Наталья Колесова – Офисный роман, или Миссия невыполнима (страница 1)
Офисный роман, или Миссия невыполнима
Глава 1
«Я ненавижу Ким Ючона».
- Минхва.
«Я – ненавижу – Ючона».
- Минхва-а!..
«Я его ненавижу!»
- Ким Минхва, я к тебе обращаюсь!
Только когда по столу передо мной требовательно и громко стучат ручкой, я спохватываюсь и отрываю взгляд от фраз, которые все это время, оказывается, автоматически и бесконечно, словно заклинания или молитвы, строчила в своем рабочем блокноте. Ой-ой, не надо было их тут же зачеркивать: пусть бы начальница думала, что я тщательно записываю ее ценные указания!
Госпожа Ли, руководитель нашего отдела, неодобрительно поджимает губы. Зря, они и так еле видны. Посоветовать их хоть немножко подколоть? Понятно, что мне
- О чем ты вообще думаешь?! Что за отсутствующий вид? Такое впечатление, что ты проспала всё, о чем я сейчас говорила!
Как будто за шесть месяцев моей стажировки еще всё не выучено наизусть: долг, дисциплина, честь работать в такой компании, а ты!..
- Прошу прощения, руководитель Ли! – привычно извиняюсь я, бросив уничижительный взгляд на громко фыркнувшего третьего присутствующего в кабинете.
Того самого ненавистного Ким Ючона.
Развалился в кресле, будто сейчас не на разносе у начальства, а с приятелями в баре! Еще и в окошко скучающе глазеет, словно все говорящееся к нему не относится, хотя как раз его и касается напрямую! Вот кто на самом деле дрыхнет на работе с открытыми глазами, причем целый день!
Хотя иногда лучше бы спал, в самом-то деле!..
- В общем, я очень разочарована в тебе, Ким Минхва! С элементарным заданием не справляешься! Чему ты вообще можешь научить своего хубэ́[1]? Если так пойдет и дальше… - Начальница многозначительно качает головой. Заканчивать фразу не нужно – все знают, что под этим подразумевается: вас-то, стажеров, всегда в избытке, а вот постоянных работников…
Я вновь усердно прошу прощения – за себя и негодяя, за которым не уследила, и по короткому раздраженному кивку хозяйки покидаю негостеприимный кабинет. По дороге приходится еще и пнуть ножку стула недвижимого подопечного: просыпайся, ты, чтоб на тебя пятьсот лет невезения свалилось!.. Аккуратно, с низким поклоном, который отвернувшаяся к монитору начальница игнорирует, прикрываю дверь.
Свирепо гляжу на Ючона. Вскинув плечи, парень разводит руками и таращит и без того большие (операцию на веках, что ли, когда-то сделал?) глаза. Вопрошает недоуменно:
- Что?
Вот так бы и дала в лоб! Или пнула по голени, как тот ни в чем неповинный стул! Но вдруг на его вопли выскочит разъяренная начальница? Кажется, она втайне ему благоволит, наверное, как все пожилые женщины - непутевым мальчишкам со смазливой физиономией. Поэтому лишь злобно пошипев (Ючон отшатывается в притворном испуге), я разворачиваюсь и шагаю прочь.
Недалеко ушла – догнавший парень хватается двумя пальцами за рукав моей блузки. Я тут же не глядя стряхиваю его руку. Взывает умоляюще:
- Нуна-а!..
- Какая я тебе нуна[2]! – привычно огрызаюсь я. – Обращайся ко мне сонбэ́[3] или Ким Минхва-ши[4], сколько раз тебе говорить, мы же на работе!
- А после работы можно?
Упаси меня Будда тебя еще и после работы видеть!
- Я кушать хочу! – ноет парень.
- А ты сегодня хоть одну вону[5] заработал?
- Обед пропустили…
- И кто же в этом виноват?
- Ну нун… ну сонбэ-э!
Гляжу на часы. Перекусить и правда не мешает, пусть даже обеденное время прошло - прокричавшаяся начальница пока не будет слишком бдительно следить за трудовой дисциплиной.
- Ладно, идем!
Обрадованный Ючон живо меня обгоняет: длинноногий и стремительный… осёл.
Пока я через просторный холл дохожу до офисного кафе на первом этаже здания, мое подшефное непарнокопытное уже успевает заказать весь ассортимент сэндвичей и кофе со льдом, что в такую жару самое то. Я усаживаюсь за самый дальний столик у окна под прикрытием увитых зеленью шпалер: незачем лишний раз светиться. Хотя некоторые столы тоже заняты, но там, в отличие от нас, сидят с планшетами и ноутами, делая вид, что работают. А может, и в самом деле работают: вон, обсуждают какую-то кривую продаж…
Ючон притаскивает наш обед и с прямо-таки сладострастным стоном обрушивается напротив.
- Наконец-то я пое-ем! Вот почему от нравоучений этой ведьмы у меня всегда появляется зверский аппетит, а?
- Ким Ючон, веди себя прилично! – одергиваю я, беспокойно оглядываясь: не слышит ли кто, не передаст его слова той самой «ведьме»? Сама себе я позволяю обзывать начальницу и похлеще, но только мысленно или с подругами под рюмочку соджу[6].
- А что такого? – удивляется парень, отхватив белыми зубами добрую половину сэндвича, отчего у него получается «фто такофа».
- Ты заплатил? – спрашиваю я, заметив, что девушка за стойкой, вытянув шею, неотрывно следит за Ючоном. Или она не может оторвать глаз от его прекрасного личика?
- О, забыл! – Подскочивший парень начинает озабоченно охлопывать свои карманы. - Где же… Оставил в кабинете? А, вот! – Выдергивает из кармана брюк черную карточку, с мгновение глядит на нее и засовывает обратно. Поглубже. – Нет, эта не годится...
- Почему «не годится»? Опять деньги закончились?
Ючон хмыкает.
- Ага, кончились... Все.
Я поднимаюсь с тяжелым вздохом.
- Который раз за тебя плачу! Выпусти ты уже новую кредитку, в конце-то концов!
Я не против (как сонбэ) иногда
Выуживая из стакана последние льдинки, чтобы охладить до боли набитый желудок, внезапно слышу звук множества отодвигаемых стульев: все посетители кафе поднимаются и дружно кланяются. Оглянувшись, тоже собираюсь вскочить, но Ючон неожиданно хватает меня за локоть, не только не давая этого сделать, но и наоборот заставляя пригнуться под прикрытие загородки. Словно два северокорейских шпиона мы наблюдаем из-за зеленых шпалер за подходящим к стойке высоким, хорошо одетым молодым мужчиной, сопровождаемым почтительным хвостом из разнообразных начальников разнообразных служб.
- И кто это еще за?.. – шепотом интересуется хубэ.
- Первый принц, - бормочу я, жадно разглядывая Ким Ханыля: когда еще приведется пересечься с небожителем, то есть обитателем верхних этажей офиса! Правда, менеджер Шин Сора́ рассказывает, что однажды ехала с ним в лифте. Захлебываясь и закатывая глаза, вещает, какой сногсшибательный парфюм он носит, и какую возбуждающую ауру она ощутила рядом с ним в таком тесном пространстве, ну вы меня понимаете, девочки! Мы, девочки, конечно, понимаем и завидуем, но не очень верим – вряд ли какую-то простую кадровичку пустят в лифт, предназначенный для руководящего состава! Зато и мне теперь есть что рассказать, оброню этак небрежно: а сегодня мы с Ким Ханылем в одном кафе обедали, да-да, буквально за соседним столиком!
- Какой еще принц? – выдыхает Ючон мне в ухо: пригнувшийся парень тоже разглядывает пришедшего во все глаза.
- Первый. Ким Ханыль.
- А? Кто?
Я осуждающе цокаю языком: мог бы и выучить главных лиц корпорации «Ильгруп»! Который раз убеждаюсь, что Ким Ючона пропихнули на работу по знакомству. Мне, несчастной, на го́ре. Отмахиваюсь от дальнейших вопросов, стараясь разглядеть и запомнить такое редкое явление во всех мельчайших подробностях. Длинная шея, широкие плечи, модная, но не экстравагантная стрижка, красивые кисти рук, выглядывающие из рукавов отличного костюма – может, даже не в Мёндоне[7] купленного, а где-нибудь в Париже… Или у чеболей[8] персональные модельеры-портные имеются? А уж когда «принц» улыбается работнице кафетерия, забирая свой кофе (а мог бы отправить за ним маячащего за спиной помощника, значит, не такой уж Ханыль высокомерный!) я на па́ру с девушкой растекаюсь умильной лужицей. Ах, какие у него белые ровные зубы, веселые глаза и – ямочки на щеках! Ну просто Принц Очарование!
Прихожу в себя от толчка в бок и всего в паре сантиметров от своего лица обнаруживаю глаза наблюдающего за мной Ючона.
- Отомрите, сонбэ! – командует он вполголоса.
Я отшатываюсь и шлепаюсь на сиденье: вот сколько раз говорила, чтобы не подходил так близко, что за неприличная европейская привычка! Или американская, где он там университет заканчивал… Выпрямившийся Ючон, сунув руки в карманы брюк, провожает скептическим взглядом удаляющийся «журавлиный клин» темных костюмов.
- Первый принц, говорите… А имеются еще и другие?
- Есть, - бурчу я, поднимаясь. – Но один вроде беспутный или больной, а другой вообще уже женатый…
Слишком поздно осознаю свою оговорку - облокотившийся о шпалеру Ючон с глумливой улыбкой выразительно повторяет:
- «Уже женатый»! Какая жалость, ведь наша Ким Минхва только-только запланировала свадьбу! Но ничего, пусть не расстраивается, у нее еще и другой шанс имеется – Принц Номер Один!
Чувствуя, как мое лицо вспыхивает, отрезаю: