Наталья Ник – Меня продали моей тёте (страница 2)
– Тогда предлагаю на "ты". Ну, мы же вроде подельники. – подмигнул Дима.
Я весело кивнула. Еще никогда не была подельником.
Мы развернулись и пошли в другую от института сторону. Дошли до ближайшего парка, там купили горячую кукурузу и сосиску в тесте. Если бы тётя видела, как я травлю свой организм, заставила бы меня сделать харакири.
Дима был прикольным. Он увлекался игрой на гитаре и учился на инженера. Я рассказала, что люблю рисовать и буду журналистом. Нагулявшись, договорились встретиться завтра перед занятиями. Довольная я поехала домой. Там меня ждал скандал.
– Ты где была? – тётя уперла руки в боки и сверкала глазами.
– В институте. – соврала я. Не знаю почему соврала, но рассказывать про Диму не захотела.
– Не ври мне. – зашипела тётя. – Тебя там не было!
– Нет была! – врать так врать.
– Ты забыла, что я маг?!
– Тётя, разводи своих клиентов. Ты что слежку за мной установила? – возмутилась я.
– Значит всё-таки не в институте.
– Значит всё-таки слежка? – мы уперлись друг в друга взглядами.
– Больно надо. Я догадалась. – тётя отвела взгляд.
– Интересно как? – я подозрительно посмотрела на неё. – Ты поставила следилку? Поэтому забирала мой телефон.
– А что такого? – возмутилась тётя. – Ты посмотри, какие сейчас времена. Люди постоянно пропадают. Я волнуюсь, ты же знаешь! Ты и анализы сегодня не сдавала. А тебя там ждали.
– Тётя, мне надоели твои анализы! Я здорова, сколько можно! – от возмущения у меня заскрипели зубы.
Казалось еще пара секунд и из ушей повалит дым. Дым повалил. По крайней мере, зрение затуманилось, и сознание попыталась уйти на заслуженный перерыв. Держась за стеночку, дошла до дивана и повалилась как мешок с картошкой.
– Анюта, что с тобой, родная? Ну, вот видишь, я же говорила надо к врачу. Такая наследственность не проходит даром. Надо следить за собой, милая. И глазки вон красные, открой рот. Слизистые бледные. Я звоню в клинику.
Тётушка подложила мне подушку под голову, укрыла пледом и взяла телефон.
– Игорь Иванович, это Марина. Да, она пропустила. Согласна, безобразие. Родной наш, Анечке плохо, приезжайте! Конечно отдельная плата, что за вопрос. Тошнит. Конечно, ожидаемо. Ждём вас.
Она положила трубку и вернулась ко мне.
– Сейчас приедет. Может водички? Лежи. Тебе нельзя волноваться.
Ну, вот что такое?! Только день провела как нормальный человек, а тут такое. Обидно. Не было же никогда такого. Будто специально.
Вскоре подъехал Игорь Иванович. Всё это время я лежала вытянувшись, как по линейке под неусыпным оком тёти Марины. Этого лысого и худого, как жердь врача я терпеть не могла. Он говорил приторно ласково, но смотрел при этом, будто хотел меня разделать тут же, не отходя от кассы.
– Ну что Аннушка, опять тетю заставили волноваться. Не хорошо. Давайте, осмотримся. Как себя чувствуете?
– Тошнило немного. Но уже всё прошло. – я постаралась отделаться от врача.
– Не хорошо, голубушка, обманывать. – он заглянул мне в глаза. Я поежилась. Почему то стало противно. – Давайте возьмём кровь, а там и решим насколько у вас прошло
Игорь Иванович взял анализу, осмотрел рот, нос, прощупал живот.
– Я оставлю вам витамины. Пейте пока. А там решим, что с вами делать.
Он щёлкнул меня по носу и ушел пошушукаться с тетей.
Я лежала и страдала. Пыталась себя жалеть. Не получалось. Я постоянно возвращалась мыслями к Диме, к тому, как мы сегодня классно погуляли. Тёте об этом, пожалуй, не расскажу. Не то чтобы не доверяю. Нет. Но она раскудахтается в своей заботе и запретит чего доброго.
Следующий месяц прошёл спокойно. Странные приступы больше не повторялись.
А вот с моим Димкой у нас все складывалось отлично. Да, я могла назвать его своим! А все, кого это не устраивало, могли написать заявление. Я его рассмотрю и быстренько намылю шею заявителям. Мы каждый день встречались в институте, потом гуляли, ходили в кино.
На этих выходных он пригласил меня на день рождения к другу. Там то и случилось то, что навсегда перевернуло мою жизнь.
Глава 3
Вечером в пятницу я носилась по квартире, как умалишенная. Что лучше? Брючки с воздушной блузкой или строгую юбку. Какую еще "строгую"?! Я же на свидание, где может случиться ВСЁ! Может вечернее платье? Или костюм?
Чёрт! Я запыхалась и вспотела. Испортила прическу, размазала макияж. Надо успокоиться.
Сегодня тётя Марина на три дня легла в клинику. Там ей делают какие-то омолаживающие процедуры. Ура! Свобода. Я решила воспользоваться ситуацией.
Завтра мы с Димкой едем к однокурснику на дачу отметить шашлыками день рождение, а сегодня… Да! Сегодня случится то самое! Бельё я купила заранее, а вот наряд… Устав выбирать я расстроилась. Перепсиховала, заново заплела косу и натянула джинсы. В конце концов, завтра на дачу. Пусть любит меня такой! Ибо нечего.
Квартиру покидала, как партизан. С тёти станется выставить охрану в подъезде. Обошлось. На метро добралась до Димкиного жилья. Ему родители снимали квартиру недалеко от института в старом сталинском доме с высокими потолками и тесным клетушкой лифтом. Пока этот лифт, кряхтя и дребезжа, вёз меня на четвертый этаж, я поняла, что могу подхватить еще и клаустрофобию. Двум человекам тут можно ехать только в обнимку. Хорошо никто больше не вошёл.
Выбравшись из лифта, я утерла пот со лба. Фуф. Чёт страшно. Нажала звонок. Дзинь! Заскрежетал замок, и радостный Димка открыл дверь.
– Заходи, моя принцесса. – он картинно приложил руку к сердцу и склонился в глубоком поклоне.
Я степенно кивнула и не спеша вошла, поддержав игру.
– Я тебе сейчас такое покажу, улёт просто. – он потянул мены в комнату.
Там, рядом с модным диваном, на журнальном столике из ИКЕИ, стоял старый еще советский проигрыватель.
– Вчера зашёл к ребятам в магазин и откопал ТАКУЮ пластинку. Смотри. Boney M! – Димка осторожно достал из бумажной потрепанной упаковки виниловую пластинку.
Он протер её специальной подушечкой, поставил на проигрыватель и аккуратно опустил ручку. Игла зашуршала, заскрипела и из колонок раздалось:
"Bahama, Bahama mama
Got the biggest house in town, Bahama mama"
– Нет, ты слышишь! – Димка, сидя, затанцевал в такт музыке.
Он поднялся, взял меня за руку, приглашая потанцевать с ним. Мы задергались в такт музыке. Старая песня будто успокоила и сняла всё моё напряжение. Я обняла его за шею.
"Bahama, Bahama mama
Got the biggest house in town, Bahama mama"
Песня лилась и заполняла комнату, квартиру, весь мир. Дима притянул меня и осторожно поцеловал в губы. Я закрыла глаза. Мне хотелось большего, много большего.
Дима стянул с волос резинку и начал медленно распускать косу, не переставая целовать. Он запустил руку в волосы, слегка потянул их, заставив откинуть голову и открыть шею.
Девицы на пластинке всё повторяли про Багаму маму.
…
Потом мы заказали суши из китайского ресторана. Палочки всё время выскальзывали, и я заляпал соусом Димкину футболку.
– Ты ж моя красавица. – он улыбнулся и убрал крошку с моей губы.
– Ты тоже ничего так. – поддела я.
– Всего лишь "ничего". Я так старался! – шутливо возмутился он.
– Нууу. Опыта у меня нет, как ты понимаешь, но на мой взгляд… – я специально потянула время, глядя в потолок. – на мой взгляд ты великолепен.
– Так и знал! – самодовольно усмехнулся Димка.
Вечером мы прогулялись по городу, а утром на электричке поехали к друзьям на дачу. Я так была рада, что у меня, наконец-то, появились друзья. В школе всё как-то не ладилось. С этими вечными анализами не особо задружишься.
Когда приехали на дачу, веселье было в самом разгаре. Мангал пыхтел, девчонки строгали огурцы с помидорами, ребята нанизывали мясо на шампуры. Мы вручили имениннику подарок, что купили вчера и пошли к столу. Хотелось перекусить. Я заглотила витамнку и ухватила нарезанную помидорку. Сок потёк по пальцам.