Наталья Машкова – Целители. Тени прошлого. Академия магии Дормера 1. (страница 36)

Если он признает это сейчас, получается, сделает ровно то, от чего бежал всю сознательную жизнь. Даже хуже. Он не просто признает свою зависимость от женщины, но и то, что одна конкретная женщина необходима ему. Просто чтобы жить. Быть здоровым и в своём уме.

Жуткий выбор для того, кто столько сил тратил на то, чтобы доказать свою независимость от всех и вся... Нел не торопила его. Сдвинулась к стене, легла удобнее. Пусть думает. Она предложила помощь. Решится он принять её и проверить свою теорию или нет, только его выбор.

Она стала уже задрёмывать, когда постель прогнулась. Лавиль сбросил туфли и прямо так, в лёгкой больничной робе прилёг с краю. Вытянулся на спине, во весь свой немалый рост, и вздохнул с облегчением. Он тоже устал за сегодняшний день. И вообще устал. Замучился.

- Как ты чувствуешь эту "зависимость" от меня, Лавиль?

Прозвучало совсем негромко. Можно было бы и "не услышать". Сделать вид, что дремлешь... Дамиан не стал отпираться. Пожал плечами:

- Мне плохо без тебя.

Помолчал и добавил:

- Мучительно плохо. И чем дольше я не вижу тебя, тем хуже становится.

Произнесено было спокойно, отстранённо. Только Нел стало вдруг страшно от того, сколько всего за всем этим стояло. Наверное Элвин потому и устроил ей эту отработку... Чтобы помочь своему молодому коллеге, оказавшемуся в сложной ситуации.

Лавиль скосился на лицо девушки, хмыкнул:

- Не жалей меня. Я заслужил гораздо худшее. Быть зависимым от тебя, это, можно сказать, честь. Ты сокровище, Нел. Мало встречал я таких достойных существ.

Странный разговор! Шёпотом, в ночи. О таких странных вещах. Ответ Нел тоже был странным и смелым:

- Обычно такую зависимость зовут любовью, Лавиль.

Молодой маг не пошевелился. Не взглянул на девушку. Ответил через время:

- Я, Нел, боюсь этих слов и чувств всю жизнь.

- Почему?- шепнула она.

Лавиль снова молчал. Долго. Ответил едва слышно, словно и произносить не хотел:

- Мы забавлялись с парнями как-то раз. Когда только входили в пору юношества и мнили себя самыми умными, красивыми и сильными. В своей самоуверенной дурости мы попросили богов о вещих снах, юные глупцы! И мне приснился вещий сон в ту ночь. Единственному из всех... Что, та, кого я буду любить, умрёт у меня на руках. А я следом.

Теперь Нел долго молчала. А потом шепнула:

- Ты боишься смерти, Дамиан?

Впервые за всё время странного разговора молодой маг повернулся к девушке. Всмотрелся в её лицо, белеющее в тусклом свете. Ласково усмехнулся:

- Я не боюсь смерти, Нел. И раньше не боялся, а после войны, так и вовсе... Мы с Маром как-то говорили об этом. О том, что нам завидуют те, кто пострадал или покалечен. Наши родные искренне радуются, что мы выжили... На самом деле, мы, в каком-то смысле, всегда будем принадлежать ей. Войне и смерти.

Ласково прикоснулся к лицу девушки:

- Это было самое страшное, что только можно испытать, Нел. Смерть того, кого любишь. Моя собственная смерть была облегчением. Я сам выбрал её.

Нел всмотрелась в глаза мага. Спросила:

- Разве страх стоит того, чтобы забыть о жизни? Особенно, если тебе было откровение и это всё равно исполнится?

А когда лицо его исказилось болью, шепнула в страдающие глаза:

- Есть великая истина ведающих. "Если ты хочешь найти для себя новое место, иди туда, куда раньше никогда не ходил". Нет предопределённости, Дамиан. Мы можем бороться.

***

Дежурный лекарь, пришедший утром проверить состояние пациентки, замер в дверях и так же, как вошёл, задом ретировался прочь. Аккуратно прикрыл дверь. Приказал всем, чтобы не шумели рядом с палатой и не смели туда входить.

На законный вопрос "Почему?", молчал. Только смотрел на коллег потрясённо и растерянно. Та картина, что увидел он в палате, до сих пор стояла перед глазами. Нелли Тал спала. Дамиан Лавиль спал рядом. И, даже во сне, обнимал девушку так нежно, словно прятал и защищал от всего мира.

Глава 25.

Неизвестно, что сыграло главную роль. Проболтался дежурный лекарь о том, что увидел в палате "для своих"? Или то, что декан целителей быстро пошёл на поправку и скоро снова сиял здоровьем и улыбкой на безупречно красивом лице? Может быть то, что Нелли Тал вела себя, как ангел, пока болела, никому не вспоминая злые слова и взгляды?

А, может, всему виной было то, что парень "с рукой", перед тем, как его отпустили домой, попросился попрощаться с девушкой? И бухнулся на колени у её постели, обливаясь слезами, и не обращая внимания на зрителей? Голосил что-то о том, как он сожалеет, что попросил отдать ему "кусок себя и жизни". Торжественно объявил о своём долге жизни взамен?

Бредни пациента по поводу "куска жизни" и то, что концовка странной операции проходила в тайне, наводило на мысли. А ещё то, что Лавиль отмахнулся от поздравлений коллег в успехе уникальной операции и от предложений запатентовать уникальный метод.

Дёрнул плечом и пробормотал себе под нос что-то вроде:

- Ну, его на хрен, такой метод лечения!

Лекари больницы при академии магии Дормера были существами талантливыми и креативными. А ещё умели хранить тайны, свои и коллег. Они пораскинули мозгами и тоже пришли к выводу, что "ну, его" такой "метод", который будет стоить "куска жизни" адептке со странными дарованиями!..

А, может быть, дело было вовсе не в дежурном лекаре? И он-то как раз свято сохранил тайну своего патрона?.. Девушка ведь провела в больнице несколько ночей. И, наверняка, Лавиля, целомудренно прикорнувшего на краю кровати и нежно обнимавшего её, застали ещё не раз?

Тем более, что он особо и не прятался. Не афишировал, конечно. Расхаживал по больнице с подчёркнуто безразличным лицом, которое должно было бы отбить охоту у желающих задавать вопросы. Но ночевал здесь же. Забегал домой вечером. Возвращался. И пропадал.

Все, в сущности, знали, где он. Но молчали и делали вид, что не в курсе. А ещё удивлялись тому, что происходит. Так и смотрели друг на друга недоуменно. Только старые лекари: заместитель Лавиля и ещё один, усмехались. Так-то, ребята! Не всё то ненависть, что ею кажется!..

Перед Нелли Тал было стыдно теперь. Девушка, кажется, понимала чувства коллег... Выздоравливала, но не так быстро, как можно было бы ожидать при обычном перерасходе.

***

Лавиль приходил к ней каждый вечер. Садился в кресло и ждал, пока она позовёт его. Все пять ночей. Он так и не почувствовал себя свободнее, не стал раскованнее. Ни разу не обнял её смело.

Это было странно. И пугало. Он словно проиграл войну с самим собой и сдался на милость победителя. Нет, он шутил, конечно. Подбадривал Нел. Носил на руках до уборной. Вроде бы был обыкновенным, таким как всегда. Только вот взгляды...

Преданный и обречённый взгляд печалил Нел. Дурень! Вообразил себе, что жизнь его кончена только потому, что он вынужден был признать в себе какую-то слабину! И это ожидание трагедии, которое мешало ему и отравляло жизнь... Разве можно так жить?

Нел размышляла над этим. Вздыхала, вспоминая себя и свои заблуждения. Думала, что хуже нет, чем не понимать сути своей природы... И пришла к решению. Им нужно поговорить. Спокойно, откровенно. Без риска быть подслушанными.

Когда Лавиль явился к ней вечером, она несколько раз огладила свою шевелюру. Потом пару раз почесалась. Высокородный был слишком воспитанным, чтобы обратить на это внимание или заговорить о таком "низменном" предмете. Тогда Нел прямо заявила, что она вся чешется и не прочь бы умыться.

Молодой маг замер, как суслик в луче света. И Нел пришлось предельно прямо сказать, что она хочет ванну и согласна переночевать у него в доме... Дальше последовали горячие уверения Лавиля в том, что он ничего-ничего себе не позволит и спать рядом с ней не будет.

Нел ухмыльнулась. Планы у неё были другие.

Дамиан организовал всё очень быстро: и переход к себе домой, и ванну. Отнёс Нел в ванную комнату. Оставил там одну, с приказом звать, если что. Понятно, что она не позвала. Уже достаточно пришла в себя, чтобы вымыть голову самостоятельно.

Из одежды, предложенной на выбор, взяла ту самую пижаму в голубых мотыльках. Вышла из ванной и натолкнулась на ожидавшего её Лавиля. Тот подхватил её на руки и потащил в постель, ворча, что она могла свалиться и убиться там, в ванной. Нел только смеялась, что ещё через пару дней будет скакать по полигону у Виллиса, и никто ей не сделает поблажек.

Выражение лица у декана целителей сделалось сложным, и Нел подумала, что может нарваться теперь на освобождение от физры. Не исключено, что и до конца учебного года. Постаралась отвлечь Лавиля от этой опасной мысли болтовнёй и шутками.

А потом потребовала фрилл. И Лавиля в постель. Залилась смехом, когда увидела потрясённое лицо мага. Фыркнула:

- Ну, нет! Не надейся, высокородный, что я упаду к тебе в руки, как спелая груша! Я вовсе не для того пришла или принеслась сюда сегодня. Зачем?.. Умыться, конечно. Ну, и помочь тебе.

Бросила шутки и очень серьёзно, таинственно глянула на молодого мага:

- Ты запутался. Не знаешь и отрицаешь свою природу. Потому страдаешь и делаешь ошибки, и глупости.

Отпила из своего бокала и кивнула Лавилю:

- Пей, Лавиль. Пей и слушай историю и легенды своего народа. Это поможет тебе слышать себя... Я была такой же, как ты. Мне тоже с детства внушали, что я дормерка и магия, и суть моя рациональна, и взвешенна. Это не так. Я раньше поняла, потому наделала меньше ошибок, чем ты.