Наталья Меркулова – Лесные тайны (страница 18)

А буквально через час вернулся кот с маленьким пакетиком в зубах.

– Тьфу, – кинул он пакет на пол и сделал независимый вид, – больше мне делать нечего, как только пирожные в зубах таскать. Татьяна тебе передала.

Даша, кряхтя, встала и пошла к двери.

– Как она там? – поинтересовалась девушка.

Кот посмотрел на неё и сказал, усмехнувшись:

– Да получше тебя, это точно. Пожалуй, тебе двумя днями-то отдыха не обойтись. Ах, да. Чуть не забыл, Тане велик взять можно? Сегодня товара много.

– Конечно можно, чего спрашиваешь?

– Положено так у вежливых людей. Смс-ку напиши ей, она коробки собирает.

– Да чего писать, сама отведу, надо же как-то мышцы разминать.

– Ага, ты их в огороде уже размяла, – хихикнул домовой.

– А чего там? – любопытный кот вскочил на подоконник и посмотрел в окно, – Ох, ё… Это что за деревья у нас выросли?

– А ты какие имеешь в виду? – с ехидцей спросил домовой, – Морковные, али перечные?

– Вот это дааа, – кот восхищенно смотрел в окно и махал хвостом как сумасшедший, – вот это здорово. Это что такое? Как это ты наколдовала?

– Да никак, поблагодарила землю за работу, она и выдала мне результат.

– Ээх, дитё ты и есть дитё, – с укоризной произнёс кот, – а подумать было не судьба? Благодарили-то когда?

– Когда? – переспросила девушка.

– После сбора урожая, чтоб вот таких эксцессов не было.

– Да я как-то не подумала… – растерялась Даша, – да кто же знал, что вот так может получиться.

Кот вдруг оторвался от окна и хитро посмотрел на девушку.

– Чего? – спросила она, подозревая, что тот что-то задумал.

– А у тебя в холодильнике сосиски остались?

– В морозилке есть парочка, а что?

– А давай мы их посадим и землю поблагодарим, – улыбаясь, предложил кот, – представляешь, вырастет сосисочное дерево, или одна огромная сосиска. Мы её будем кусать, а она расти, и так до бесконечности.

– Вась, ты же взрослый человек… кот… ведьмак… Ты же знаешь, что ничего не получится. Не вырастет мясо как овощ. Сосиска – это сложный процесс переработки, причём не самый лучший.

– Как это? – спросил домовой.

– Ну, сначала растёт травка, потом её едят коровки. Едят, едят, пока едят, растут, и вырастают в большую корову. Потом эту корову ведут на бойню, забивают. Делают из неё фарш, ну, ещё чего-то там, и получается колбаса. Потом эту колбасу везут в магазин. Она там лежит, лежит, лежит, её никто не покупает, срок годности проходит, и её возвращают обратно на завод. А там опять из неё по новой делают фарш, добавляют приправки, подкоптят для вкуса и опять везут в магазин. И только после этого она попадает к нам в холодильник.

– Фуууу, – кот стоял с брезгливым выражением морды, – и эту гадость ты мне потом даёшь…

– Ну, я и сама ем. Очень даже вкусно, если не задумываться из чего она. Именно поэтому я тебе говорю, что сырые сосиски есть нельзя.

Василия передёрнуло.

– Да ладно, чего ты, я же пошутила, – засмеялась Даша, – последняя переработка не обязательна. Бывает, что попадаются и свежие сосиски.

– То есть, не всегда, но попадаются… А ты не можешь определить, где одна переработка, а где две?

– Ну, уж извини, – она развела руками, – ты слишком много хочешь от меня. Ладно, пошла я к Тане.

Даша вышла на улицу. Небо затянуло тучами, оно хмурилось и обещало дождь.

– Скорей бы уж, – подумала девушка, – а то надоело уже воду с колодца на огород таскать.

Конечно, можно было бы сесть вечерком у окошка и поплакать над своей горькой судьбиной, и тогда огород полился бы сам по себе, но плакать совсем не хотелось. На следующее утро девушка просыпалась с больной головой, и весь день шел насмарку. Даше было проще час носить из колодца воду, чем потом целый день страдать от головной боли.

Девушка взяла велосипед в сарае и потихоньку повела его к подруге. Она шла по дороге, и взгляд её нет-нет, да невольно обращался к лесу. Что-то тревожило её в его виде, а вот что, не могла понять. Может, она тревожилась за посетительницу, которая недавно уехала от неё, а может, за Татьяну, которая поедет через лес. Даша тяжело вздохнула. Как же тяжело быть ведьмой. Обо всех всё знаешь, а о себе ничего сказать не можешь. Вот что за червячок свербит внутри, что он хочет сказать, ведь сказать-то он точно что-то хочет. Девушка медленно зашла во двор к подруге, осторожно прислонила велосипед к крыльцу и стала подниматься по ступенькам крыльца. Таня вышла на встречу и с сочувствием посмотрела на неё.

– Что, тяжко, да? – с жалостью спросила она, – Может, тебе чем помочь?

– Ты себе помоги, помогалка, – беззлобно огрызнулась Даша, – вот как ты сейчас по лесу поедешь? Пузо, вон, уже на нос лезет, а ты на велосипеде догадалась мотыляться туда-сюда.

– Даш, ну ты чего? – надула губы Таня, – Мы же уже давно всё обговорили, если жалко велосипеда, так и скажи.

– Было бы жалко, не привела его, – пробурчала Даша в ответ, – неспокойно мне что-то, – призналась она.

– Ну неспокойно, ну и что? Что со мной в лесу сделается? – отмахнулась Таня, – Там леший, если что защитит. Может, тебя сон беспокоит?

– Не знаю, но мне не нравится, что ты на таком сроке скачешь по лесам на велике одна, может, я с тобой пойду? А вообще, для этого дела нужно Пашку задействовать. Пусть возит по утрам твои пирожные, правда для этого вставать придётся пораньше. Ну, в конце концов, не обязательно же каждый день их готовить. Можно день готовить, а на следующий отвозить.

– Даша, ну чего ты паникуешь? – с нежностью спросила Таня, погладив её по руке, – Всё у нас хорошо. Я и сама прекрасно справлюсь.

– Ооо, сейчас точно хорошо, боль в руке прекратилась, – вздохнула с облегчением девушка, – Интересно, почему у меня так всё болит, а ты вон, скачешь, как коза?

– Наверное, потому что я привыкла вкалывать, как лошадь, физические нагрузки у меня были ого-го какие. А поначалу тоже всё болело. Ааа, точно! Ты злишься, потому что у тебя все болит, – догадалась подруга, – давай, садись на крылечко я тебе по-быстрому помогу и поеду.

Даша села, куда указала девушка и закрыла глаза. Таня протянула к подруге обе руки и начала медленно вести их от макушки к ногам. Чем ниже опускались руки Тани, тем блаженнее была улыбка Даши. Когда Таня дошла до самых пяток, то начала делать руками круговые движения и двинулась к бочке с водой.

– Сиди, ещё не всё, – скомандовала она, и опустила руки в бочку.

Даша приоткрыла один глаз, подсматривая за действиями подруги. Вода в бочке забурлила и утихла.

– Всё, можешь вставать, – скомандовала Таня и взялась за коробки.

– О, хорошо, – сказала Даша, покрутив головой, – так, чего тебе за это дать?

От неожиданности вопроса Таня опешила и немного грубовато спросила:

– Ты больная, что ли?

– Сегодня я узнала, что ни одно доброе дело не должно быть безнаказанно, каждая работа должна быть оплачена, но не деньгами.

– А ты мне уже оплатила, – быстро сообразила Таня, – вон велосипед напрокат дала.

– А я сегодня своего первого посетителя отправила неоплаченным, – расстроенно сказала Даша, – и что обидно, я ей по любому всю правду рассказала, а попросить за это что-нибудь постеснялась. А она была далеко не бедная женщина. Красивая и несчастная. Жалко её стало.

Девушка помогла подруге погрузить коробки в велосипедную корзину, взяла велосипед за руль и повела к лесу.

– Пошли, я тебя немного провожу, да кое-что расскажу, у меня уже с самого с утра сплошные приключения.

Девушки шли медленно по дороге и разговаривали. Даша в красках, бурно жестикулируя, рассказывала, как сегодня с утра вырастила на грядке морковь, вылезающую с грядки, и извинилась перед перцами, а Таня шла и, держась одной рукой за велосипед, а другой за живот, хохотала. Даша довела подругу до кромки леса, внимательно посмотрела на дорогу, присмотрелась к деревьям и поняла, что они угрозы не несут. Таня села на велосипед и тихонько поехала в деревню. Ещё немного постояв, Даша проводила подругу глазами, и когда та скрылась из виду, пошла домой.

Чувствуя себя великолепно, она бодро зашагала по дороге, но далеко уйти не успела. Через несколько мгновений в той стороне, куда только что уехала подруга, раздался резкий сигнал клаксона, визг тормозов и грохот железа со стороны леса.

– Таня, – промелькнуло в её голове, и она кинулась обратно, ругая себя, на чём свет стоит.

Пробежав буквально километр, она увидела в лесу аварию. Таня стояла у обочины, держа велосипед за руль, и во все глаза испуганно смотрела на врезавшуюся в большой дуб машину. Автомобиль был совершенно незнакомый, и водителя в нем невозможно было разглядеть. Но по силуэту можно было определить, что это женщина. Но не это удивило Дашу, она никак не могла понять, откуда здесь взялся этот дуб. Девушка подбежала к машине и попыталась открыть дверцу, но искорёженный металл сопротивлялся, и открываться не собирался. Тогда она протянула руку в сторону водителя и попыталась проверить, жива ли та. Женщина за рулём была жива и здорова, просто от удара потеряла сознание, да и то, ненадолго. Даша повернулась к Тане и сказала:

– Вот что меня тревожило. Только непонятно почему.

– Да потому что эта дура пыталась меня задавить, – задумчиво ответила Таня, – это леший меня спас. Даш, я собственными глазами сейчас видела, как сквозь чащу леса ломился вот этот дуб со скоростью света. Я чуть с ума не сошла.