Наталья Резанова – Млечный Путь № 4 2020 (страница 47)

Для Бома осознание глубины разноречий между ним и Учителем стало настолько тяжелым ударом, что в 1984 году он временно впал в депрессию, помышляя на полном серьезе о самоубийстве. Символично, что по Питу, в те черные дни своей жизни Бом (тип Огня) на фоне учений мироздания Кришнамурти (тип Земли), особенно остро ощущал свою "не-существеннось" или "ничтожность". Действительно, как было видно в "Картографии эмоций", и как показывают диалоги Бома с Кришнамурти, для мировосприятия Земли такие эфемерные понятия как желания или чувства априори не существуют. Они остаются в понятиях Земли пустым местом, необоснованной выдумкой, иллюзией. Ощущая себя "ни-чем", Бом желал лишь одного: уйти в "не-бытие". Для выхода из создавшегося кризиса ему пришлось обратиться за помощью к британскому фрейдистскому психотерапевту Патрику де Маре (тип Воздуха) и пересмотреть отправные точки своих взглядов на жизнь.

В предисловии к беседам с Кришнамурти, Бом последовательно проводил в жизнь свою точку зрения - взгляд типа Огня, при которой "первоначальным импульсом" к развитию человечества и науки было сиюминутное "озарение, которое должно возникать в состоянии высокой умственной энергии и страсти и способно изменять клетки мозга". В переводе на язык стихий, Бом стремился к тому, чтобы Огонь сумел своей энергией желания озарить и преобразить материальную структуру мозга (Земли). При этом Бом надеялся (а надежда - это одна из типичных проявления стремлений и желаний, присущих Огню), что Кришнамурти воспринимал и интерпретировал реальность в точности, как и он.

Кришнамурти, в свою очередь, свойственно было констатировать факты. В ответ на множество вопросов Бома он часто односложно отвечал: "просто факт, что это существует" или "таковы факты". Более того, по Кришнамурти, факт - это не всякие "желания, усилия или воля", а "факт - это то, что случается, что действительно происходит". Кришнамурти открыто признавался Бому: "Когда вы говорили со мной, я замечал, что не слишком прислушиваюсь к вашим словам. Я слушал вас; я был открыт для вас, а не для ваших слов...". Как оказалось, надежды

Бома на взаимопонимание имели мало общего с той реальностью, которую Кришнамурти представлял в своих утверждениях как единственно существующий факт. В ответ на пламенные призывы Бома рассматривать побуждения и изначальные порывы, которые становятся причиной поиска истины, Кришнамурти трезво предлагал ему "опуститься, так сказать, на землю, чтобы нас можно было понять". Риторика Кришнамурти постоянно апеллировала к тому, что каким бы странным утверждение не казалось, это - существующий непреложный факт. В ответ Бом апеллировал к Огню, что люди могут видеть факты в разном свете, и потому принимать иллюзии за истины.

Перед тем, как перейти к последовательному разбору метафор и понятий, предпочитаемых обоими искателями истины, еще раз подчеркну, что оба мыслителя вели свои беседы на английском языке, которым владели в совершенстве и который был для обоих привычным обиходным языком. Тем не менее, употребляя одинаковые, известные всем слова, каждый из них думал или мечтал о чем-то о своем. Приведу характерный пример, о значимости которого писал в своей книге Дэвид Пит. Из диалогов следует, что, когда Кришнамурти произносил такие слова как мысль, мышление или разум (inteliligence), он подразумевал нечто иное, чем понимали Бом, Пит и их научное сообщество. Для Кришнамурти абстрактная мысль и конкретный мыслитель (мыслящий человек) воспринимались как тождество, и они вкупе с такими обобщенными понятиями как интеллект и разум идентифицировались не только с любой активностью мозга, но и непосредственно с самим мозгом. В итоге отдельная мысль, равно как и процесс мышления в целом отождествлялись с материей, или в понятиях стихий, всецело относились к стихии Земли.

По мнению Бома, относящегося к типу Огня, такое преобразование понятий могло завести слишком далеко. Уже с первых обращений его к Кришнамурти, Бом последовательно корректировал Учителя, поправляя его в том, что "возможны разные уровни материи", что "разум - это не мысль", "разум - явление иного порядка". Но какого порядка?

С первого дня их знакомства, для обоих собеседников, стихия Воздуха с ее значимостью вербального общения и словесных формулировок была явно не в фаворе. Оба полагали, что можно ею пренебрегать без каких-либо последствий. Но последствия были. И они особенно тяжело ударили по Бому. Будучи типом Огня, Бом зачастую принимал желаемое за действительное, оставаясь в плену своих стремлений и мечтаний. Например, он искренне полагал, что Кришнамурти на деле поступал в личной жизни так, как предлагал в своих учениях. Уже после разрыва с Учителем Бом узнал, насколько его поведение в жизни расходилось со словами. Так, Бом слушал утверждения Учителя о том, что интимные отношения вредят поискам истины, и верил в то, что Кришнамурти вел жизнь аскета, оставаясь девственником. Каково же было его разочарование, когда Бом узнал о многолетнем романе Кришнамурти с женой его верного помощника Д. Раджагопала! По свидетельству единственной дочери четы Раджагопалов, за годы этой любовной связи Кришнамурти по крайней мере три раза вынудил ее мать сделать аборт. Бом, высоко ценивший святость жизни, особенно был подавлен тем, что Учитель неоднократно принуждал близкого человека прерывать беременность. В этом случае слова оставались иллюзией и никак не совпадали с делами...

К сожалению, глубокомысленные учения и философия, моментальные прозрения и поиски первоосновы шли вразрез с житейскими буднями и с израненными человеческими душами. Как мы увидим, для стихии Воды и для задушевности в этих диалогах места не нашлось. Забегая вперед и говоря конкретнее, могу заметить, что в этих диалогах не нашлось места для радости; так и хочется их назвать "безрадостные беседы". Более того, как-то раз Кришнамурти сказал Бому: "когда я говорю "я думаю", вы знаете, что я имею в виду". В другой раз друг Бома и Кришнамурти, Джидду Нараяйан, присутствовавший на нескольких встречах, заметил, что они говорят то же самое, только "по-другому". Оказалось, что они не только говорили "по-другому", но и думали, поступали и чувствовали по-разному. Бом этого не осознавал. Или знал, но долго не хотел с этим мириться...

Каждый из них судил о другом по себе и руководствовался в своих суждениях своим личным мировоззрением. Свидетельства тому можно найти буквально на каждой странице диалогов. Для этого нужно только читать эти беседы медленно, обращая внимание на характерные различия в каждом слове и в каждом обороте речи. Важно подчеркнуть, что такие сравнения приобретают дополнительную глубину, когда они проводятся в рамках английского языка, с учетом этимологии слов и истории возникновения тех или иных выражений. Зачастую центральные понятия невозможно однозначно перевести на русский, и тогда желательно рассматривать их в оригинале. Если такой разбор привести во всех деталях, то вышла бы книга значительно больших размеров, чем сами диалоги. Такой цели эта работа не ставила. Моим намерением стало лишь предоставить ключи к пониманию разных подходов между стихиями на примере рассмотрения следующих центральных моментов:

Осознания разницы первооснов

Примеров перевода с понятий одной стихии на язык другой

Сравнения предпочтительных понятий и оборотов речи

Умаления значимости некоторых стихий.

В последующем рассмотрении непременно будут упрощения. Но ведь еще Карл Поппер определял науку как искусство систематических упрощений. Осознавая это, я пыталась систематизировать свои "стихийные" наблюдения, максимально отражая как природу стихий, так и ее проявления в поведении героев этого эссе.

Оба собеседника впервые подняли ряд сложнейших вопросов о природе человека, его желаний, озарений, сознания, мышления и разума. Часть их рассуждений выглядела противоречивой, непоследовательной или беспредметной. Оба ходили кругами, часто перечили своим прошлым определениям и выводам, постоянно сбивчиво перескакивали с одной темы на другие, мучительно осознавая, что любые их модели в конце концов заводят в тупик. Порой оба высказывали взгляды, которые казались ученым того времени примитивными или незрелыми. Тем не менее, основная заслуга обоих в том, что они решились поднять фундаментальные вопросы и говорить о том, что до них казалось многим очевидным. Со своей стороны, я навсегда сохраню благодарность обоим соавторам этих диалогов за то, что не постеснялись максимально раскрыть свой внутренний мир, несмотря на опасность выглядеть смешными или потерять ореол непогрешимости в глазах официальной науки или обожающих их поклонников.

В "Картографии эмоций" и других публикациях было неоднократно показано, что в зависимости от даты рождения и доминирующей стихии, многим людям свойственно ставить знак равенства между словами "я чувствую" и словесными формулами "я хочу", "я ощущаю", "я думаю" или "я верю". В большей части случаев эта подмена происходит на уровне подсознания в силу того, что у каждого человека существует одна преобладающая стихия, будь то Воздух, Огонь, Вода или Земля, с которой он наиболее явно резонирует. Не вдаваясь в подробности, в словарном запасе Огня выделяются понятия, связанные с энергией, желаниями, движущей силой, стремлениями и абстрактными мечтаниями; для Земли более характерно все, что основано на реальных фактах и имеет отношение к материи, физическому телу или внешним стимулам; в палитре Воздуха преобладают фразы и слова, связанные с мышлением, логикой, размышлениями или разумом; у Воды образность тонет в море эмоций, наполняющих душу ненавистью и любовью, радостью, грустью и верой. Подобное описание особенностей мировосприятия согласуются с идеями французского философа Гастона Башляра, называвшего четыре стихии "гормонами воображения" и верившего, что "четыре типа душ, в чьих мечтах преобладают огонь, вода, воздух или земля, проявляют себя существенно по-разному".