Наталья Машкова – Целители. Тени прошлого. Академия магии Дормера 1. (страница 8)

Альтея мягко улыбалась. А Нел испытывала настоящую гордость за дочь. Какая Мэй молодец! Храбрая. Сострадательная. Умная...

- Как её отец,- шепнула справедливость.

- Да,- впервые в жизни согласилась Нелли.- Как её отец.

Дочь взяла хорошее и достойное не только от неё и её предков, но и от него. Пора это признать. Пора взрослеть. Жить с закрытыми глазами и сердцем глупо, и очень неудобно. Пора бросать это пустое занятие.

И Нел тут же, сидя рядом с сестрой, приняла твёрдое решение не ненавидеть Лавиля, когда он выбросит её из академии. Пусть они схватились с ним не на шутку. Пусть он хочет добиться своего и, судя по взглядам на балу, пойдёт далеко. Она не уступит. Ей не нужны полу чувства, полу отношения, полу жизнь. Но это же не значит, что нужно ненавидеть его за то, что он такой? Ну, да. Ущербный. В этом. А, в остальном, прекрасный, достойный человек.

Так и сидели девушки улыбаясь. И, хотя, каждая думала о своём, мысли их оказались очень схожими. Тай вздохнула:

- В общем, очень хорошо всё вышло. Йли умница. И Эль. Лорды устыдились. Многие уже благодарны за встряску. А, когда остынут, то будут благодарны все, как один, попомнишь мои слова. Сью увидела и поверила, наконец, что мужчины - это не только про разврат. Даже под зельем, откровенные до самого донышка, некоторые были очень уважительными и трепетно нежными. Искренними и достойными. Она плакала, когда рассказывала мне. А, ты знаешь, Сью никогда не плачет. В общем, уверена, у нас будет невероятно весёлый и тёплый праздник Перелома года!

***

Праздник действительно был волшебным. Уже хотя бы потому, что их земля и магия избрали Эни наследницей Гарнара. Она не могла подвинуть сестру или наследовать ей, если у Тай появятся дети. Зато стала соправительницей. Это бесконечно утешало Нел. Может быть, их земля поможет сестре пройти своё испытание и остаться в живых?

Лорды Нижнего Севера были паиньками. И, кажется, сделали правильные выводы.

Мэй вышла из "заключения" с Густом. Кот отсидел весь срок со своей любимицей. Она шла с гордо поднятой головой. Густ с высоко задранным хвостом и торжествующей миной на морде. Как же! Его "любименькая девоучка" настоящая героиня!

Юные фанатки магической науки и исследований устроили для живущих в замке фейерверк. Перелом Года! День рождения Йли! Восемь лет!

Вышло лучше, чем в Дормере. На этом сошлись все, кто видел. Когда они ахали и восхищались мастерством и фантазией девочек, Мэй беззаботно смеялась:

- Это тюрьма помогла! Там особо нечем заниматься было. Только книги и фейерверк!

Почтенные мужи с Нижнего Севера тут же попрятали глаза. Позор им! Преследовать ребёнка!

Сью, кажется, смахнула слезу.

А Нел мороз продрал по спине при слове "тюрьма". Лариди заметил и грустно улыбнулся.

Подарки на праздник Перелома года и на День рождения Мэйлин получила как никогда роскошные и полезные. Не для ребёнка уже, а для молодой, талантливой магички.

Она приговаривала, перебирая их. Так, чтобы Гарда слышала:

- А кто-то говорил, что правдолюбие не доводит до добра... В Гарнаре доводит, ещё как!..

И хитро улыбалась.

Глава 6.

- Адептка Тал, пройдите за мной!..

Декан целителей требовательно бросил фразу через плечо, стремительно проходя сквозь толпу студентов второго курса, и вошёл в аудиторию, где будет проходить экзамен по Неотложному целительству.

Ребята тут же сплотились вокруг Нел, не пуская. Ещё чего! Отпустят они её одну, к мужчине! Не после того, что с ней уже случилось!..

Нелли, между тем, целеустремлённо выбиралась из коллективных объятий. Улыбаясь, уговаривая, убеждая ребят, что злить Доброго эльфа перед экзаменом просто глупо. Она не боялась идти туда. Это же не Ельмин, в конце концов...

Вернулась Нел в академию только сегодня. И только на экзамен. Подруги, тут в академии, догадывались, что грядёт что-то крайне нехорошее. Это же они "ловили" Лавиля в магическую сеть и не давали ему возможность найти Нел. Насмотрелись.

Поэтому провожали её сегодня на экзамен, как на битву. Молча. И не утешали. Какие могут быть утешения? Глупо думать, что эта история как-то сама собой "рассосётся". Не бывает так в жизни.

Им ли не знать? Каждая из них сейчас проходила собственную "долину скорбей". И не скажешь, что кому-то из подруг легче или тяжелее.

Авис Варнер перестал, наконец, писать Ильге. Пятый курс вернулся с практики как раз к экзаменам. Она столкнулась уже с ним несколько раз в коридорах академии и в столовой... Что сказать? Она добилась своего. Высокородный, наконец, смотрел на неё, как на пустое место. Будто и нет её, Ильги Вардис, на свете.

А она умирала от боли и ужаса, что всё "это" происходит на самом деле. С ними. Жизнь, к сожалению, не спрашивает у нас, как ей повернуться и куда идти. А потому, да. Случилось... Сердце её умирало. И всё, что осталось у неё от её великой любви, только несколько писем.

Айса страдала активно. Она отпугивала от себя Карвина. Всячески. Дошла даже до того, что поцеловалась с каким-то жаждущим так, чтобы Карвин, Нис и другие парни, точно застукали их.

Застукали. Жаждущий повёл себя благородно. Прикрыл её собой и тут же, при всех, предложил отношения "с далеко идущими последствиями". Айса тут же и отказала. Парни кривились от отвращения. Нис от ярости.

А Карвин вёл себя так, словно он не один из самых перспективных студентов, а клинический идиот. Продолжил ходить за ней так же. Одно хорошо, на разговор вызвать больше не пытался.

Вместо этого, она получала каждое утро скромный букетик каких-нибудь самых непритязательных цветов и записку. В которой, кстати, беспристрастно разбирались её ухищрения, то, на чём она прокололась, и почему нет веры её словам, поступкам и равнодушию.

Заканчивалась каждая такая записка коротким "Всегда люблю. Твой Карвин". Айсе, казалось, что она умрёт, если однажды утром не получит эту записку... А ещё ей думалось, что даже когда пройдут десятки, а, может быть, три-четыре сотни лет, ведь оба они сильные маги и, в теории, проживут долго, она всё ещё будет получать такие вот вестники любви.

Она плакала из-за этих мыслей. Не от умиления. Нет. Представляла себе эти сотни лет вдали от него. И впервые после смерти семьи, пришла к ней мысль, что боги пожалели её родителей. Они так любили друг друга, что останься кто-то один, он страдал бы... Так, как сейчас страдает она.

Мысль шла дальше. Коварная, искусительная мысль. Стоит ли оно того? Стоит ли жизнь без любви того, чтобы за неё цепляться? Для себя она уже ответила однозначно: нет! Но к Карвину не побежала. Потому, что за него отвечать не могла. И берегла его жизнь.

Алика страдала "злобно". Её допекали своим вниманием самые блестящие и наглые студенты академии. Кливену Карду прибавилось работы. Отгонять от красноволосой красотки жаждущих любви было всё сложнее.

Да и самому высокородному становилось тяжело сдерживать порывы в присутствии Лики.

А она, наконец, постигла мудрость: красота это, оказывается, ещё не всё. Не панацея, так точно. Скорее наоборот. Юмор помогал девушке. Она, когда уж совсем допекали, представляла себя в виде какого-нибудь особенно вкусного торта, привлекающего видом и запахом. И, конечно, каждому хочется откусить кусочек.

Такие мысли помогали не возненавидеть всех этих ребят. Наивные они. Не понимают, что тортик-то может быть напичкан перцем или ещё чем-то похуже.

Амалия Кринт поддерживала её. Они частенько смеялись над какими-то особенно курьёзными случаями. Сьюлис Сель Лика тоже писала остроумные, весёлые письма. Но в гости идти отказывалась наотрез. Нечего делать ей в Гарнаре...

Нел не мучилась как подруги. Она всё решила для себя. Оставалось только пережить то, что случится, и жить дальше. Семью свою она не предупреждала. Единственное что позволила себе, это намёк.

Ланель на праздничном ужине в честь Перелома года ехидно поздравил её, что она дотянула-таки до середины второго курса академии. Нел улыбнулась и ответила:

- Ещё не факт, что я перевалю за этот рубеж, любезный Ланель!

Все весело рассмеялись, приняв её ответ за крайне остроумную шутку. Все. Кроме главного советника княгини Гарнара. Он впился взглядом в её лицо, пытаясь что-то высмотреть там. А Нел отвела глаза. Нечего ворошить то, что ещё только случится...

***

- Адептка Тал, пройдите за мной!

Приказ хлестнул по и так натянутым нервам и Нел подчинилась. Выбралась из толпы друзей и вошла в аудиторию следом за Лавилем. Аккуратно и плотно прикрыла за собой дверь.

Им всё равно придётся поговорить. Пусть и коротко. Он благородно поставит её в известность о своих намерениях до того, как размажет её гордость, а, может быть, и жизнь перед всеми.

Не обижалась. Уже не обижалась. Что ж делать, если он такой себе инвалид? Которому, тем не менее, тоже хочется тепла? Что там переклинило в нём, что он пожелал этого тепла конкретно от неё, не её дело.

Важно другое. То, что он готов добиваться своего. И "платить" за то, что она будет рядом. Без дураков платить. Честно и, наверняка, щедро. Поэтому он и считает себя правым. А её, с её "глупостями" взбалмошной и недалёкой. Постарается её принудить, а, если не выйдет, то отомстит. Всё так же, считая себя правым.

Не такая уж и редкая история, на самом деле. Что-то отдалённо похожее происходит между Эни и королём Дормера. "Та" история, ещё только начинается, и мало кто замечает то, во что она неминуемо выльется. Только самые опытные или чувствительные в Гарнаре видят и чувствуют, как привязан Ужасный король к их Эни. Непонятно, понимает ли она сама...