Наталья Коноплёва – Исправленному-верить (страница 2)
– Хорошо, Соколов, садись пять! А сейчас к доске пойдет… Пойдет к доске… – Анастасия Викторовна в задумчивости водила пальцем по графам в классном журнале, – Петрова!
Упс… Что я помню из Есенина?
– Чем порадуешь нас, Танечка?
В голове каша и вдруг вспомнила:
Не вольно глянула на Лешку, его губы растянула усмешка. А я продолжала:
Закончив декламировать, я опять глянула на Лешку, а он же очень громко заметил:
– Это, ты про себя стих нашла? Прямо в точку попала!
– Садись, Петрова, пять! Соколов, не превращай урок в балаган!
За 40 минут урока Анастасия Викторовна, успела многих опросить, кто-то решил схитрить и прочитал стихотворения, которые мы учили в начальной школе, ну, а почему бы и нет? Есенин же?
А вот следующий урок был физика, вот засада! Я не нашла ничего умней как подойти к учителю до урока и попросить отсрочки до следующего занятия. К моему удивлению, Сергей Федорович пошел мне на встречу, и спрашивать меня не стал, а провел новую тему, а в конце урока заметил:
– Дома выучить параграф номер 7, и Петрова, на следующем уроке, ты рассказываешь нам два параграфа 6 и 7. У меня все. Урок окончен.
Остальные уроки прошли более-менее успешно, никто ничего не заметил. После уроков мы с Наткой, по традиции, зашли в сквер поесть мороженого и посплетничать. Так было хорошо на душе. Да и погодка стояла хоть и осенняя, но теплая. И даже не верилось, что сегодня утром мне было 36 и мерзкий мелкий дождь стучал в мое окно, и день не предвещал ничего хорошего. А тут весело сквозь желтую листву проглядывали лучи солнца. Клены склонились над нами, как будто хотели подслушать наш секретный разговор, чтобы потом поведать о нем, запутавшемуся в их кроне ветру. Мимо нас прошли, гуляя по аллеям, две женщины с колясками, а на против, на скамейке, расположились интеллигентного вида пенсионеры, играя в шахматы.
– Слушай, Натка, мне кажется нравится Лешка Соколов, – вдруг ни с того не с сего сказала я и сама удивилась.
– Ха, тоже мне новость! Я это давно знаю! – выпалила Натка.
– Как ты давно это можешь знать, если я только что сама узнала? – как-то не логично спросила я.
– Может быть ты только что сама и узнала, а вот я знаю об этом тыщу лет!
– Какая ты всезнайка! – засмеялась я и обняла от переполнивших меня чувств Наташку – Как же здорово, что ты у меня есть, подруга!
– А то!
Натка увлеченно слизывала подтаявшее мороженое, а я вдруг заметила, за кованным заборчиком, ограждающим сквер двух качков, которые о чем-то переговариваясь, то и дело поглядывали в нашу сторону.
– Смотри, Натусь, там за забором, видишь, двоих? – спросила я.
– Ну, вижу.
– Ты случайно их не знаешь? – опять спросила я.
– Знаю, это Кастет и Витька Змей.
– Ты что, с ними знакома?
– Не то, чтобы знакома, ну, помнишь я тебе рассказывала про Русика, я с ним на рынке познакомилась, – ничего подобного я не помнила – Так, вот эти парни – его кореша.
– Что-то они мне не нравятся – сказала я и поежилась.
– Нормальные пацаны, – пожала плечами Натка, – Зато они всегда при деньгах и вон у того, что повыше, у Змея, знаешь, какая тачка офигительная. Японская! Как называется я правда не знаю, а так классная тачка, – Натка явно была под впечатлением – Слушай, а хочешь я тебя с ними познакомлю, они и на тачке покатают…
– Ты, что совсем с головой не дружишь, эти хорошие ребята тебя куда-нибудь завезут потом всей ментовкой искать тебя будем!
– Ты как моя мама ей богу! Туда не ходи, сюда не ходи, я тебя прям не узнаю! Вот скажи мне, когда тебе было не все равно, что у тебя по физике двойки? Да всегда! А тут прям, «Хочу двойки исправить!», и что исправила? И еще, я не поняла, когда это ты успела стих выучить? Да еще такой длинный? Мы ж с тобой вчера расстались в 11 вечера? Что в отличницы собралась?
– Да ладно тебе, Натка, меня вчера мамуля дома так отчихвостила, что я обещала ей двойки закрыть, – беззастенчиво врала я, – А стих я давно знала.
– Ага, вчера ты из Есенина только «Березу» знала, а сегодня вдруг целую поэму прочитала?!
– Да с чего ты взяла, что я только «Березу» знала?
– Как с чего? Ты сама вчера мне сказала, что кроме «Березы», которую в 1-м классе выучила, ничего не знаешь. А я-то, думала ты мне никогда не врешь!
– Прости, я действительно, знала это стихотворение раньше, вернее какая-то группа спела его, а мне понравилось, и я запомнила.
– Ладно, проехали! Ну что, по домам тогда?
– Да, давай по домам, – сказала я, вставая со скамейки.
Во время нашей перепалки я упустила тот момент, когда Кастет и Змей скрылись из вида. На душе заскребли кошки, Наташка моя лучшая подруга, обвинила меня в неискренности, так оно и было, Есениным я увлеклась, учась в институте. Мы потерялись с ней после школы, она перестала со мной общаться, стала избегать встреч. Я, правда, со второй попытки, но все же поступила в Пед. институт на художественно-графическое отделение, а вот она закончила ПТУ, и какое-то время работала продавцом в овощном магазине. Потом, я слышала, она выскочила замуж за какого-то алкаша, который ее время от времени гонял. А может я смогу изменить и ее будущее тоже, если буду к ней немного внимательней? Надо об этом подумать.
Я шагала по улице, как вдруг, на большой скорости меня обогнала японская машина «Марк II», а на заднем сидении сидела дуреха Натка. Ну, вот не дура ли?
– Странно, Березина твоя уехала, а ты почему еще здесь, или кавалеров не поделили? – услышала я за своей спиной издевательский голос.
Я оглянулась ко мне приближался Лешка.
– Ты, что за мной следишь? – спросила я.
– Вот еще, была нужда!
– Тогда иди куда шел.
– Вообще-то нам в одну сторону.
– Слушай, Лешка, что ты меня постоянно подкалываешь, а?
Он хмыкнул, но ничего не сказал. Так и шли какое-то время молча. Первой не выдержала я:
– Леш, ты же у нас отличник, помоги физику подтянуть, а?
– Что, решила за ум взяться?
– Ты поможешь или нет?
Он вздохнул. Потом промолвил:
– Помогу.
Дальше опять шли молча, я вспоминала, как прошел этот день 20 лет назад. По стихотворению я тогда схватила пару, наверняка и по физике отхватила то же самое, сейчас и не вспомнить, но я совершенно не помню Кастета и Змея. Так не заметно подошли к нашему дому, затем договорившись встретиться через полтора часа у Лешки, разошлись.
Когда же я открыла дверь и переступила через порог, то оказалась в атмосфере своего детства. В прихожей меня встретил старый трельяж, на котором стояли любимые мамины духи, несколько тюбиков помады, поздравительная открытка с Днем рождения, и моя, когда-то оставленная заколка для волос. На полу ковровая дорожка, которая привела меня в гостиную. Открыв дверь со стеклянной вставкой, я замерла. Вот она – югославская стенка, которую я продала на Авито. Она опять гордо стоит по среди зала с хрустальной посудой и германским сервизом, который я также распродала на том же сайте. Полки с многотомными изданиями -книги, книги, книги, а их я либо выкинула, либо сдала в частные библиотеки за умеренную плату.
На почетном месте проигрыватель, рядом с ним виниловые пластинки с известными шлягерами тех лет. Все на своих местах.
Как же хорошо снова оказаться дома! Не в том, где сделан евроремонт, соединена гостиная с кухней, подвесные потолки, французское окно и неаполитанская штукатурка. Именно дома с отдельной кухней, занавесками в горошек, торшером с бахромой в углу рядом с потертым креслом и ковром во всю стену. И Запах! Мамин запах, ее духов, книг, журнала «Работница» на журнальном столике, полированной мебели и мастики от натертого паркета. Как же я жила все эти годы без всего этого. Я присела в старое кресло и заплакала.
Как-то незаметно пролетел час, я все никак не могла прийти в себя, ходила по квартире трогала вещи, перебирала мамины украшения, листала журналы. Моя милая мамочка, как же мне тебя не хватало, твоей заботы, что так раздражала меня, твоей улыбки, твоих советов, от которых я отмахивалась, и только потом поняла, как же ты была права, во всем права! Моя мама была мудрой и самодостаточной женщиной работала она закройщиком в Доме Быта, поэтому всегда хорошо выглядела, и одевалась со вкусом к хорошему вкусу приучила и меня. Благодаря ее стараниям и упорству я поступила в институт, и получила профессию, хоть работать в школе учителем рисования и черчения мне так и не давилось. Тем не менее высшее образование и полученные навыки мне пригодились в жизни. Спасибо тебе, мамочка, за твое терпение и настойчивость. Даже когда, однажды вечером, мой отец объявил, что уходит от нас и оставляет нам квартиру, мама не расплакалась, не стала заламывать рук, также не слова упрека не проронила, просто посмотрела, как-то так, что отец весь сжался, как от пощечины, быстро собрал свои вещи и ушел. Конечно, его уход мама тяжело переживала, как-то быстро начала сдавать, наверное, поэтому так рано и ушла из жизни. Она никогда не умела заботиться о себе, всю себя отдавая нам: мне и отцу. А потом только мне. Я была трудным подростком, училась слабо, уроки не учила, пропадала где-то до позднего вечера, в голове гулял ветер. Рано начала встречаться с мальчиками, сделала свою первую затяжку, попробовала дешевого вина. Мне так хотелось казаться старше, уверенней, а на самом деле, как я сейчас думаю, все это выглядело со стороны, как детский бунт! Спасибо, мамочка, что вырвала меня из всего этого!