся Саша. – Я приехал утром в пятницу.

– Кроме показаний ваших друзей есть еще какие-то доказательства вашего отсутствия в городе в этот день? – холодно спросила Инна.

– Боже, – Саша раздраженно провел ладонью по волосам, – нет. Ясно?

– Ясно, – кивнула Инна и поднялась. – Я вынуждена пригласить вас в участок, чтобы прояснить некоторые моменты.

– Какого хрена? – возмутился Саша. – По-вашему, я мог ее застрелить? Да мы только собрались снимать квартиру, уже назначили дату свадьбы, оплатили половину. Я любил ее, в конце концов, если для вас это хоть что-то значит!

– И все же я настаиваю, – голос Инна стал ледяным. – Собирайтесь.

Она сама толком не понимала, чем вызвана ее неприязнь к этому парню, но интуиция подсказывала, что с Агаповым дело не совсем чисто. «Что-то ты да натворил, паршивец», – подумала она, наблюдая, как Саша нервно кусает ногти на руках и нехотя идет к машине.

Уже выходя из дома, Инна почувствовала на себя взгляд. Обернувшись, она увидела на лестнице парня – того самого друга, сопровождающего Сашу в их поездке. И его взгляд следователю совсем не понравился.

«Даниил, кажется. Так его зовут», – вспомнила Инна. Кивнув парню, она вышла из дома с твердым ощущением, что идет по верному следу.

***

Отвернувшись от сгорбившегося на стуле Александра, Инна бегло просмотрела его личное дело. Двадцать два года, ранее не судим, парень из хорошей семьи.

Агаповы, владеющие небольшой торговой точкой, были известны в городе как дружелюбные и чистоплотные люди. Александр учился на экономическом факультете в филиале того же университета, что и Майя, и готовился продолжить дело отца.

Инна усмехнулась и вышла из кабинета.

– Представляешь, он даже школу с золотой медалью окончил, – сказала она стоявшему в коридоре Павлу. – Просто образец для подражания.

– И не забывай, от него все друзья и однокурсники в восторге. Особенно однокурсницы. Он там завидный жених, – добавил Павел.

– Кто бы сомневался, – закатила глаза Инна. – Пошли поговорим с этим мистером Идеалом. Последишь за ним.

Они вошли в кабинет. Инна неспешно разложила перед собой бумаги с делом об убийстве Майи Мироновой. Павел сел рядом, ободряюще улыбнувшись Саше.

– Итак, Александр Петрович, – начала Инна, сделав небольшую паузу. – Как вы познакомились с Майей?

– Мы знакомы со школы, – равнодушно ответил Саша.

Он выпрямился, сложил руки на груди и устремил взгляд в одну точку на столе. «Прямо как Рита Миронова», – невольно отметила Инна.

– В средних классах почти не общались, но потом встретились с Майей на посиделках у общей подруги, и все закрутилось, – продолжил Саша.

– И как складывались ваши отношения? Я имею в виду, не было ли у вас каких-то размолвок?

– Только в том, что она не хотела жить со мной до свадьбы, – пожал плечами Саша. – Предпочитала оставаться дома. А так мы особо никогда не ругались.

– Один из соседей Майи рассказал, что слышал, как вы ругались за несколько дней до ее смерти, – холодно констатировала Инна. – Точнее, вы кричали, а она просто плакала. Поделитесь с нами содержанием той ссоры?

Агапов зло взглянул на следователя, но тут же снова опустил взгляд.

– Мы ругались из-за Данилы, – поколебавшись, ответил парень. – Точнее, из-за той поездки. Майя недолюбливала Даню, говорила, что он всегда тянет меня в какие-то приключения на задницу.

– И даже считала, что в ваших отношениях он третий, не так ли? – Инна вспомнила эту фразу из дневника Майи.