Наталья Полюшкина – Таинственное наследство. Лель Вайолет. Книга 1 (страница 9)
– Вам плохо? – кто-то склонился над ней.
– Да она вот-вот упадёт! Смотрите!
Тут чьи-то сильные руки подхватили её и понесли. И сразу же стало свежее, запах костра исчез. Исчезла и страшная маска демона. Исчезла Алибау.
– Это всё от переживаний! – прозвучало над ней.
Голоса бубнили, слившись в шум, а вскоре и вовсе растворились. Мир блеснул бутылочным осколком и погас.
Когда Лель снова пришла в себя, не было уже ни неба, ни леса. Вместо деревьев ночного Кара-Орма вверх уходили каменные своды. Было прохладно, пахло травами и чистым бельём. Она была в лечебнице Бойгена. Слышался монотонный говор – женский голос читал нараспев длинное заклинание. Лель огляделась. В небольшой палате помещались лишь четыре узкие, аккуратно заправленные кровати. В углах чернели тени, в окно заглядывал тонкий серп новорождённой луны. Лель прикрыла веки, но что-то заставило открыть глаза опять.
От дальнего угла бесшумно отделилась тень и двинулась к ней, плавно скользя по каменному полу.
– Доброй луны, мефрау.
Голос незнакомца звучал глухо из-за надвинутой на лицо маски лисицы. Сквозь узкие прорези не было видно глаз. Голову скрывали складки накидки. Одно было очевидно – это мужчина. Но хриплый голос мог принадлежать кому угодно. Как университетскому первогодку, так и наёмному убийце. Гость остановился в полуметре от кровати и замер. Лель села, подтянула ноги к груди.
– Вы кто?
– К чему нам имена? – он тихо хмыкнул. – Для вас я, скажем, консультант.
– Консультант, ага.
– Не нравится? Ну, пусть тогда советчик. Или Советник. Как вам будет угодно.
– А я просила о совете?
– Мефрау, я даю советы не тем, кто просит, а тем, кто в них нуждается.
Лель зажмурилась. Бред. Бессмыслица. Может, позвать кого-нибудь из служек? Едва она это подумала, как незнакомец прижал к губам длинный палец. Лунный свет коснулся узоров на печатях его палладиевых колец. Валькнут, Трискель, Агисхъяльм[22]. Неслабо. Мощнейшие магические символы. В Сопределье все три одновременно мог носить только чародей высшего уровня.
– Не стоит никого звать, мефрау.
– Имейте в виду, визжать я умею очень громко.
– Просто выслушайте меня, мефрау. Надолго я вас не займу.
Лель вздохнула.
– Ваша взяла. Только оставьте вот это «мефрау».
– Хвала вашему благоразумию. Я буду предельно краток. Зимний Бал завтра. Вы должны на него пойти. Непременно.
– Ну конечно! Мне сейчас самое время веселиться.
Долгое молчание в ответ.
– Вы не теряете чувства юмора. Что ж, это хорошо. Однако к делу. При переводе в Северный Университет вы слышали о здешних порядках. Если нет, мне очень жаль. Но незнание не отменяет вашего участия в некоем противостоянии. Теперь вы – член общины. Полноправный. Иными словами, одна из них. Деваться некуда.
– Одна из
– Всё верно. Именно поэтому вы и должны пойти на бал.
– С какой радости? Чтобы мне устроили очередной экзамен? Что за игра такая?
Гость промолчал, словно выжидая.
– Знаете что, Советник? – выкрикнула Лель. – С меня довольно. Мне нужно отдохнуть. Ваши советы – чушь. Давайте их кому-нибудь другому.
– В таком случае вам не стоило и приезжать сюда. Но обсуждать это слишком поздно. Потому что теперь у вас нет выбора. Жребий брошен.
– Какой там, к троллям, жребий?
– Если вы не дадите бой, вас уничтожат.
Таинственный гость резко повернулся спиной, давая понять, что разговор окончен. Его слова зазвучали тише:
– Надеюсь, мы встретимся ещё. Я буду навещать вас. Без помощи вам придётся туго.
– Спасибо, удружили. А с чего вы вообще взяли, что я задержусь здесь надолго?
– Потому что для вас это будет лучше. Оставайтесь.
Тень поплыла на выход.
– Да что мне делать на балу? – Лель приподнялась в кровати.
– Появиться. Танцевать. Покажите, что не боитесь их. За вами будут наблюдать.
– Кто?
Ответ прозвучал уже у двери. Лель пришлось напрячь слух, чтобы разобрать его.
– Неприкасаемые.
На следующее утро Лель проснулась поздно. Солнце давно встало, и по палате разливался мягкий свет. Лель силилась припомнить детали вчерашнего вечера.
– Очнулась, девочка! Доброго солнца! Долго же ты проспала. – Круглое, похожее на луну лицо сестры склонилось над ней.
В воздухе, смешиваясь с ароматами травяного чая и свежей сдобы, ощущался запах валерианы. Лель приподняла голову – на серебряном подносе стоял пузатый чайник и фарфоровая тарелка с выпечкой.
– Покушай, надо сил набраться!
– Благодарю! – Лель робко улыбнулась.
Медсестра ласково кивнула и удалилась, чтобы Лель могла позавтракать в тишине. Есть не хотелось. Лель взяла самую маленькую булочку и надломила её, собираясь положить обратно, но, когда на разломе выступили янтарные капли джема, она, поколебавшись, попробовала. Вкус оказался восхитительным, а тесто – воздушным. Лель с аппетитом съела всё, что было на тарелке, и попросила добавки. Обрадованная нянечка с невероятной скоростью метнулась на кухню и принесла ещё. Когда она вернулась в палату забрать посуду, Лель уже стояла у кровати.
– Пожалуйста, отдайте мне одежду.
– Зачем? В башне, поди, и поухаживать за тобой некому?
– Я всё равно не буду тут лежать. – Лель постаралась придать голосу твёрдость. – Я обещаю, всё будет в порядке.
– Ах, вы все так говорите! А через сутки вас несут сюда опять. Но уже в худшем состоянии!
– Отдайте мне одежду. Или я сама уйду. Как есть.
Сестра всплеснула пухлыми руками и пошла на выход, причитая. Через несколько минут на стуле возле кровати Лель уже лежали чистые и выглаженные рубашка и штаны.
От лечебницы до дормитория Лель удалось проскользнуть незамеченной. Все были слишком заняты приготовлениями к Зимнему Балу и сидели по комнатам, так что по дороге ей никто не встретился. Но вот странно: её охватило чувство, что всё как-то неуловимо изменилось. Дело было не в роскошном убранстве Северного Университета, над которым по случаю торжеств поработали лучшие флористы и декораторы – не во всех этих гирляндах из живых цветов, голубых елях, украшенных серебристыми оленями и золотыми шарами. Скорее, что-то изменилось в ней самой. Ещё недавно, напуганная и подавленная, единственный выход она видела в бегстве отсюда. Теперь же чувствовала, как крепнет в ней уверенность и отступает страх.
Стараясь идти бесшумно, Лель поднялась по лестнице и проскользнула на свой ярус. Меньше всего ей сейчас хотелось столкнуться с кем-то из соседок. Из-за дверей доносились возбуждённые возгласы, девичий визг и смех – верно, примерка нарядов и обсуждение предстоящего бала захватили всех. Подойдя к своей двери, Лель замедлила шаг. Ей отчего-то вдруг представилась жуткая картина: на полу растерзанные книги, повсюду раскидана сдёрнутая с вешалок одежда, на столе валяются полусожжённые свитки с бесценными, по крупице собранными записями вперемешку с черепками разломанных оберегов. А в центре разгрома стоят хохочущие Алибау и Несголла и рвут друг у друга из рук бабушкины украшения! От нахлынувшего ужаса Лель бросило в жар.
Дрожащей рукой она вставила ключ в замок и повернула. Дверь отворилась. Комната была совершенно пуста. У входа стояли замшевые ботфорты, на кровати валялся плащ, на столе – матово поблёскивал чайник. Лель коснулась: совсем холодный, значит, Несголла Халлькатла ушла довольно давно. Лель догадывалась куда и руку дала бы на отсечение, что в комнате Алибау уже царит веселье и рекой льётся запрещённое полынное пиво.
Лель огляделась. Комната выглядела на удивление мирно. Всё же было трудно поверить в то, что «добрая» соседка ушла, не оставив какой-нибудь сюрприз. Лель прошла к шкафу, провела ладонью по его дверце, и та открылась. С опаской Лель заглянула внутрь и вздохнула с облегчением: все вещи лежали на тех местах, где она оставила их перед тем, как уйти на третью, финальную, игру.
Лель заперлась в ванной, скинула одежду и встала под горячий душ. Она закрыла глаза и улыбнулась. Вода быстро смыла беспокойство. Накинув махровое полотенце, Лель вышла босиком и села напротив шкафа. Что же надеть на бал? Ещё вчера, уверенная, что не задержится в Бойгене, Лель даже не задумывалась о наряде. Теперь же она в волнении осматривала содержимое шкафа. Среди плащей, цветных накидок и кардиганов виднелся рукав небесно-голубого шёлкового платья – того, в котором ей так и не довелось потанцевать на празднике в родном и таком далёком теперь институте Элементаль. Лель улыбнулась, бережно вытянула платье и залюбовалась. Фасон был смел – мама наверняка бы поморщилась: лиф чересчур открыт, а на юбке высокий разрез. А вот бабушка бы точно одобрила – старая Матильда всегда приходила в восторг от любых безумств, ревностно следила за веяниями моды, и вкус её был безупречен. Маму же эти вещи не заботили, она ценила в одежде лишь удобство.
Лель надела платье и подошла к зеркалу. Широкий, вышитый гладью пояс смотрелся просто и в то же время по-настоящему нарядно. Нежный шёлк красиво оттенял бледную шею и плечи. Лель решила не собирать волосы в причёску и позволила им свободно рассыпаться по плечам. Поколебавшись, в последнюю минуту она решилась и достала из тайника небольшой ларец из палисандра, сплошь покрытый замысловатым орнаментом из переплетённых ветвей, листьев и птиц. Никто, кроме Лель, не мог бы его открыть – ключа не существовало. Чтобы сделать это, надо было нажать на верхнюю ветку орешника в правом углу крышки, после чего чуть повернуть крыло иволги с самого краю и в строгой последовательности передвинуть некоторые элементы рисунка.