Наталья Корнева – Драконья Игра (страница 10)
Многие официальные здания, вроде Магистериума или Рицианума, да и неофициальные, типа «Шелковой змеи», уходили глубоко под землю и были соединены ветвистой сетью городских катакомб. У некоторых таких заведений был собственный подземный колодец, во избежание, так сказать, ненужных перебоев водоснабжения.
Ох, надо было быть большим шутником, чтобы додуматься сбросить в драгоценные чистые воды труп! Хотя там уж, не поспорить, его никто и никогда не найдет.
Но, помилуйте, стоит ли нелегальный ювелир, которого и так никто не будет искать, таких чрезмерных, таких чудовищных предосторожностей? Зачем и от кого прятать труп безродного бродяги так тщательно?
Было здесь что-то неприкрыто странное, что-то донельзя подозрительное. Но Маршал даже не хотела знать разгадки очередной опасной шарады. Любопытство вообще крайне вредная для здоровья привычка, а потому убийца была очень избирательно любопытна. Кроме того, вкупе со всеми сопутствующими неприятностями и рисками, обладание многими тайнами было обычно совершенно бесполезно. С практической точки зрения.
Глава 5, в которой объясняется нелюбовь правителя Ледума к зеркалам
Последние дни выдались более чем насыщенными.
Лорду Ледума никак не удавалось выкроить достаточно времени, чтобы вырваться в тайную сторожевую башню; меж тем окончание истории с Серафимом серьезно интересовало его. Убрался-таки незваный гость восвояси? А может, упорствуя в исполнении воли дракона, глупо… или героически, что, в сущности, одно и то же… пал от руки стражей? Такой исход раздосадовал бы правителя, не оставляющего надежд однажды прибрать уникального полукровку к рукам.
Иное даже не приходило в голову. Спору нет, наемник силен, но великолепный потенциал его не был раскрыт полностью. Справиться сразу с двумя живыми мертвецами Альварха — пока недостижимая мечта для ювелира.
Однако, несмотря на занятость, дольше затягивать с визитом было нельзя: сегодня в девятую сторожевую башню мага вело не столько праздное любопытство, сколько назначенная загодя встреча с королевой лис. Регулярно встречаясь с Саранде, лорд Эдвард получал интересующие его сведения о происходящих за городскими стенами событиях и, при необходимости, отдавал распоряжения. В мире оборотней Саранде была глазами и ушами, а также неофициальным вестником воли Ледума. На сей раз правитель ожидал подробнейшего отчета о взятии Ламиума, настроениях, витавших в обществе нелюдей и, в особенности, о действиях молодого Арх Юста на месте вожака верховного клана волков.
Всё это было крайне важно, но… мысли лорда-защитника всё крутились вокруг ювелира, вновь и вновь возвращаясь к их памятному разговору.
Увы, заклинателю был слишком хорошо знаком дракон, неизвестно за каким чертом отправивший к нему Серафима. Хитроумный дракон с разными глазами, в одном из которых чернело сразу четыре зрачка, что было чересчур даже для вечноживущих ящеров. Поговаривали, будто тот его «порченый» глаз видит не только прошедшее, настоящее и будущее, но и некие сокровенные измерения, недостижимые для осознания живущих, а потому почти всегда находящиеся в свернутом состоянии. Альтернативные реальности, альтернативные варианты развития событий.
— …Осанна лорду Ледума! Будь благословен правитель.
Маг круто развернулся на ступенях и в свою очередь чуть наклонил голову, небрежно отвечая этому гортанному голосу. По правде говоря, лорд Эдвард не был склонен к религиозности, и традиционное приветствие правителей Бреонии, представляющее собой подобострастное молитвенное восхваление, всегда изрядно забавляло его. По собственному убеждению заклинателя, он мог бы давно удостоиться анафемы, но уж никак не осанны.
— Я гляжу, Лиарху всё не дает покоя моя скромная обитель? — насмешливо протянул маг. Пальцы его шевельнулись, и этим ленивым, едва заметным движением черные алмазы-карбонадо, только что открывшие пространственный коридор из дворца, были приведены в боевую готовность. Конечно, скорее всего до необходимости применения силы не дойдет, однако правитель не привык полагаться на «скорее всего». — Он посылает сюда уже второго парламентера за последние несколько дней. Чем обязан вниманием?
От почти отцветшего сливового дерева неслышно отделилась смутная тень.
Скользя по белому ковру из лепестков, она приблизилась, по пути незаметно обрастая формой, облекаясь в живую плоть. И вот уже каждый разглядел бы высокую фигуру пришельца — угловатую, до невозможности худую. С головы до ног тот был облачен в черное, создавая впечатление довольно-таки мрачное. Пронзительные глаза и волосы цвета воронова крыла удачно довершали картинку, делая мужчину неуловимо похожим на городского палача, утомленного вдобавок избытком работы.
Дивная, сразу располагающая к себе внешность.
— Августейший правитель Ледума — тот, кто приковывает внимание всегда, — не стал спорить явившийся, церемонно поклонившись. — Кроме того, набросив на башню магическую вуаль, ты укутал ее прозрачными излучениями минералов и скрыл у всех на виду. Магия действительно отваживает лишние взгляды. Но в то же время, что совсем неудивительно, привлекает пытливые взгляды тех немногих, кто действительно может видеть. Однако, ты ошибаешься: я не парламентер, ведь война не объявлена и не начата… по крайней мере пока. Меня направил не Лиарх — я пришел по своей воле. Клянусь, великий не знает об этом спонтанном визите.
— Ты заинтриговал меня, Рэйв, — правитель закатил глаза. За долгие годы он так и не сумел привыкнуть к этой изнурительно дотошной манере ведения бесед. — И в чем же дело?
Рэйв принадлежал к малочисленному, овеянному страшноватыми легендами племени воронов. Вороны отличались от других старших рас тем, что не имели общего устроенного социума, по каким-то причинам предпочитая жить поодиночке. В племени полностью отсутствовали статусы и какая бы то ни было иерархия. Во все времена этих оборотней было очень сложно встретить, а в настоящее время они и вовсе практически перестали попадаться на глаза и тем более вступать в контакт. Лорд Эдвард начал даже всерьез сомневаться, остались ли еще загадочные отшельники в Лесах Виросы? Однако племя, если и вымирало, то очень неспешно: вороны жили долго, очень, очень долго — смерть не торопилась забирать их.
Кроме того, среди всех оборотней вороны считались наиболее опасными. Но их было слишком мало, чтобы представлять реальную силу, да и они всегда были равнодушны к играм за власть.
— А дело вот в чем: оба старших дракона находятся в твоем городе.
Да уж, завернул он пассаж! Выйдет забавно, если правитель в ответ всплеснет руками от изумления и горячо поблагодарит за новости. Не такой же реакции ожидает Рэйв, хотелось бы надеяться.
— Мне это известно.
— Не сомневаюсь в твоей осведомленности, Алмазный лорд, — хмуро отозвался пришелец, не отрывая от заклинателя странного неподвижного взгляда. — Не беспокоит ли тебя такой расклад?
Лорд Эдвард презрительно фыркнул. Что, конкурс на самый нелепый вопрос продолжается? Естественно беспокоит, черт его возьми, еще как беспокоит. Но чего добивается настырный ворон? К сожалению, даже сиятельный лорд Ледума не имеет реального влияния на драконов. Если бы был хоть малейший шанс, хоть единый рычаг, чтобы воздействовать на кого-то из этих двоих, он бы воспользовался им немедленно, но увы. Приходится мириться с существующим положением дел, вот и всё.
— Я питаю надежду, — подчеркнуто сухо отозвался правитель, надеясь уже перевести пространный разговор в какое-то практическое русло, — что визит этот будет кратким, как выстрел. И Ледум останется цел и невредим после посещения братьев.
Рэйв в ответ отрицательно покачал головой, так же демонстративно выражая несогласие. От довольно-таки резкого движения черные волосы оборотня даже не шевельнулись, будто в изобилии напомаженные, уложенные волосок к волоску. Сумрачный синеватый отлив и особенный блеск их выдавали излишне внимательному глазу старшую кровь.
— А вот я не уверен в этом, — внешне спокойно произнес пришелец, но в голосе послышались как будто недовольные интонации. — Отнюдь. Выстрел имеет обыкновение уносить чью-то жизнь.