Наталья Колесова – Понедельник – день тяжелый (страница 2)
На нерегулируемом переходе я привычно поиграла с автомобилистами в их любимую игру «Врешь, пешеход, не уйдешь!», снова выиграла и ворвалась в крутящиеся двери офисного центра.
— …Оп-па! — только и сказал Артем.
Хотя мог выдать куда более выразительное слово. Или очень много слов. Мы вдвоем уставились на расплывающееся по его кремовой рубашке кофейное пятно: предвкушая приятное удивление коллег бодрящим утренним сюрпризом, я на первой скорости ворвалась в его кабинет, не вписалась в поворот, неизбежно столкнулась с хозяином, и вот…
Результат.
Глава 3
— Ой, — запоздало выдала я.
— Не то слово, — согласился со мной Артем, оттянув ткань на груди. Своей, разумеется. — Ну ты, Самохина, даешь! Хорошо еще, не кипяток.
Не кипяток, но все-таки кофе был довольно горячим, поняла я, когда Черкасов, полурасстегнув рубашку, стянул через голову ее, а потом и промокшую белую майку: на коже остался красный след. Артем отодвинул нижний ящик стола, вытащил рубашку в упаковке — так предусмотрительные девушки хранят на всякий случай новые колготки. Затрещал целлофан. Моргая, я смотрела, как Артем застегивает белые пуговички. Глянул на меня мельком:
— Самохина, за стриптиз вообще-то платить полагается! И за нанесение телесных повреждений — тоже.
Спохватившись, я отвела глаза. Схватила его сброшенную одежду, мокрым комом прижала к груди. Пообещала истово:
— Я всё выстираю!
— И выстираешь и выгладишь! — буркнул Артем. Затянул галстук, взмахнул крыльями натягиваемого пиджака, сунул под мышку кожаную папочку и унесся. Ой, блин, запоздало вспомнила я, сегодня же встреча с заказчиком! А я мало того что одежду ему попортила и задержала, так еще и кофе не дала выпить, попытавшись ускоренно отправить сквозь кожу напрямую в желудок. А всем известно, что не выпивший кофе Черкасов — не человек, а демон. Даже Дэмон. Странно еще, что он меня по стеночке не размазал, наверное, просто времени не хватило, до встречи осталось всего ничего. Хотя мог бы одной левой, вон как заматерел: сплошные мышцы. А раньше таким худосочным был, просто скелетина…
Я потрогала острые уголки обшлагов артемовской рубашки, пощупала ткань, даже щекой потерлась: какая приятная! Надо узнать, где он их покупает, может, Стасу такую же подарить. Наверняка дорогущая! Черкасов последний год щеголяет только в подобных шмотках. Не только потому, что зарплата позволяет, но и для поддержания имиджа «Ориона» — шеф берет его с собой на встречи со всеми важными клиентами. Рубашка пахла знакомым одеколоном и свежестью: только первый раз надел?
И тут такая я! С кофе.
Первым делом я попыталась отстирать пятно жидким мылом под краном в туалете. Плохая идея! Пятно слегка побледнело, зато расползлось медузой по всей груди, придав нежно-кремовому цвету оттенок «детской неожиданности».
Надо поискать хорошую химчистку поближе к работе. Или уже поздно и теперь только дедовскими средствами? Надо у мамы спросить.
Маму нисколько не удивило, что ее дочь в очередной раз села в лужу. Иногда кажется, что только этого она от меня и ожидает — и может, именно поэтому я только так и поступаю. До мельчайших подробностей допросила, что и как я сделала, и каков размер катастрофы. Ей бы в следователи, а не в учителя. Хотя в принципе, эти профессии где-то и как-то рядом… Перечислила рецепты, которые я подробно, хоть и с недоверием, записала. При чем тут глицерин? А «Белизна» сожрет не только пятно, но и саму рубашку. Я представила Черкасова с прорехой на груди: буквально мишень для следующего утреннего кофе!
Надо было по-быстрому поблагодарить и отключиться, но я сообразила это, только когда услышала мамино привычное деловитое «так».
— Так, надо сегодня съездить к бабе Маше. У нее все лекарства закончились.
Я зажмурилась.
— Мам, ну пусть она, в конце концов, сыночку своему позвонит!
— Она позвонила
Я вздохнула:
— Мам, у меня сегодня кое-что запланировано, а…
— Что там у тебя такого может быть запланировано! — отмахнулась родительница. — Старый человек остался без жизненно необходимых лекарств, а у тебя и сердце не болит? Список у тебя есть, купи то же, что обычно!
Можно было, конечно, сказать, что у меня свидание, но не хотелось выслушивать очередную лекцию о бесперспективности наших отношений: надо или уже женить на себе Стаса или решительно рвать всё и вся! Можно подумать, я могу сделать то или другое!
— Значит, договорились, — подытожила родительница и отключилась. Вот у кого следует учиться умению вовремя прерывать разговор! Высказалась по существу, свои требования выдвинула — а там хоть трава не расти.
Я зажмурилась и постучала головой о стол. Бабушка Маша была вовсе не моей родной бабушкой, а бывшей нашей соседкой по подъезду. Мама любит поддерживать такие, как она говорит, «социальные связи». Только почему-то больше через дочь. А ведь у баб Маши полный родственный комплект: сын-бизнесмен, невестка и внук-старшеклассник. До сих пор не могу сообразить, как и когда покупать ей лекарства стало моей обязанностью. Кстати, мама живет всего в паре кварталов от нее, в отличие от меня, ездящей из другого района. И как я теперь должна успеть и бабушку выгулять и Пакета полечить? То есть наоборот. Хорошо хоть вкусненькое приготовила еще вчера, Стаса с работы покормлю. А вот планы привести себя в порядок, похоже, накрылись медным тазом.
Вдобавок в обед я лишилась последних денег.
Глава 4
Ну как лишилась — пожертвовала в пользу нуждающихся.
Я как раз зависла на раздаче, соображая, что бы такого взять повкуснее и подешевле, как меня аккуратно постучали пальцем по плечу. Бородатый и волосатый Алекс (Александр? Алексей?) из соседней компьютерной фирмы искательно заглядывал мне в лицо.
— Добрый день, Леночка!
Я вздохнула.
— Меня зовут Евгения, пора бы уже запомнить.
— Ой, прости пожалуйста! Елена, Евгения — так похоже, да? (Ага, прямо одно и то же, по мне так нисколько!) Женечка, выручи, будь ласка, а? Жрать так хочется, а у меня ни копья!
— Да у меня самой всего-ничего… — я продемонстрировала ему внутренности кошелька. Проще было сунуть эти жалкие купюры в карман, а не таскать в сумке, раздутый от мелочи. А карты я стараюсь лишний раз не носить, ибо с моей рассеянностью чревато. Алекс жадно изучил содержимое.
— Да мне много не надо! Пару-тройку рубликов, а? Я сразу отдам. Завтра.
Я поглядела в кошелек, потом в его жалобные светлые глаза. Заколебалась.
— Но только до завтра! У меня самой кот наплакал…
— Да-да, спасибо, прямо с утреца и отдам! Возьму пять, да? — Победно потрясая вырванными с кровью дензнаками Алекс кинулся из столовой. — Ну или через пару недель отдам, да?
— Еще чего! — Но айтишник уже скрылся за дверью. Я ругнулась. Значит, придется обходиться одной тарелкой супа. Ну и ладно, а то еще вечером живот будет выпирать. И вообще, запасы в холодильнике и кухонных шкафах надо просмотреть. Если не роскошествовать (читай: пробавляться овощными супчиками-кашками) можно точно протянуть неделю до следующей зарплаты.
Рабочий день прошел как обычно. Отксерить тонну документов. Свести таблицы расходов материалов и цен на них же. Сбегать в наш же отдел на третьем этаже за договорами и сметами. Электронный документооборот? Нет, никогда не слышали!
— Женя! Нам бумагу привезли, — сообщила Юля, положив трубку. — С вахты звонили.
— А почему сюда не подняли? — подал голос невидимый в своей кабинке Алексеич.
— Сказали, это в их обязанности не входит. Так что давай быстрей, пока соседи не растащили!
Я медленно встала. Огляделась. Юлька опять вдохновенно ваяла… то есть делала эскизы. Макс говорил по телефону. Алексеич затихарился. Одна Кристина встретила мой взгляд, но лишь вскинула недоумевающе прекрасные брови: чего, мол? Я пожала плечами: ничего. В обязанности поставщиков не входит, а в мои, значит, запросто. Ладно, все так заняты, а я как раз закончила, на лифте быстренько перетаскаю.
Но быстренько не получилось: мужское имя отчего-то нисколько не добавляло мне мужской же силы и мышц, я могла утащить только одну коробку за раз. А их целых восемь!
Возвратившийся Черкасов наткнулся на меня уже на нашем этаже, когда я, удерживая на пузе предпоследнюю коробку, последнюю, восьмую, попросту пинала по направлению к офису.
— Ты что это делаешь?
Я глянула с неприязнью: трудно догадаться, да? От Черкасова пахло дождем, парфюмом и немного — алкоголем. О, тяжелые трудовые будни! Пропыхтела очевидное:
— Заказанную бумагу доставляю…
Он глянул поверх моей головы:
— А где все?
— Там, — мотнула я подбородком.
Артем неожиданно выхватил у меня коробку: я на автомате пыталась не отдать, да я уже буквально срослась с ней! «Половую» бумагу Черкасов отфутболил таким пинком, что та проехала оставшиеся метры и влетела в раздвинувшиеся двери — просто экспресс-доставка! Кинул коробку на стол так, что подпрыгнули все стоявшие на нем принтеры-плоттеры-сканеры.
— А что, помочь слабо́ было?!
—