Наталья Косухина – Влюбиться в главного героя (ЛП) (страница 15)
Сапоги оставила свои, только отогнула их сверху на мужской манер. Темным платком, повязанным как бандана, скрыла светлые, длинные волосы и накинула сверху капюшон. Теперь я выглядела, как самый обычный юноша.
Убрав свои вещи в сумку, я, не слушая шипения кота, направилась к месту ночевки, а именно к приюту для бездомных. Если судьба будет ко мне милостива, то надолго я там не задержусь.
Ильзур Варнар
Я сидел, прислонившись к стене и прикрыв глаза, а в душе бушевала буря.
— Как же подобное могло случиться? — между тем по сфере связи вопрошал Анрар.
— Думаю, все пошло наперекосяк, когда мы прибыли в этот захудалый город. Здесь-то и увидели нас Вур с ребятами. Естественно, проследили до корчмы, а потом нас им продал ее хозяин. Как я не разорвал его на куски, не пойму, — процедил я сквозь зубы.
— Он свое еще получит, — успокоил друг. — После этого они вели вас и обоз, а потом напали в предрассветный час?
— Именно. У Вура со мной старые счеты, вот он и решил отомстить. Что самое невыносимое, ему бы все удалось, если бы не Ипри.
— Значит, наша девушка — сказочница, — пробормотал Анрар.
Я и сам не мог поверить. Подобную информацию мне должны были сообщить, но храмовники не сделали этого, и значит…
— Надо провести дополнительное расследование, расспросить, почему они утаили важные сведения, и я этим займусь в первую очередь. Не нравится мне, как все совпало: пираты, порталы, нападение…
Я вслушивался в рассуждения друга лишь краем уха, так как сам пришел к таким же умозаключениям пару часов назад. Сейчас меня мучили другие вещи.
Например, я не смог справиться с потрясением, когда узнал, что Радамира — сказочница, позволил чувствам прорваться наружу, и, держу пари, они были Ипри истолкованы неправильно. Уж очень обиженный взгляд она бросила на меня, прежде чем улететь.
А еще сказочница спасла мне жизнь, хотя это и было ей невыгодно, но она все равно спасла. Это поражало, подкупало. А еще мне начало казаться, что ее кот следил за мной. Докатился, у меня мания преследования.
— Ильзур, ты меня слушаешь?
— Конечно. Ты считаешь, что я должен найти Ипри и доставить ее в столицу. Безусловно, задание выполнить надо, но теперь я сделаю все возможное и невозможное, но храмовникам ее не отдам. Если у них есть к ней какие-то претензии, пусть предъявляют их при нас.
Анрар вздохнул:
— Так и думал. Уж не влюбился ли ты, друг?
— Что за глупость? Это элементарная благодарность и чувство чести.
— Хм-м… И что ты собрался делать?
— Искать ее, конечно. А ты пока поможешь мне выяснить все подробности, зачем оная понадобилась храмовникам.
Анрар хмыкнул и, сказав: «Слушаюсь и повинуюсь», отключился.
А мне пора отправляться в дорогу. Я видел направление, в котором улетела Радамира. А дальше попробую воспользоваться своими тайными связями. Пора спасать сказочницу, пока та не попала в беду.
Радамира Ипри
В ночлежке для бездомных было грязно и дурно пахло. Здесь ютились как мужчины, так и женщины, разврат среди которых, казалось, был нормой. Хорошо хоть, не публичный — парочки уединялись.
Но зато тут кормили раз в сутки и выделили лежак с драным, вонючим тюфяком. Спать я легла голодной, а Бук отправился на охоту. Возможно, именно поэтому утром от завтрака он отказался, мне же пришлось давиться малосъедобной кашей.
А между тем настала пора подумать о том, что же делать дальше. Я надеялась, что, потеряв след, охотник меня не найдет, однако в любом случае мне желательно найти работу, иначе двинуться дальше к своей цели без денег я вряд ли смогу.
Значит, надо идти на утреннюю ярмарку. Уж где-где, а там все можно узнать. Поправив капюшон и прихватив сумку, я зашагала по направлению к площади.
Город назывался Нивару. Народу в это раннее время уже было видимо-невидимо. Кругом шумели люди, ругались, спорили, зазывали покупателей к своему товару, просто беседовали, а я ходила и прислушивалась. Солнце начинало понемногу припекать, было душно и тошно, но мое терпение было вознаграждено: наклюнулась пара интересных мест.
Одно из них в местной библиотеке, где требовалась уборщица, а другое на причале, но там хуже: нужно было разгружать корабли и дирижабли. Выбора у меня не было, пришлось довольствоваться тем, что есть.
В библиотеке мне предложили совсем уж маленькое жалованье. Но, поколебавшись, я согласилась приходить перед открытием и убираться.
А вот в порту, посмотрев на «тщедушного парня», мне вначале отказали, но, видимо, работы было много, а я согласилась вкалывать подолгу, поэтому скрепя сердце, меня взяли на погрузчики. Буду работать с артефактами, чтобы с помощью них поднимать тяжелые вещи.
И началось очень непростое для меня время. Рабочие дни сменялись один другим. Спала я мало, зато сумела кое-что выяснить в библиотеке об островах и легендах, которые ходят о них.
А потом шла в порт, словно на каторгу. И пусть я грузила с помощью артефакта, а не руками, но к вечеру уставала так, что еле могла ходить.
Бук видел меня только в приюте для бездомных, во время еды, и потом я засыпала. Кот злился, был недоволен моим отношением к самой себе, но пока ничего поделать было нельзя.
В очередной вечер я шла с работы домой, вернее, практически ползла, уже даже не смотря по сторонам. Я была совершенно уверена, что на мое полудохлое тельце никто не покусится, а значит, нечего лишний раз переживать. Тем более что улица была пуста и впереди меня шел лишь пожилой мужчина.
Фонари тускло освещали небольшие домики и мостовую с выбоинами. Богатые дамы кривились, если им доводилось попасть в бедный район: пахнет плохо, можно на дороге каблук сломать. В нашем мире не было сильного расслоения на классы, но тем не менее границы имелись, не всегда явно различимые, но незыблемые.
Свет одного из фонарей мигнул, и я повела плечами, ежась. Никогда не любила темное время суток. Ночь скрывает тайны и обман, пороки и страсть, а еще она нежная и безжалостная.
Вздохнув, я пнула ногой камень, который, отскакивая, гулко покатился вперед. И неожиданно впереди идущий человек начал заваливаться на бок и упал, оставшись лежать, еле шевелясь.
Ночью подходить к незнакомцу — значит нарваться на неприятности, и все-таки мне сложно было пройти мимо. А что, если действительно нужна помощь?
Нерешительно подойдя, я склонилась к мужчине.
— Вам плохо? — осторожно дотронулась до плеча неизвестного.
Тот посмотрел на меня с затаенной надеждой и рукой еле-еле смог показать на свою сумку. Плохо понимая, правильно ли я поступаю и не ловушка ли это, потянулась к сумке и, приоткрыв, показала содержимое мужчине.
— Зеленый флакон… Выпить… — еле выдавил он.
Откупорив нужный пузырек, я запрокинула голову незнакомцу, влила содержимое в его полуоткрытый рот и замерла, не зная, что делать — то ли оставить его тут, то ли двигаться дальше. А ведь времени на сон остается все меньше и меньше.
Но стоило окинуть взглядом пожилого мужчину, как решение было принято. Я должна проследить, чтобы тот добрался до своего дома, и убедиться, что с ним все благополучно. Когда пострадавший зашевелился, помогла ему подняться, взяла под руку и повела по указанному им направлению.
Шли мы недолго, и свою ошибку я поняла, когда, войдя в дом, услышала, как сзади захлопнулась дверь. Резко обернувшись, заметила, что активировался артефакт, ограждающий жилище.
— Вот это я влип… — пробормотала под нос.
— Не стоит так переживать, я просто поговорить хочу. Пойдем.
Мужчина, придерживаясь за стену, заковылял по коридору, а я понуро поплелась следом. Из дома теперь без позволения хозяина я выйти не смогу. Вот чем оборачиваются добрые дела!
Когда мы оказались на кухне, незнакомец показал мне на стул и куда-то скрылся. Что теперь делать?
Присев, я с тоскою уставилась на свое отражение в темном окне.
— Почему помогла мне?
Значит, он раскусил мою маскировку… Даже ушлые докеры не догадались, что я девушка, а этот… И видел-то всего пару минут. Обернувшись, я взглянула на хозяина дома. Пожилой, но еще не старый, с лучиками морщин у глаз и цепким взором.
— По доброте душевной. Отпустите меня: утром на работу и нужно отдохнуть, — жалобно попросила я.
— И где же ты трудишься? — чуть прищурившись, спросил незнакомец, проигнорировав мою просьбу.
Повернувшись к магплите, он зажег зеленый огонь и поставил на него чайник. Я вздохнула, понимая, что скоро отсюда не выберусь, если вообще выйду.
— Утром в библиотеке, вечером в доках, — пожала плечами, не видя смысла скрывать.
— И в чем же нужда так работать?
— Деньги нужны, — поджала губы я.
Вот еще, рассказывать всем о своих трудностях, так и до неприятностей недалеко.
— Ну еще бы… Тебя ведь, поди, охотник ищет.
Внутри все похолодело. Незнакомец знает?
— Конечно, я знаю, — подтвердил тот мои опасения. — Тебя же показывали в новостях. Сегодня, правда, не сразу признал, но если присмотреться, то догадаться несложно.
— Но до этого… — насупилась я.