Наталья Косухина – Влюбиться в главного героя (ЛП) (страница 17)

После этой выходки мастер пригрозил ему за еще одну подобную диверсию хрюпальце на хавальце натянуть. В общем, мой многострадальный котик был окружен стеной непонимания. Обычно он уходил в себя и считал выше своего достоинства снисходить до обидчика, пока тот первым не делал шаг к примирению. Но в тот раз Бук, грозно подергивая носиком-пятачком и трепыхая крылышками, пытался кое-как плыть по воздуху в направлении грубияна Зара. Выходило смешно, и, кажется, он сам это понимал, и от этого ситуация становилась еще «ужасней».

А сегодня Бук начал гадить по-тихому, в переносном смысле, конечно. Утром он опрокинул экспериментальную настойку мастера, над которой тот трудился несколько месяцев, и, естественно, совершенно случайно! Теперь шипел и плевался уже Зар, а я решила, от греха подальше, ретироваться на ярмарку.

Площадь в ранний час уже гудела, и народ сновал туда-сюда, выискивая необходимый товар или улаживая дела. Я переходила от одного лотка к другому и едва не упустила момент, когда у меня срезали кошелек.

Обернувшись, увидела уже спину убегающего воришки. Ну уж нет! Мне за эти деньги перед мастером отчитываться.

Сорвавшись с места, я понеслась следом и, чтобы не выпустить из вида вора, который явно лучше меня знал город, решилась активировать свою незаконную печать поиска.

Вор со всех ног бежал по узким улочкам, постоянно петляя, срезал путь по одному ему известным ходам, не сомневаясь: еще чуть-чуть, и мне надоест это преследование, и я отстану.

Но я его все-таки догнала и прижала к стене, стараясь отнять свои деньги, только вот сделала это зря, ибо он привел меня в засаду, где нас моментально окружили его дружки.

— С кем это ты к нам пришел? — спросил самый рослый из компании и явно главарь.

Так и не отпустив парня, я с опаской стала осматриваться и судорожно думать, что предпринять.

Бросившись в погоню, я совершенно не обратила внимания, куда она меня привела. Как оказалось, на окраину Нивару. Точнее, на улицу, которая заканчивалась тупиком. Вокруг валялся мусор, от грязных, заплесневелых стен домов воняло.

— Да пристал он ко мне из-за кошелька, — буркнул воришка. — Может, избавимся от него?

— Чего?! — возмутилась я, тряхнув говорившего.

— Гляньте-ка, слабоумие и отвага в одном флаконе, — хмыкнул парень со шрамом на щеке и сплюнул себе под ноги.

— А может, есть другое предложение? — подмигнул мне главарь, а мой пленник взглянул на меня с гаденькой улыбочкой.

И только я решила ответить этой шпане, как неожиданно для всех, как гром среди ясного неба, раздался хорошо знакомый мне голос.

— Я бы тоже послушал предложение.

При его звуках мне захотелось спрятаться за эту банду. А еще лучше отдать ему их, а самой дать деру. Но вместе этого разбежалась шантрапа, оставив меня и воришку наедине с нитхом.

— Мамочки, — простонал парень, в которого я теперь вцепилась с двойной силой.

— И не говори, — поддакнула я.

Мы с вором стояли, прижавшись друг к другу, и смотрели на Варнара, как кролики на удава. На это у каждого из нас были свои причины, но действовали мы единодушно.

Охотник подошел к нам как неминуемое возмездие, и, едва мы оказались на расстоянии его вытянутой руки, нас вздернули за шкирки и поволокли в сторону местного отделения Охраны закона.

«Не очень-то вежливо», — подумалось мне.

Когда я была девушкой, со мной обращались более тактично.

Не было сомнений, до нужного здания мы доберемся довольно быстро: во-первых, перед нитхом все расступались, во-вторых, нам приходилось практически бежать, чтобы поспевать за охотником.

От накатившей паники рассуждать логически я уже была не способна, мозг отказывался анализировать происходящее. Мысли от растерянности и ужаса разбегались, и я не могла выстроить план. А ведь сейчас он был мне так нужен!

Как завороженная, я будто со стороны на все смотрела, словно вся ситуация никоим образом меня не касалась. Наверное, это была шоковая, защитная реакция. Психика не вынесла удара, того, что все планы рухнули, радужным мечтам конец и сделать уже ничего нельзя.

Мои инстинкты кричали мне: «Надо вырваться и бежать!» — но я прекрасно понимала, что сделаю глупость. Я же видела его тогда на поляне, сражающегося с нападавшими. Поэтому я покорно позволяла нитху тянуть меня вслед за собой, не мне с ним тягаться. Я с форой в месяц не смогла от него скрыться, что уж тут говорить про побег из-под носа.

Как мне убедить всех, что я парень и к Радамире Ипри не имею никакого отношения? Вряд ли мне поверят. Я все отчетливее понимала, сейчас меня закуют в кандалы, и хорошо, если в мешок не засунут, а потом отправят в столицу — порталы-то починили. От этой мысли перехватило дыхание.

А между тем мы достигли цели. На входе в здание Охраны закона Варнар впихнул вора в руки дежурного.

— На этом кража, кошелек еще при нем. Как оформите, пришлете… — и, повернувшись ко мне, уточнил: — Ты где живешь?

— У мастера Зара, — прошептала я, еще более сжавшись.

Нитх внимательно посмотрел на меня.

— У него вроде другой подмастерье или ты родственник?

— Нет, я временно работаю.

— Да не трясись ты так, не съем, — и снова обратился к дежурному: — Значит, отправите Зару. Позже я еще зайду, дам информацию по оставшейся банде. Надо бы их переловить.

Тот лишь кивнул и поволок парня внутрь здания.

— Рассказывай, как все произошло, — прищурился охотник, теперь уделив все свое внимание мне.

А я в этот момент не помнила себя от счастья! Меня не узнали! И чтобы побыстрее отпустили, в подробностях рассказала, как все было.

— Значит, у них уже отлажен план действия и организация на уровне. Надо с Урнаром поговорить, распустил ворье в городе, — задумчиво заметил охотник. — Ну, а теперь давай решать, что делать с тобой.

И по мере того, как он говорил, мое настроение менялось явно не в лучшую сторону. Кожа покрылась мурашками, волосы на затылке, кажется, начали шевелиться, а руки чесались от желания вцепиться в шею нитха и придушить. Видимо, такая у меня реакция на стресс или просто охотник достал меня вконец: ему словно на роду написано найти меня и сцапать.

А Варнар стоит себе спокойно, разглагольствует и смотрит на меня своим хищным взглядом. Ну что ему стоит отпустить меня и забыть? Садист!

— Ты нашел вора с помощью своего дара или другие навыки есть?

— Дара? — попробовала я прикинуться дурочкой.

Сейчас стоило меньше открывать рот. Как это говорили в старину, не знаешь, что делать, молчи и жди. Да кабы мне кто позволил это сделать!

— Только поисковики могут выследить воров, тем более таких профессиональных, — не повелся он на мою уловку.

Я понимала, что нитх прав, но и рассказать про татуировку не могла. Этим бы подставила мастера, а я ему и так обязана.

— Да, — обреченно соврала я, изо всех сил стараясь уверовать в сказанную ложь.

Варнар кивнул своим мыслями, словно и не слушал меня, и обрадовал:

— Тогда у тебя есть выбор. Ты отправляешься в отделение и проходишь по делу о краже как пострадавший, а я официально привлекаю тебя к своему заданию через прошение. Или ты соглашаешься помочь мне сразу, и тогда я проконтролирую, чтобы мстить тебе за сегодняшнюю историю было некому.

Может, для обычного подмастерья доводы Варнара рассчитаны были и верно, но мне все равно, будет меня искать банда или нет. Я планировала вскоре покинуть Нивару.

Однако и к законникам попасть я себе позволить не могла: татуировку обнаружат сразу, и им будет без разницы, что сделана она совсем недавно, тринадцать дней для регистрации уже истекли. А это означает огромные проблемы как для Зара, так и для меня.

— Согласен поработать, — сглотнув, пробормотала я, еще не совсем понимая, на что согласилась.

— Значит, договорились. А теперь пойдем к твоему мастеру, послушаем, что он нам скажет.

Выбора не было, и, молча покосившись на нитха, я зашагала по дороге ни жива ни мертва. Как отреагирует Зар на визит Варнара? Выдаст меня реакцией или сознательно? Сохранит ли мой секрет?

Я снова исподволь взглянула на охотника. Конечно, тот не изменился за то время, которое мы не виделись, но, с другой стороны, заметно, что он устал, что его что-то гложет. Интересно, не тот ли факт, что я на свободе?

В остальном все такой же холодный, опасный и неприступный.

Раньше я боялась, сейчас же меня грызла тревога и накатила обреченность. Идя рядом с этим хмурым, молчаливым и, чего греха таить, опасным человеком, я испытывала чувство, будто все это уже было, и от безысходности ситуации, разочарования во всем, что сегодня случилось, мне хотелось сесть на ближайшую лавочку и разрыдаться.

Но такую роскошь я не могла себе позволить, ибо мужчины не плачут. Не хватало мне своими глупыми и необдуманными действиями лишиться единственного преимущества — своей личины.

Когда мы вошли в палисадник, меня едва ли не трясло от нервного напряжения. Охотник поглядывал, чуть прищурившись, но, видимо, списал мое состояние на испуг от встречи с разбойниками.

Мастер открыл дверь практически сразу, как постучали, и во мне затеплилась надежда, что тот видел нас из окна.

Чуть склонившись перед Заром, Варнар сказал:

— Добро твоему дому. Поговорить нужно.

— Светлой дороги тебе, — ответил мастер, склоняясь в ответ. — Ну, раз нужно, проходи, охотник.

Варнар пристально изучал мужчину, пока тот вел нас на кухню, свое любимое место в доме.