Наталья Мар – Война (страница 37)
Самина, усаживаясь на свое место, отпила из клювика бурой жижи и сморщилась. Забыла добавить сахара. Бен не удержался, подвинул склянку к себе и тоже отпил из любопытства: в капельнице был очень крепкий, горький кофе.
– А могу я поинтересоваться, откуда у Вас эта информация? Кто Вам ее предоставил? – спросил он.
Эйден сделал вид, что сверяется с отчетом
– Вы.
– Я?
– Ну, не я же, – изумился андроид. Самина криво улыбнулась под стол. – Видите, это вот Вы позавчера обещали побывать в архиве. А уже сегодня – у меня в отчете зелененьким отмечено.
Куратор вырвал из рук Эммерхейса планшет: «п. 2. Бензин – архив. Статус: готово».
– Стоило отключить сеть безопасности, и вот итог! – он швырнул отчет обратно.
Самина принялась тянуть кофе из носика, разглядывая свои колени.
– Я продолжу, – робот вернулся к ледяному тону. – Боюсь, время играет против нас, и единственная возможность победить уроборос – это искусственно воссоздать травоядного паразита. Для этого необходимо отыскать хотя бы один его древний экземпляр, из которого можно будет выделить гены.
Кафт шумно втянул воздух и подался вперед:
– Прошло три тысячи лет. Каковы шансы найти живой клеточный материал?
– Шансы невелики. Надо искать прицельно. Во-первых, это наверняка будет место, где животные оставались травоядными дольше всего. Во-вторых, недоступное для туристов и других мародеров. И в-третьих, если там есть системы подземных пещер, то это просто прекрасно. В них-то уж точно найдется пара червей.
Самина пропустила момент, когда андроид оказался прямо за ее спиной. Он наклонился через плечо биолога к столу, чтобы переключить голограмму в режим современной карты. Девушка замерла, чувствуя, как шевелятся волосы на затылке, и тут в ее капельнице подозрительно булькнуло. Единственным разумным выходом было отставить склянку подальше, но она осторожно пригубила кофе. Теперь сладкий. Это могло оказаться что угодно, от окиси свинца до ботулотоксина, но не отпить еще разок этим утром было невозможно.
– Пожалуй, я знаю лишь одно единственное место, которое удовлетворяет всем этим требованиям. – Шима поскреб подбородок – жест, совершенно ненужный киборгу. – Система пещер на севере лесного массива «Валежник». Древнейшее месторождение бирюзового турмалина…
– Ныне закрытое. – прервал его Бюрлен-Дукк. – Эта зона настолько запретна, что главный архив по сравнению с ней – проходной двор. Где-то там, в горах, остались военные бункеры времен Хмерса, и территория вокруг огорожена силовой кибер-стеной. Она мигом распознает нас и вызовет эту мразь, эзера-безопасника-как-его-там.
– А ничего в названии этой кибер-стены не наводит Вас на мысль, что Вы с ней справитесь, господин начальник кибер-отдела? – наивно спросил Эйден.
– Я ведь уже оказал вам одну неоценимую услугу. «Отмеченную зелененьким». А последствия этого, я вижу, налицо.
– Бен, мать твою, если тебя самого скрутит уроборос, я … – захрипела Самина, но Эйден, к ее изумлению, не дал закончить угрозу. Он железно прижал ее плечи к стулу и перебил:
– Ясно. Ну, нельзя так нельзя. План пал под натиском астрономического занудства. Профессор, а нет ли какого-нибудь… м-м, другого такого же единственного места?
Такая постановка вопроса повергла Кафта в ступор.
– Э-э…
Самина треснула склянкой о столешницу:
– Есть. На северо-западе «Валежника» тоже есть небольшой пещерный комплекс. Он не охраняется, а значит, путь свободен.
Бензер страдальчески скривился:
– Сэм, я тебя умоляю! Свободен? Ты это серьезно? Магнитные колебания в этом секторе настолько сильны, что кибер-стена просто не работает! Там ничего не работает – транспорт, аппаратура, связь! – он покосился на Эйдена и покрутил пальцем у виска, – Да, и роботы в этой зоне идут вразнос.
– Я уверена, что нам повезет именно там.
– Допустим. Но ты умеешь управляться с древним снаряжением, чтобы лазать по пещерам? Я – нет. Спелеологов-самоубийц я лично не знаю, а институт ни за что не позволит рисковать чьей-то жизнью. Если мы придем к руководству с этим планом – сто к одному, что нас сдадут полиции – для нашей же безопасности. Мы все здесь ученые, Сэм, и достаточно разумны, чтобы не погибнуть такой страшной и нелепой в наше время смертью.
Бензер вновь потянулся к капельнице Шустера, но Самина жадно придвинула ее к себе. Делиться сладким кофе было уж чересчур. Особенно с тем, кто так настойчиво совал палки ей в колеса.
– Я умею управляться с древним снаряжением, – андроид подошел к кофе-машине. – Вернее, с любым. И я быстро адаптируюсь к изменениям магнитного поля.
– Насколько быстро? – уточнила биолог. – Ты успеешь сообразить, что говорящий гриб, умоляющий оторвать ему шляпку, на самом деле Бензер?
– А какой ответ тебя устроит? – осторожно поинтересовался Эйден, посылая пузырек с напитком куратору. Самина проводила этот жест примирения красноречивым взглядом.
– Я серьезно! Насколько твой «гипотетический кот» стабилен, Эйден?
Фраза со стороны непосвященных в ночные приключения вышла та еще, но Шима сообразил. Он деликатно наклонил голову:
– Самина права. Квантовые системы интеллекта во веки веков останутся синонимом неустойчивости. Если Вы собираетесь пойти в «Валежник», то должны быть уверены, что не предадите опасности ни других, ни себя.
Робот присел за стол со своей стороны, чтобы не нависать над остальными. О таких вещах не рассуждали с давлением, а тревога Кафта была искренней и не лишенной оснований.
– Вы знаете, я слишком часто представляю опасность для себя и других. Да, я хожу по краю, но достаточно твердо. И если вы будете постоянно бояться, что в моей голове может что-то сломаться, переклинить, зависнуть… Или зацикливаться на том, что укол кактуса сорвет меня с катушек, то у нас ничего не получится.
– Поймите, я не за себя волнуюсь.
– Понятно уж, не с Вашими мячиками рыскать по лесу. Шиманай, я прошел это двести лет назад. Поверьте мне на слово: я хороший мальчик, мне можно доверять. Ну, или… Давайте я просто пойду с кибер-тем, кого кибер-не-жалко.
Бензер оторвался от кофе и заиграл желваками:
– Вы ставите меня в безвыходное положение. Все вы! Потому что как куратор я просто обязан пойти. Кроме того, неадекватные роботы – моя специальность, и в случае чего, я замечу неладное первым и приму меры.
– Только не выключайте меня из розетки.
– Я тоже пойду. – Самина так боялась, что ее голосу не хватит твердости, что переборщила. Пять глаз примерно одной степени недоумения уставились на биолога, но прежде, чем кто-то попытался ей возразить, девушка встала, и момент был упущен:
– Вы все здесь забываете, что главная опасность леса – не в магнитных полях и даже не в риске быть арестованными, а в его обитателях. Растения и животные – вот что может вас убить. Хочет вас убить! Я знаю все о флоре и фауне Браны, в отличие от тебя, Бен, и уж тем более от императора. Прости, Эйден, но ты инопланетянин, а мы здесь аборигены. С чего бы мне начать? Сперва вас попытается сожрать драконово дерево, а если у него не выйдет, ему на смену придут аморфофаллус и плотоядные мхи. Вы даже мимо бешеного огурца не пройдете, сохранив все конечности, – она положила ладони на столешницу. – Чтобы добраться до пещер живыми, вам нужен проводник, и им буду я.
Робот не подавал признаков жизни на всем протяжении ее горячего монолога, и Самина решила, что ей откажут в особо извращенной форме. И удивилась, когда Эйден произнес:
– Я боюсь аморфофаллуса, Бензер. Возьмем ее?
– Конечно, нет! Сэм, детка, ты рехнулась?! Я категорически против, это опасно!
– А я вынужден признать, что Самина права. – сказал андроид. – Я тоже против, чтобы барышня вторгалась в нашу теплую мужскую кодлу. Но в условиях дикой природы биолог станет едва ли не единственным полезным членом команды. Я уверен, мы с ней отлично сработаемся.
– Ну-ну! Вы на пару только пробирки здесь перекладывали. Она абсолютно неспособна действовать в критической ситуации!
– Бен, я здесь вообще-то! – задохнулась Самина.
– А что я такого сказал? Сработаетесь… Отчего такая уверенность?
– Отчего-то. – отрезал Эйден и поймал очередной мячик на лету. – Итак, мы отправляемся втроем. Завтра в пять утра. Поздно, конечно, но в темноте, среди плотоядных мхов, идти слишком рискованно. Шиманай, я вижу, Вы уже набросали список необходимого инвентаря. Добавьте в него запасные… запасное всё. И почему бы Вам, в самом деле, не прицепить один мячик на резинку к запястью?
Кафт потупил взгляд и добавил в список еще один пункт.
– Значит, это Вы у нас теперь главный? – буркнул куратор.
– Простите, Бензер. Я лишь пожевал уголок командирского одеяла и вовсе не собирался перетягивать его на себя. Не обижайтесь, ну, давайте у нас будет два лидера. Так же куда забавнее.
Кибернетик закатил глаза.
– Что ж. Трое против одного, да? Не вижу смысла задерживаться в этом балагане. Сэм… увидимся на обеде. Во мне еще теплится надежда тебя переубедить.
Он скромно прикоснулся губами ко лбу Самины.
– И умоляю, больше не угоняйте карфлайт директора химлаборатории. Я-то все утро думал, чего он ко мне привязался!
Озадаченный новым списком, Шиманай покинул кабинет вслед за куратором. Самина обнаружила, что все еще стоит, опираясь ладонями на столешницу, расслабилась и упала в кресло.
– Сэм, детка, ты рехнулась? – возник перед ней андроид, копируя интонацию Бензера.