Наталья Машкова – Целители. Вслед за мечтой (страница 34)
Лавиль рассмеялся ещё беззаботнее:
— Эта дурочка тоже так сказала. Ты правильно рассчитал. Только, друг мой, ментальное сканирование покажет своё. А Элвин разберётся. Ты знаешь, как он не любит, когда обижают женщин.
— Я не планировал ничего.
Виллис признался неожиданно даже для самого себя. Лавиль нахмурился:
— Тогда всё ещё хуже… Мы оба знаем, Истор, как ты относишься к сидхе. Ты, наверное, почувствовал девчонку ещё до того, как разглядел. Потому и привязался. И чуть не покалечил её… Если бы не Дастон, который сообразил, что тебя сорвало, чем бы кончилось?
Дамиан дал другу время подумать. Потом продолжил. Очень спокойно и нейтрально. Профессионально:
— Почему я потащил её к себе? Потому, что у неё снова был срыв, друг мой. Так скоро после того почти что выгорания. Ты знаешь, как это опасно и чем чревато… Она только стала восстанавливаться по-настоящему. Это как же нужно было довести её, чтобы магия снова выплеснулась! На сколько таких "мобилизаций", ты думаешь, её хватит?..
Снова позволил осмыслить:
— Ты опасен для неё не только тем, что хочешь заполучить её себе. Это, дело житейское. Но то, что ты боишься сидхе и люто их ненавидишь — это серьёзно. Очень…
Теперь Лавиль ухватил Виллиса за плечи и заставил посмотреть себе в лицо:
— Когда тебя сорвало, Истор? Когда ты увидел её глаза?
Виллис медленно, через силу кивнул:
— Да. Они были такие… Чистые… Я никогда не видел таких…даже там…
Дамиан кивнул:
— Согласен. Наша "безродная" Нелли Тал обладает непревзойдённой чистотой крови. Если бы не примесь ведьмовской крови, она, наверное, и обернуться смогла бы, как княгиня Гарнара… Ты понимаешь?..
Виллис снова медленно кивнул. Дамиан по-дружески похлопал его по плечу. Стараясь облегчить то, что произносил. Приговор мечтам Истора Виллиса:
— Она почти чистокровная. В один из своих приступов, ты прикончишь её… Я не позволю. Если ты дёрнешься ещё раз, я вытащу эту мерзкую историю и разберу её на детали, если понадобится. Пожалуюсь Элвину. Надавлю на короля. Вряд-ли он откажет мне.
— Почему ты вмешиваешься?
Виллис бросил вопрос, как камень. Зло. Лавиль легко пожал плечами:
— Жалко. Ты убьёшь девчонку только за то, что она эльфийка. Разве это справедливо?
Виллис снова схватил его "за грудки" и неуловимым движением притиснул к стволу. Прошипел в самые глаза:
— А ведь ты тоже… У тебя тоже светятся глаза, Лавиль… Такой невероятной синевой… Яркостью… Хуже, чем у самых страшных из тех!.. Как у неё!..
Дамиан, обманчиво легко, рывком освободился. Ещё и врезал Виллису по печени. Тот согнулся, добрёл до лавки, сел, сгорбившись. Поднял голову:
— Ты знал?
Дамиан мотнул головой и уселся рядом с ним:
— Не знал. Я же не ношу с собой зеркало. Никто не говорил… А к шуткам про "мерзкого эльфа" привык с детства. И игнорировал. Заподозрил что-то только недавно. Совсем недавно… Я уверен, что мать не изменяла отцу. Она до сих пор любит его. Через столько лет… А чистота крови говорит о том, что эльф проскочил среди моих предков совсем недавно.
Виллис попытался утешить друга:
— А может быть, она просто проявилась так сильно в тебе эта кровь. Через поколения.
Лавиль искоса глянул на Истора:
— Брось. Нечего меня утешать. Ты знаешь, что так не бывает. Всё растворяется со временем. Даже концентрат. Даже эльфийская кровь.
— Королевская кровь не растворяется, — уронил Виллис. — Она тянется синей нитью, в вашем случае, через поколения. И проявляется, как пожелает.
Лавиль хлопнул Виллиса по плечу:
— Отличная шутка! И бедный Эльдар!.. Как оказалось, он окружён "мерзкими фейри". Невестка, воспитательница сына. Теперь друг. Осталось только, чтобы выяснилось, что и у Алата потоптался кто-нибудь в родословной. И всё! Конец Дормеру в том виде, к какому привыкли все!
— А может и хорошо, если конец? В том виде? — вдруг вставил Виллис. — И насчёт Алата… Ты что сомневаешься, что потоптались? С его-то дарованиями?.. Да и наши короли вливали в свой род столько крови старших рас, что…
Он усмехнулся вдруг:
— Эльдара потому и тянет к вам, смескам, что он ближе к вам, чем к нам, дормерцам! Ты посмотри на то, как он решает дела! Словно учился у этого их хитроумного Ланеля!..
Дамиан вздохнул:
— Моя матушка тоже… Словно училась…
Они помолчали опять. Тишина теперь, правда, была не давящей, а уютной. Виллис заговорил:
— Я пойду к Графтону, Дамиан, и попытаюсь разобраться со своими травмами. Но Нел не оставлю. В храм не потащу, но буду снова ухаживать за ней. Попытаюсь вернуть её доверие.
— Она не любит тебя.
— Я люблю. И не намерен её терять.
Лавиль ответил на эту декларацию о намерениях:
— Я буду следить. Если ты снова попытаешься надавить на неё, я вытащу твоё грязное бельё, Истор, и потрясу им хоть перед всем королевством.
Виллис снова начал закипать:
— Тебе это зачем?
— Затем.
— Хочешь её себе? И на этом "цветочке" отметиться?
Эльфийский смесок словно и не заметил оскорбления. Ответил безмятежно:
— Тебя мои мотивы не касаются, друг мой. Играй по правилам и живи спокойно. Нет, готовься.
Вряд-ли после того разговора они останутся в прежних отношениях. Дружба сменится подозрительностью и скрытым соперничеством…
Но к Графтону Виллис пошёл в тот же день.
Нел сломалась. Наконец!
— Я сделала…
Он не выдержал. Рявкнул, от полноты чувств:
— Глупость?
Девчонка вздрогнула. Упрямо покачала головой:
— Нет. Не глупость. И не жалею.
А вот это плохо… Значит, дело серьёзное. И значит, нужно разбираться. Не спеша. Потихоньку… Он сдерживал себя изо всех сил. Вспугнёт её сейчас, она замкнётся, и попробуй, добейся потом правды… А пока она растеряна и испугана, вполне. Вполне… Так что её так испугало?..
Нел вскинула вдруг на него глаза. Замолчала. Только смотрела. Напряжённо. И лицо было до странного ранимым и растерянным. А, может быть, ему только казалось?.. Даже рискуя выставить себя дураком, он протянул руку и накрыл её ладонь, судорожно сжатую в кулак. Холодная. Погладил и чуть сжал в своей руке, согревая. Мягко произнёс:
— Клянусь, что не буду осуждать и помогу, чем сумею.
Рука Нел дёрнулась:
— А не выдашь?
Он не отпустил её. Обнял уже двумя своими ладонями:
— Выдам только если нужно будет рассказать Элвину. Вдруг ты там наворотила?