И неуслышанный чей-то ответ.
В памяти что-то змейкою вьется,
Пляшет, искрится, будто вино...
Письма и песни... Что остается?
Что остается? Не все ли равно...
Мечется в небе белая чайка,
До горизонта - ни деревца...
Скрипка устала - ты, балалайка,
Развесели же наши сердца.
Тени забытых, тени гонимых...
Венский профессор, цюрихский врач...
Лица знакомых, лица любимых -
То ли учитель, то ли палач.
Ах, на краю этой балки - и жизни -
Воспоминаний серебряный дым,
Музыка словно каплями брызнет,
Чтобы навеки достаться другим.
Низкого неба серая байка.
Балка устала от призрачных тайн.
Что ж замолчала ты, балалайка?
Шпил балалайке, фрейлэх зол зайн...
БАЛЛАДА О СУДЕ ТОРЫ
Однажды великий мудрец и праведник р. Леви-Ицхак из Бердичева, по прозвищу "Дербаремдикер" ("Милосердный") узнал, что готовится очередной царский указ против евреев. Не в силах это терпеть, он собрал по этому поводу Суд Торы - Дин-Тойрэ...
...А в полночь судьи - реб Арье,
Реб Хаим, реб Авром -
Взяв книги в коже, в серебре,
Расселись за столом.
Пергамент, бархата багрец...
"Ну, что же, дай нам нить
И говори: кого, мудрец,
Ты хочешь обвинить?"
"Он там, за стаей облаков, -
Ответил им мудрец. -
Он там, где выше всех миров
Стоит златой дворец,
Он там, где посреди дворца
Стоит Небесный Трон!..
Да! Обвиняю я Творца.
Ответчик нынче - Он!"
Ярилась в призрачном огне
Безмолвная гроза.
Сидели судьи в тишине,
И гасли их глаза.
И ждал в молчании истец,
Решения суда.
И знали судьи: ждет Творец,
Сгорая от стыда.
И книги молча пролистав,
И скорбь собрав в щепоть,
Сказали судьи: "Ребе прав.
Ты виноват, Господь!
Ведь мы, когда Ты нас призвал,
Стремились за Тобой!
Не Ты ль народу обещал
Свободу и покой?"
И ждали молча, до утра
И не смыкали глаз...
И им сказали, что вчера
Был отменен указ.
И стало ясно, что Творец
Признал их правоту.
Послушен был земной дворец
Небесному Персту.
Они веселою гурьбой 
