Наталья Маркелова – Девушка и кровь дракона (страница 26)

Первым, после возвращения в Великий город и встречи с Тауром, в череде камней стал ярко-зелёный талисман. Когда-то он принадлежал мальчику двенадцати лет. Я забыла, как его звали, и не знала, почему так рано он принёс Клятву Пути. Хотя помнила его очень хорошо. «Знаешь, я ведь не просто так брожу по дорогам. Я ищу. Говорят, что бродячие маги созданы для того, чтобы найти нечто, некий секрет. Они и сами не знают, какой, но когда найдут – все вокруг обретут счастье. И его обязательно найду я», – нашёптывает мне память голосом юного мага.

Тот мальчик так никогда и не вырос. Так ничего и не нашёл. Сколько ему было бы сейчас? Должно быть, лет двадцать. Вспоминая его, я перебирала в кармане камни, собранные на морском берегу во время прогулки с Тауром, они были такими же яркими, как те, что подарил однажды мне тот мальчик.

Путь сам вёл меня, я, не задумываясь, шагала вперёд. Путь не ошибается. Я доверяла ему, ведь мы едины. Вот только это не делало меня всесильной. Уже было довольно поздно, но на дороге мне не встретилось и намёка на человеческое жильё. Похоже, сегодня спать мне не придётся. Я не слишком тревожилась. Я отдохнула, в моей сумке лежали хлеб и сыр, а магия всегда поддерживала меня в пути. Под высокими ботинками хрустел снег. Плащ из змеиной кожи совсем не грел, но отлично защищал от ветра. Его я ни на что не променяю. И любовь к младшему из Ветреных братьев тут совсем ни при чём. Она уже давно не является частью меня. Она отдана и забыта. Но эта история по-прежнему дорога мне. Она часть моего прошлого. Как следы, которые остаются позади меня на дороге. Память возвратила меня к лесной поляне, где я уложила Таура спать. Запах листьев. Его слова:

– Сколько бы я ни увёл за собой девушек, мне всегда снишься только ты.

Кажется, он уже говорил мне это когда-то. И вот теперь Таур простился со мной навсегда. Почему? Волшебные существа думают и чувствуют иначе, чем люди. Но в одном мы очень похожи, нам всегда нужно что-то недосягаемое. Так почему он ушёл с моего пути? Что есть такого в Замке Полуночи, что его силу не может преодолеть даже сын Белой госпожи? Почему все начинают разговор о Замке Полуночи, но никто не договаривает?

Я остановилась на развилке дорог, сжимая в руке ярко-зелёный камень, закрыла глаза и попыталась почувствовать сердцем, куда мне свернуть.

– Эй, чего встала на пути?!

Я удивлённо распахнула глаза. Прямо передо мной маячил всадник. В лунном свете он был настолько реален, что я приняла его за живого. Камешек обжёг мне ладонь. И я очнулась, понимая, что вижу призрака.

– Кто вы? – задала я вопрос.

– Какое тебе дело, девчонка? Уйди с дороги, иначе я растопчу тебя.

Этот призрак думает, что всё ещё жив. Так бывает. Я уже встречала ему подобных. Из ночи в ночь он возвращается на эту дорогу, но даже не догадывается, что и он сам, и его конь – лишь осколки прошлого, застывшие навсегда в одном и том же мгновении. Иногда мне кажется, что я точно такой же призрак. Все мы призраки.

– Зачем вы здесь? – Я попыталась отыскать нужный вопрос. И, похоже, попала в самую точку.

– Это мои земли.

– Здесь есть жильё поблизости? – поинтересовалась я. Будет лучше, если я поговорю с живыми людьми.

– Да, мой замок.

– Я бродячий маг и прошу у вас убежища на эту ночь.

Призрак вздохнул:

– Имеешь право. Я тебя провожу.

Конь шёл медленно, не оставляя следов на снегу, не изменяя мир вокруг, как облачко пара, скользящее из моего рта. Ненароком я вспомнила легенду о Марах, существах, которые можно создать из собственного сердца и дыхания. Но я всё равно едва успевала за ним следом, то и дело проваливаясь в глубокий снег. Мы миновали большое, кажущееся бесконечным, кладбище, через заброшенный парк, в котором также торчали камни надгробий, кажется, что вся округа – сплошь одни сплошные захоронения, и остановились у замка, в окнах которого не было и намёка на живой огонёк.

– Заходи и располагайся, – позволил мне призрак и, развернув коня, поскакал к дороге, которую оставил, возможно, в первый раз за много-много лет.

Двери замка были закрыты. Я прикоснулась к ним кулаком с зажатым в нём зелёным камнем, и они послушно отворились передо мною. Призрак прав, я имею право. И я пользуюсь своим правом, потому что глупо поступать иначе.

Замок был пуст, тих и печален. Ни одного признака жизни. Только где-то в вышине надо мной что-то слабо сияло. Я посмотрела вверх и замерла от восторга. Потолок залы был превращён в звёздную карту, настолько похожую на настоящее звёздное небо, что у меня закружилась голова, и показалось, что я лечу ввысь. Но стоило присмотреться повнимательнее, как я поняла, что изображение отличается от того, что я привыкла видеть по ночам на небе. Что-то скрывалось за бледной дымкой среди звёзд, что-то пряталось за их светом. А потом я различила среди звёзд драконов.

– По одной из легенд, драконы изначально были звёздами. Когда в мир людей пришла беда, маги обратились к звёздам за помощью, и те спустились на землю в виде драконов. А по другой легенде, звёзды превращались в драконов, когда рождался человек со звездою в сердце. Так появились всадники на драконах. Но это было давно, – раздался голос из темноты.

– Красиво.

Я взглянула туда, откуда слышался голос, и увидела старика. Ему было, наверное, лет за сто. Но при этом он был гладко выбрит, опрятно одет и держался без свойственной такому возрасту немощи. В нём сразу можно было признать благородного.

– Здравствуйте, – поклонилась я. – Вы хозяин замка?

– Что нужно в моём замке падшей женщине? – спросил старик грозно и на стенах вспыхнули факелы, точно специально для того, чтобы ярче осветить кроваво-красную полосу на моём лбу.

– Я ничем не заслужила этого звания, – заявила я хозяину замка.

– Ты предала свой род. Женщина не должна покидать своего замка. Таков закон. Из-за таких, как ты, и рушится этот мир.

– Я спасла свой род. Я спасла брата и сестру, – ответила я, гордо поднимая голову. – Тем самым я сделала для своего рода гораздо больше, чем могла бы, если бы осталась в замке.

– Честь рода превыше всего. Ты должна была успеть до того, как ветвь облетит окончательно, и вернуться! Или остаться и не уходить, – заявил старик.

– Я не могла вернуться, я бродячий маг. Ваш внук ведь тоже стал бродячим магом?

– Грани?

Я показала лежащий на моей ладони зелёный камень:

– Я принесла дурную весть. Ваш внук умер. Простите…

– Для меня это не новость. Я знал, что так и будет с того самого момента, как Грани ушёл. Магия – это зараза, которой не должно быть в крови благородных. Она всё искажает, коверкает, портит. Её нужно вытравливать! И ты отличный пример того, до чего она может довести. Да что там ты, всё наше королевство лучший тому пример. Я предупреждал сына, что если он возьмёт жену из заражённого магией рода, то ничего хорошего из этого не выйдет. Сын не послушал меня и теперь шатается в виде призрака по дорогам. Мой внук стал бродячим магом и умер. Единственная надежда – моя внучка, Дина, и та получила эту заразу в наследство. Я обращался к королю, чтобы он лишил мой род этой гадости, вырвал из нашей крови её всходы, но король отравлен заразой гораздо худшей этой. Жалкое ничтожество! Именно с него всё и началось!

– А что случилось с вашей невесткой? – спросила я.

– То, что и должно было случиться.

– И что же? – Мне стало страшно.

– Её сожрал замок. – Старик захохотал. И мне показалось, что замок смеётся вместе с ним, хотя это было лишь эхо. – Ты же знаешь, замки – это вовсе не груда камней. Они живые. Это звери, охраняющие тайны, охраняющие род. Звери, которые стерегут и нас, если мы вдруг надумаем уйти.

Мне захотелось убежать прочь от этого безумца, но я осталась стоять на месте, потому что понимала, что в этом замке есть некто, кому необходима моя помощь. Не зря камень привёл меня сюда. Те, кому некуда было или незачем возвращаться, легли в пыль дороги.

Закончив смеяться, старик недовольно посмотрел на меня.

– Ты всё ещё здесь, падшая? Убирайся!

– Я бродячий маг.

– И что?

– Вы слышали о Приходящем в сумерках? – Слова слетели с языка сами. Я не собиралась пугать старика приходом чудовища, которое к тому же было мертво, но другого выхода у меня не было.

– Не говори мне…

– Вы не можете отказать мне в гостеприимстве, потому что иначе явится он…

Уж мне ли было не знать, что Приходящий в сумерках уже ни к кому не придёт. Впрочем, это не значит, что не следовало поддерживать существующую о нём легенду.

– Ты сама напросилась, падшая, – старик махнул мне, чтобы я следовала за ним, – а я ведь проявил к тебе милосердие.

Замок ожил, появились слуги, накрыли стол. Старик уселся на высокое кресло, похожее на трон, и наблюдал за ними. Он не произнёс ни слова, не отдал ни одного приказания. Слуги сами чётко знали, что следует, а чего не следует делать. Мне хозяин присесть не предложил, я сама заняла место у камина, отогревая замёрзшее тело. Магию я старалась без крайней нужды на себя не тратить, кто знает, что ждёт меня впереди на дороге или кому вскоре потребуется помощь? Возможно, мне придётся спасать от смерти малыша, порванного волками, или помогать женщине, которая не может разродиться. Будет страшно, если моей силы не хватит. Я старалась жить просто, как живут самые обычные люди, не всегда выходило, но всё же я, как могла, старалась беречь свою силу для тех, кому она нужнее. И в этом замке я увидела девочку, которой моя помощь была явно необходима. Она вошла и заняла место за столом. Тихая, худая, словно прозрачная. Белые волосы лежали на костлявых плечиках. Зелёная ветвь ярко выделялась на её лбу. И так же ярко, как ветвь, блестели глаза, того же цвета, как камешек в моей ладони.