Наталья Литвиненко – Пока существует время (страница 4)

Нюта

Ох, и везёт же мне! Оказалась в нужном месте и — пожалуйста! — уже примерно представляю, на ком женится староста. Сердце колотилось от возбуждения, будто собиралось выпрыгнуть из груди. Я осторожно выглянула из-за угла общего дома. Старушки под ручку удалялись прочь, переговариваясь на ходу и оживлённо жестикулируя.

Как же хочется поскорее обо всём рассказать Мишутке!

Я присела около стены и стала изучать неровности деревянных брёвен — сухих, шершавых, испещрённых глубокими трещинами. В одной из них застряла золотистая чешуйка сосновой коры. Время тянулось бесконечно, особенно когда есть что рассказать. В воздухе пахло скошенной травой и приближающейся грозой.

— Нюта, — раздалось за спиной, и я подскочила от неожиданности.

За мной стоял Мишутка. Он широко улыбнулся и протянул горсть спелой земляники — ягоды блестели от росы, алые, сочные, с торчащими зелёными хвостиками. Какая же она ароматная! Люблю, как пахнет земляника! Иногда я нахожу в лесу её просто по запаху — тонкому, сладкому, с лёгкой кислинкой.

Мишутка присел рядом. Мы облокотились о тёплые деревянные брёвна и, хихикая и толкая друг друга плечами, стали с удовольствием уплетать сладкую лесную ягоду.

— Рассказывай, — смеясь, проговорил Миша. — У тебя такой загадочный вид Я тебя знаю! Ведь не терпится поделиться новостями.

Сказал — и рассмеялся, увидев моё вытянутое лицо. Я фыркнула, вытерла пальцы о подол и, понизив голос, произнесла:

— Я знаю, что невеста нашего старосты — знатная и богатая особа. Причём живёт по соседству с нашим посёлком. — Я сделала паузу, наслаждаясь эффектом. — Нет соображений, кто это?

Мишутка задумался, нахмурил брови, встал и принялся расхаживать взад вперёд, заложив руки за спину.

— Ну, это либо из посёлка, с которым у нас идёт обмен пшеницы и рыбы, либо из того, что дальше в горах находится. Первые почти рядом с нами, но они очень богатые — у них, кажется, даже родственники со стороны князя. Как то сомнительно, чтобы они прельстились нашим старостой. Хоть он и неплохой человек, и видный, но не настолько богат для этой семейки. Вторые — он запнулся, — находятся далековато. И путь тяжёлый — через гряду, да ещё и обвалы там часто бывают.

— Но сваха очень быстро вернулась, — возразила я, тоже вставая и подходя к другу. — Вчера уехала, а сегодня утром уже была в посёлке. Я её видела, когда за водой ходила. Она даже не выглядела усталой!

Мишутка замер, почесал затылок, а потом хлопнул себя по колену:

— Ну, значит, без вариантов! Староста женится на девушке из посёлка, который находится в долине.

— С чего вы взяли, что я собираюсь жениться?! — раздалось за нашими спинами так резко, что мы вздрогнули и обернулись.

Староста стоял в нескольких шагах — напряжённый, бледный, с плотно сжатыми губами. Его глаза метали молнии, а пальцы непроизвольно сжимались в кулаки. Вдалеке раздался громкий и протяжный раскат грома, и первые тяжёлые капли дождя забарабанили по деревянной стене.

Староста

Злость клокотала в сердце, обжигая изнутри. Как такое возможно? И это — родная мать?! Нет, это просто не может быть правдой! Не может она за моей спиной договариваться о браке, который мне ненавистен.

Когда то она отвергла Ольгу — а ведь тогда мне было невыносимо больно. Я смирился: матушке, видимо, виднее. Но с тех пор сердце словно окаменело. Никто больше не глянется — ни взглядом, ни душой.

Ветер сбивал с ног, рвал одежду, хлестал по лицу. Разразилась настоящая буря: ливень, вспышки молний, гром, который, казалось, вибрировал в каждой клеточке тела. Он сливался с моей яростью — я почти вторил ему криком. Вода струилась по лицу, пропитывала одежду, но я мчался вперёд, не разбирая дороги. Путь в никуда.

Зачем мне быть старостой? Зачем добиваться чего то, если это нужно не мне — а матушке? Всю жизнь я тратил силы лишь на то, чтобы она меня любила, чтобы гордилась мной. Но чем больше я добивался, тем больше ей хотелось. Этот бег невыносим, он бесконечен!

Я всё время думал: «Хорошо, сделаю это — и тогда матушка будет довольна. Тогда я смогу жить для себя». Но нет Для себя я не прожил ни дня. Ни единого дня!

Дыхание сбилось, грудь разрывало от боли — пришлось остановиться. Вокруг сомкнулся лес, тёмный и молчаливый. И тут наружу вырвались рыдания: слёзы смешались с дождём, стекали по щекам, падали на землю.

Развернувшись, я побрёл домой. Отчаяние сменилось тяжёлым равнодушием — будто внутри что то умерло. Но сил для сопротивления не осталось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.