Наталья Корнева – Тень Серафима (страница 63)
К тому же, легендарный алмаз «Властелин», хищно сверкающий в платиновом венце лорда, быстро помог адмиралу узнать своего господина, даже под маской белого демона.
— Правитель Ледума на борту! — выкрикнул он строго установленную фразу, означавшую, что управление кораблем, равно как и всей эскадрой, переходило к стоящему выше по иерархии. Помощники адмирала низко склонились и громким эхом повторили слова командира.
Бенедикт подспудно предполагал такое развитие событий. Насколько он знал властную натуру правителя, вероятность того, что тот отпустит столь важную ситуацию на самотек и не пожелает лично проконтролировать выполнение отданных распоряжений, была крайне мала. И это несмотря на то, что возможность оставления лордом-защитником своего города для здравомыслящего человека казалась еще более невероятной.
Тем временем правитель перевел взор на объемное изображение Ламиума, слабо мерцающее в воздухе. Его создавали излучения драгоценных камней, густо усеивавших окружность специального наглядного стола, который для удобства был разделен на условные квадраты. Несколько магов высокого уровня, обеспечивающих корректное отображение действительности, находились тут же поблизости.
Картинка была столь реалистична, как если бы просто смотреть на город с высоты птичьего полета, при этом каждый фрагмент можно было в любой момент приблизить и увеличить — хоть до такой степени, чтобы разглядеть веснушки на лице случайного человека или пересчитать все до одной ресницы.
Разумеется, если бы кому-то пришло в голову тратить ресурсы, чтобы заниматься подобной ерундой.
— Разрешите доложить обстановку, милорд, — по форме обратился адмирал. — Никаких особых происшествий за время отбытия из Ледума не произошло. Эскадра полностью укомплектована и готова вступить в боевые действия. Расчетное время пересечения воздушных границ Ламиума — три минуты.
Правитель мельком глянул на старинный механический календарь, показывающий фазу и возраст луны, а также некоторые другие специфические параметры, необходимые магам. Данные о состоянии ночного светила были чрезвычайно важны для чародейства, ведь именно магнитные колебания, исходящие от луны, заставляли минералы, как и всё в мире, вибрировать, — но вибрировать особым образом.
Конечно, за столько лет активной практики заклинатель и сам научился чувствовать положение ночного светила, но механические лунные календари позволяли определить его любому человеку, притом абсолютно точно.
До наступления условленного часа дракона оставалась ровно двадцать одна минута.
— Экспериментальные образцы бомбы «Камелия» на борту? — уже первые слова, едва пророненные лордом, давали понять, что тот настроен решительно.
Можно подумать, их могло не оказаться. Бенедикт аж запнулся, представив на мгновенье лицо правителя, ответь он нечто вроде: «Э-эмм… Бомбы? А мы забыли их в Ледуме». Красочная картина, которую лучше не видеть воочию. Никогда.
— Так точно, милорд, — отгоняя глупые мысли, вслух сказал адмирал. — Опытная партия насчитывает девятнадцать экземпляров. Профессор Мелтон дал подробные рекомендации по методике бомбометания и оптимальным метеорологическим условиям, которые вкупе позволят значительно увеличить эффективность новых боеприпасов. Все факторы на данный момент не выходят за пределы допустимых: давление, влажность и температура воздуха в норме, показатели ветра наилучшие.
— Тогда не будем медлить.
Упомянутые бомбы «Камелия» были недавним, совсем свежим изобретением профессора Мелтона. Гениальный ученый разработал какое-то усовершенствованное взрывчатое вещество, которое требовалось испытать, прежде чем запускать в массовое производство.
Лорду Эдварду всё не терпелось увидеть новинку в действии, и вот подходящий случай представился. Точнее, был тщательно организован, ведь победа любит подготовку.
Конечно, до часа дракона оставалось еще какое-то время, и большинство оборотней не успели покинуть город, хотя отток их с улиц уже начался. К тому же, едва завидев черные корабли Ледума, многие нелюди как будто почувствовали опасность и поспешили прекратить бой, чтобы убраться подобру-поздорову, не искушая напрасно судьбу.
Так разве обязательно теперь соблюдать эту утомительную точность? Всем ведь известно, лорд Эдвард не любит ждать.
В любом случае, разросшаяся популяция нелюдей нуждается в некой регуляции. Кроме того, для пущего правдоподобия серьезные потери должны быть среди всех участников противостояния.
Между тем, адмирал уже отдал все необходимые распоряжения, и спустя какую-то минуту изображение на наглядном столе изменилось. На северной границе Ламиума быстро распускался огромный цветок взрыва, накрывая часть города непроницаемым свинцово-серым облаком.
Раздался оглушительный грохот, и дирижабль слегка тряхнуло.
— Квадраты четыре и пять, — отрывисто приказал лорд Эдвард, упершись руками в стол. — Увеличьте масштаб в десять раз!
Маги немедленно исполнили волю правителя, но это не помогло разглядеть хоть что-то: в воздухе покрывалом висела плотная тяжелая пелена.
А рассветное небо было полно огня!
Когда пламя и дым наконец рассеялись, лорд Эдвард и остальные с удивлением обнаружили, что никаких видимых разрушений нет. Однако участок города, подвергшийся атаке, выглядел каким-то неживым, будто замер в неостановимом течении времени. Казалось, жители покинули его давным-давно, уйдя по каким-то срочным делам: на улицах не было заметно ни одного живого существа.
Безлюдно, тихо и чисто. Ни следа грязи и крови, ни единого трупа оборотня или человека — все они будто исчезли.
Правитель Ледума был впечатлен и даже слегка обескуражен. Что же это получается, новые бомбы Мелтона, разрываясь, давали мощный объемный взрыв и, судя по всему, продуцировали некие волны, которые испаряли живую материю. Приятным сюрпризом было то, что здания и сооружения при этом оставались в сохранности. Помимо высокой боевой эффективности таких боеприпасов, они были очень выгодны экономически, ведь после войны не придется тратить дополнительные средства на работы по реконструкции объектов, которые не пострадают.
— Невероятно! — лорд Эдвард не скрывал своего восхищения. — Это подлинное оружие будущего. Мелтон поднял науку на уровень магии!
Говоря это, правитель был не вполне честен и даже немного лукавил. На самом деле, человеческая магия всегда неотступно следовала за наукой, копируя её передовые достижения при помощи энергии минералов. Маги не создавали ничего принципиально нового — они лишь воссоздавали уже существующее, возможно, в более грандиозном масштабе или усовершенствованном варианте, но это были лишь копии.
Вот и теперь, когда профессор Мелтон изобрел новое оружие, избирательно поражавшее органику, лорд Эдвард получал возможность сделать то же самое, используя законы и принципы, обнаруженные гениальным ученым.
Однако в кажущемся простым вопросе имелись свои сложности. Моделирование реальности в условиях когнитивного мира требовало абсолютного понимания сути процесса. Только тогда этот процесс мог стать управляемым, мог быть воссоздан с высоким, математическим уровнем точности.
Правда, существовали и минералы, которые работали с более тонкими материями. Они давали некий вероятностный, непредсказуемый результат, произвольно комбинируя последовательности случайностей. К примеру, с их помощью увеличивались общие шансы победить в войне или прожить «долгую счастливую жизнь», — шансы, соотношение которых вообще невозможно просчитать, ибо речь идет о весьма условных, субъективных понятиях.
К сожалению, по какому-то не изученному до конца закону такие драгоценные минералы влияли абсолютно на все области жизни, включая и те, которые, на первый взгляд, никак не были связаны с чародейством. Это были опасные камни, и они корректировали судьбы людей одним им ведомым образом. Маги-приверженцы таких минералов были весьма немногочисленны, а консервативные заклинатели относились к ним настороженно, называя отступниками.
Однако, лорд Эдвард не сумел сразу ухватить суть процесса, происходящего в момент разрыва бомбы, а потому он дал знак продолжать. Бомбы разрывались одна за другой, испаряя всякую плоть в радиусе примерно двухсот метров от эпицентра взрыва. Солнце величаво восходило над горизонтом. Подобно призракам смерти, черные дирижабли Ледума медленно проплывали над городом, оставляя за собой стерильно чистое пространство — ни живых, ни мертвых не оставалось на нем.
Наконец, бомбы кончились. Механизм взрыва, всегда более или менее одинаковый, был для правителя предельно ясен: аэрозольные смеси различных газообразных и жидких веществ, а также порошковые взвеси воспламенялись с помощью детонаторов. В зоне детонации молниеносно развивалась высокая температура и возникала зона чудовищного давления, несовместимая с органической жизнью.
Но что происходило дальше? Почему поражающее воздействие ударной волны распространяется только на живую силу? И куда испаряется материя? Возможно ли, что процесс взрыва приводил к образованию локальных очагов вакуума — пространства, свободного от вещества, пространства без материи и энергии, не содержащего реальных частиц и полей?
Но это же невозможно. Невозможно вот так заменить энергию пустотой, а пустоту — энергией. Таков закон. Пространство вакуума всегда должно быть равно нулю, иначе сами принципы мироздания пошатнутся, и извечное равновесие сил будет нарушено.