Наталья Крынкина – 2.0. Крылья (страница 35)
Мама только успела издать протяжное «О-о-о!!!», когда этот Халк с мясом выдрал из инструмента внутренности, бросил на клавиши изуродованные струны и молоточки и громко шарахнул крышкой.
Женька уже успела поднять костыль и теперь, с ужасом открыв рот, смотрела на эту картину.
– Ты что наделал? – раздавленно произнесла она, придя в себя первой.
Он схватил костыль и дёрнул у неё из рук, прошипев еле слышно:
– Уходи! И не появляйся здесь больше, маленькая!
Женька ещё несколько секунд смотрела в его ненормальные, почти чёрные глаза и в лицо, отражавшее всю несправедливость мира, а потом резко повернулась, хлестнув его кудрями по щекам, и понеслась на выход.
Мама молча сидела за испорченным пианино, в безысходности обхватив руками голову. Слов у неё не было. Только слёзы.
Внутри, поднимаясь, как молекулы кипящей воды, забурлили и запрыгали эмоции. Саша встала в проёме и преградила брату дорогу из комнаты.
– Уйди, – буркнул Данька, махнув костылём.
Она глотнула воздуха в грудь и громко рявкнула:
– Почему ты ведёшь себя как дебил?!
– Потому что, наверное, я такой и есть! – гавкнул брат. – Потому что всё неправильно и не должно так быть!
И, выпуская ураган наружу, Саша заорала:
– Ты сломал мамино пианино! Ты обидел Женьку! Ты гоняешь от себя Шайбу, который тебя с того света достал! Они тебя просто любят! Тебе самому не противно?! Зачем ты с ними так?!
Даньку мелко затрясло. Он снова стукнул костылём об пол и, ничего не ответив, толкнул её плечом и ускакал в свою комнату, не забыв погромче грохнуть дверью о косяк.
Выплёскивая кипящее негодование, Саша с силой запустила кружку ему вдогонку, и она гулко ударилась в дверное полотно, оставляя вмятину и разлетаясь осколками в стороны. Пусть вспомнит, что в этом вспыльчивом семействе не только он один умеет злиться и выражать свою ярость!
– Да! Она маленькая! – выдохнула Саша с громким криком. – Но мозгов у неё побольше, чем у тебя! Она думала, что ты ходить никогда не сможешь, и всё равно не испугалась! А ты! – она запнулась, подбирая слово. – Валенок ты! Сибирский!
Мама возилась на кухне, раскладывая на столе тарелки и приборы, а Ириска снова рисовала в своих блокнотах целые хоккейные сюжеты и истории. Денис сегодня прибыл из выезда, забросил сумки в съёмное жилище, примчался на ужин к родителям и только что выбрался из душа. Вот только папы пока ещё не было, и все дружно ждали, когда он тоже вернётся домой.
Лёгкая трель дверного звонка мягко прокатилась по квартире, заставляя Ковалёвых оставить все дела и броситься к двери. Первой, опережая брата, к ней подоспела Ириска в своём неизменном свитере. Ей было уже тринадцать, она подросла, но свитер всё ещё был ей велик. И, выкручивая ночной замок, она показала Денису язык.
– Отойди! – брат тут же отпихнул её от проёма и выглянул в подъезд, где за папиным плечом, улыбаясь до ушей, стояла его любимая Сашка.
Папа лишь успел посторониться, когда он выскочил босиком из квартиры и сгрёб девчонку в охапку.
– Где это вы встретились? – послышался удивлённый мамин возглас за их спинами.
И папа, исчезая за порогом, устало бросил:
– Потом тебе расскажу!
Денис чмокнул девушку в нос и, пропуская её вперёд, вошёл в прихожую и закрыл за собой дверь:
– Нормально доехали? Без приключений?
Отец сидел на пуфике и неторопливо расшнуровывал ботинки. Он неопределённо поморщился и, махнув рукой, аккуратно поставил обувь у стенки, повесил куртку на вешалку и направился в ванную мыть руки.
– Нормально, – шепнула Саша, обнимая за пояс своего вратаря и шепча ему на ухо: – Только он не захотел мне говорить, что делал у нас в городе, хотя я несколько раз ему намекала, что мне интересно! Ты в курсе? А мама знает?
Денис прикрыл веки, давая понять, что ему известен ответ на этот вопрос, и приложил указательный палец к губам.
Она вопросительно и удивлённо изогнула правую бровь и насторожилась:
– Не знает! У вас какие-то секретики с ним?
– Это его секретик, – передразнил Денис, – поэтому не могу тебе сказать!
– Тогда я умру от любопытства! – всё так же шёпотом заявила она и, скрещивая руки на груди, обиженно выпятила вперёд нижнюю губу.
И он рассмеялся в ответ. Саша уже привыкла к Ковалёвым и чувствовала себя среди них своей. За ужином болтала с Ириской и мамой о всяких девчачьих штучках, отвлекая внимание от отца, а тот бодрился и в то же время старался не высовываться.
Летом Денис рассказал ему о Ванькиных любовных приключениях и обрадовал новостью, что он теперь дед. В красках и даже с каким-то довольным злорадством он описал, как Иван извивается, словно уж на сковородке, пытаясь добиться от Ольги разрешения участвовать в воспитании дочери. И папа воспринял эту информацию очень остро, так, что даже полежал под капельницей пару дней. А потом сбежал из больницы и решил, что эту ситуацию просто так оставлять нельзя.
Он снова попытался связаться со старшим сыном, но тот по-прежнему не хотел с ним разговаривать. И тогда отец поехал к Ольге. Впервые он побывал там в августе, сейчас это была вторая поездка. И, судя по его настроению, она снова получилась не самой удачной. Зато он привёз Денису Сашу, и сейчас она сидела, привалившись к родному плечу, и тёрла глаза, которые закрывались от усталости.
– Может, у нас останетесь? – предложила мама, убирая в раковину пустые тарелки. – Отдохнёте с дороги и завтра поедете к себе.
Денис отрицательно качнул головой, не принимая никакие женские предложения и возражения, и Саша безнадёжно вздохнула, вызывая у родителей улыбки.
– Нет, спасибо! Мы домой! Девяносто первый… Раз-два!
– Встали! – подхватила она.
И оба одновременно поднялись из-за стола.
Пока они одевались в прихожей, мама ещё суетилась на кухне, собирая им с собой на утро вкусняшки, а потом провожала почти до самого лифта.
У подъезда их встретила жёлтая машина такси, и они долго ехали по городу, любуясь убегающими вдаль фонарями и огоньками витрин. Саша держала Дениса за руку, и он легко перебирал её пальцы, щекоча прикосновениями мягкие подушечки и не давая ей окончательно провалиться в сон.
Рядом с ней было спокойно и не покидало ощущение, что какой-то очень важный кусочек пазла, из которых складывалась его жизнь, встал на своё место, и картинка сложилась.
– Папу просят сейчас вернуться в «Энергию», – уже засыпая поздно вечером у Дениса подмышкой, прошептала Саша. – Они сильно сдали в этом сезоне. И ещё у них катастрофа с вратарями.
Он уткнулся носом в тёплую макушку и, закрывая глаза, шепнул:
– И что решил Дмитрий Сергеич?
– Он уходил из-за Даньки, а теперь, когда этот баран со всеми переругался, думаю, вернётся, – и подняла глаза на Дениса, хитренько улыбаясь: – Если что, он знает, где взять хорошего вратаря.
– С «волками» будет сложно договориться. Они уже хотели перезаключить со мной контракт ещё на два сезона, но я пока не согласился.
– Ты не говорил, – она встрепенулась, приподнимая голову на секунду. Сердце застучало чуть быстрее. – Так странно! Всего полтора года назад ты мечтал, чтобы они предложили тебе контракт, а теперь раздумываешь над новым. Что-то планируешь уже?
– Жить с тобой вообще-то! И пока мы с твоим папой будем решать дела с «Энергией», ты уже можешь подыскивать какой-нибудь хороший район недалеко от Ледового и думать о том, как мы потихоньку будем обустраиваться!
– И-и-и! – взвизгнула Саша, теряя последний сон и крепко обнимая его за шею. Расплылась в счастливой улыбке и затараторила: – Я хочу, чтоб у нас было две комнаты и большая-пребольшая кухня! И балкон, с которого будет видно Ледовый, потому что по ночам он сверкает и светится! Только закрытый, чтоб не было холодно!
А потом вдруг тревожно добавила:
– Я ещё учусь. Ты же пока без меня не будешь рваться в Профессионалку? Правда же? Мы же опять потеряемся и почти не будем видеться!
Денис напрягся. Ещё четыре сезона. Вместе с текущим.
А потом тронул её за кончик носа и прерывисто выдохнул:
– П-правда…
Со времени последнего Сашиного приезда прошло уже две недели. Погостив у Дениса несколько дней, она неохотно вернулась домой, где её ждали родные, учёба и каток с малышами. В этом году она уже не помощник тренера. Она – тренер.
Расставаться с ней снова не хотелось, но избежать этого было невозможно. На днях Денис собирался уезжать на новую серию матчей. Жизнь хоккеистов такая. Они бесконечно кочуют с места на место, мотаясь по стране. И это нужно просто принять.
После утомительной утренней тренировки он приполз домой, планируя пообедать и хорошенько выспаться, а потом заняться учебными вопросами и сборами в дорогу. Но сначала планы ему испортила мама, которая свалилась как снег на голову с целой сумкой кастрюлек и лоточков, источающих божественные ароматы, и теперь хозяйничала у него в съёмной квартире. А уже спустя несколько минут его догнал звонок тренера Анисимова, который с места в карьер озадачил его вопросом:
– Ну как? Готов поиграть за «Энергию»?
– Э-э-эм, – промычал Денис от неожиданности. – Вроде вы сейчас юниоров тренируете. Или я что-то пропустил?
– Именно! – отозвался тот, довольный произведённым эффектом, и добродушно рассмеялся. – «Энергия» сейчас на выезде, через неделю возвращается домой, и я приступаю к работе с основой. Мне нужен хороший вратарь! Если ты не против, я запускаю переговоры!