Наталья Маркелова – Ледяная королева (страница 36)

Я ожидала, что земля разлетится в стороны, что могила распахнёт свой рот или что-то подобное. Но ничего не происходило. Все пути заканчивались здесь, магия бродячих магов была здесь бессильна. И вдруг я увидела фигурки актёров, бегущих к могиле. Они тут же начали работу, они относили прочь землю и делали это так быстро, что я замерла в изумлении, наблюдая за происходящим. И вот передо мной была яма, в которой лежал грубо сколоченный из наструганных досок ящик. Актёры поклонились и побежали прочь.

– Как ты смогла их призвать, Дная? – Рюк был поражён.

– Я их не призывала. – Я была удивлена не меньше Рюка. – Думаю, они служат не мне, а Лени.

Заглянув в могилу, я поморщилась.

– Рони даже не подумал о приличном гробе, – разозлилась я.

Рюк спрыгнул в могилу, поддел крышку посохом и разрезал ткань, укрывающую тело, длинным ножом. Чудовище, в которое превратилась моя сестра, после смерти стало ещё уродливее. Тело ведьмы ссохлось и будто уменьшилось. Зато уродец распух и стал ещё больше.

– Почему ведьма не ожила, как остальные? – спросила я.

– Сейчас узнаем. – Рюк наклонился и проткнул ножом, в который обратился его посох, кожу уродца.

Я вскрикнула, точно нож воткнули в меня.

– Отвернись, – посоветовал мне главный королевский маг.

Я только замотала головой. Вообще-то, вместо него в могиле должна была стоять я. Но смогла бы я так же хладнокровно вогнать нож хоть и в мёртвое, но близкое мне существо? Нож легко резал тело уродца. Слишком легко. Затем Рюк отбросил оружие на край могилы, наклонился и, взявшись за края раны, разорвал тело. Я снова вскрикнула.

Рюк отбросил части уродца, которые скорее напоминали папье-маше, чем плоть живого существа, и наклонился над чем-то, громко присвистнув. Я робко подошла ближе. Внутри тела, которое было лишь пустой оболочкой, притянув колени к груди, лежала моя Лени. Та маленькая красивая Лени, какой я её всегда знала.

– Уродец действительно был куколкой. Забавно.

Рюк подхватил Лени на руки и при помощи магии поднялся из могилы, шагая по невидимым мне ступеням, которыми для него стал воздух. Рюк положил Лени на землю. А я всё не находила храбрости коснуться сестры.

– Она дышит, – ответил Рюк на не заданный мной вопрос.

– Душа создаёт материю, а не материя душу, – сказала вдруг Лени и открыла глаза. Глаза у неё были серебряными, как волчья луна, что всходит раз в сто лет в ведьмину ночь. – Я не вижу тебя, сестра, но я знаю, что ты здесь. Я пережила смерть, поэтому мои глаза теперь не видят мир вокруг, но видят скрытое. Сожгите мою прошлую оболочку. Старые тела обязательно нужно сжигать. Король объяснил тебе почему?

– Нет. – Я всё ещё не верила в произошедшее, мне казалось, что я вижу сон.

– Это разрыв с прошлым, завершение. Если оставить, захоронить, сохранить, то душу будет тянуть назад. Прошлое сильнее будущего, оно победит. А если кто-то найдёт способ оживить старое тело, то оно тут же перетянет душу в себя, особенно если душа была рождена в нём.

Уродливые остатки внутри могилы, вспыхнув, исчезли в огне. Это сделала сама Лени.

– Огонь прекрасен, он очищает.

Я наконец, точно очнувшись, бросилась к сестре и обняла её:

– Как я рада, Лени, что ты вернулась ко мне.

– Не к тебе. – Сестра смотрела куда-то мимо меня. – Завтра я уеду вместе с Виком прочь из этого города. Я буду предсказательницей в его труппе, мы станем очень известными. А потом, через несколько лет, когда я повзрослею, Вик поймёт, что любит меня.

– Ты не останешься до момента моей коронации, Лени? – Мне показалось, что я теряю её навсегда.

Сестра высвободилась из моих рук:

– Нет.

– Почему? – Я почувствовала страх.

– Есть два возможных варианта развития событий. Либо ты победишь, либо нет. Но в любом случае лучше держаться подальше от Великого города. У тебя есть привычка разрушать то, что ты любишь, сестра. Но в этом нет твоей вины, Дная, это просто твоя судьба, особенность твоей магии. А теперь, – Лени обернулась к Рюку, – когда сгорела куколка, копайте глубже.

Рюк поклонился, создал из сломанной ветви лопату и вернулся к могиле. Через пару минут я услышала его голос:

– Здесь лежит чей-то череп. Копать ещё?

– Достаточно, – остановила его Лени.

– Но я думала, мы найдём корону, – сказала я.

– Зачем? Мы не можем забрать её, не можем связать её с маской, иначе королева всё поймёт, – сказала Лени, она сидела на краю собственной могилы. – Но череп первого короля…

– Они похоронили первого короля здесь? Я думала, он лежит на главном кладбище города.

– Там лишь пустой гроб. Я проверял, – заверил меня Рюк.

– Но он же король! Ему были обязаны оказать должные почести, – отказывалась верить я.

– Но зато Неор вовсе не такой милый, заботливый человек, которым стремится казаться рядом с тобой, Дная. Неор ненавидел своего отца даже после его смерти.

– За то, что он любил Королеву Тёмных?

– Да, – улыбнулась Лени, – но нам только на руку, что король лежит здесь. Его череп прекрасно подходит для тайника.

– Но что мы туда положим? – поинтересовался Рюк.

Лени улыбнулась, потом взмахнула рукой, как фокусник, и на её ладони появилась статуэтка дракона, та самая, которую дал мне Древний.

– Актёры принесли, – милостиво пояснила Лени.

– Это ты их оживила?

– Разве это жизнь? У меня установилась с ними дружба с тех пор, как они охраняли меня в доме Рюка. Актёры стали частью моих видений, во сне я могу обращаться к ним за помощью, – рассказала Лени и кинула дракона Рюку. – Спрячь понадёжнее.

– Фигурку дракона? – удивилась я. – Зачем?

– В мире фантазий и снов многое оживает. – Лени перестала смеяться, на меня внимательно смотрели две пустые серебряные луны.

– И разве я не говорил, что тебе нужен дракон? – показался из тени Безликий.

Рюк тут же выскочил из могилы.

– Не стоит, главный королевский маг, нас недооценивать, – улыбнулась Пустота.

– Ну кто же вас недооценивает? – буркнул Рюк.

– Я пришёл сказать вам, что коронация назначена на завтра, – сказал Безликий.

– Завтра! – воскликнули мы с Рюком в один голос.

– Королеве удалось уговорить Неора ускорить события. Она чувствует опасность, и король уже не имеет власти над обстоятельствами.

– Но я не успел вернуть во Дворец своих учеников. – Рюк в ярости швырнул в могилу лопату.

– И отлично, – усмехнулся Безликий, – мы не можем проникнуть во Дворец, где нет никого, кроме магов, но для нас открыты пути туда, где есть обычные люди. Потому что не существует такого человека, который бы не хотел скормить Пустоте хоть малую часть своего прошлого или себя самого. Когда понадобится, мы придём. А пока, главный королевский маг, вам лучше озаботиться тем, чтобы как можно больше ваших учеников собралось в городе. Вы понадобитесь людям. Вы же слышали, что сказала вам предсказательница? Великий город будет разрушен.

– Но я не увидела, что коронация случится сегодня! – задумчиво сказала Лени.

– «Нельзя увидеть всю картину» – так говорил мальчик, которому предстояло стать Рэутом. – Безликий погладил Лени по голове. – Предсказатель, он как костёр в тёмном лесу. Он видит только то, чем горит его сердце. Остальное тонет во тьме. Тебе нужно многому научиться, ты ещё слишком маленькая, чтобы понимать.

– Я скучаю по Рэуту, – сказала Лени, и из её глаз покатились слёзы, похожие на ртуть.

Рюк тут же вложил в ладонь Лени платок, а когда она вытерла им слёзы, забрал платок себе.

– Не смотрите на меня так, Дная, эти слёзы дорогого стоят. Сохранилась легенда, в которой говорится, что много-много веков назад властитель одного из королевств устраивал охоту на детей, которые обладали даром предвиденья. Их заставляли плакать, и король пил эти слёзы. Эти слёзы дарили ему мудрость и здоровье. Его королевство процветало.

– Ужасно. Бедные дети.

– Дети вырастали, и король отпускал их, щедро награждая. Тем более что они переставали быть предсказателями, вместе со слезами выходил их талант. Однако это только легенда. Но иногда в легендах скрыта правда. Ведь глаза Лени особенные, вдруг и слёзы тоже.

– Вот что по-настоящему страшно, так это потерять дар, – прошептала Лени. – Постараюсь больше не плакать.

– Может, потеря магии – это и не так страшно. Вик, к примеру, добровольно отказывается от магии. Сила возвращается к нему, но он старается её не замечать, – сказала я.

– Он ещё пожалеет, магия такого не прощает, – серьёзно заявила Лени, – будет момент в его жизни, когда магия понадобится срочно, а её не будет. Ну что ж, вкладывайте статуэтку в пустую голову короля. Днае пора возвращаться во дворец, теперь я чувствую: завтра нас ожидает великое событие. Сейчас Дворец осаждён нечистью. Вернуться будет легко. Передайте Вику, что я жду в его фургоне, пора уезжать.