Наталья Кириллова – Темная тайна инкуба (страница 11)
Очень нехорошее.
И хотелось проверить его поскорее.
— Эйден.
Какой сюрприз.
— Разве он не представился? — простодушно уточнила Радана.
— Нет.
— Странно. Он всегда вежлив и предупредителен…
— Неужели? — не удержалась я от сарказма.
— Устал, должно быть. Ему сейчас тяжело приходится — и наставником Олли быть, и одному всеми делами заниматься, — леди вздохнула и погрустнела. — Порою в его глазах столько печали…
Позади громко засопел Колин.
— Ох, Инка-Инка! Ты ж не абы кому, а самому Стражу ногу отдавить пыталась, — ехидно поддел Вит, расположившийся вольготно на руках Раданы. — И вовсе за девушку его приняла.
И пару раз с утра пораньше взглядом раздела. Или не пару раз… и о пошлом думала… разнообразно думала.
— Переживёт, — проворчала я. И вообще, просто смотреть не запрещено! Даже на Тёмной стороне. — Колин, — обернулась я к следовавшему за нами парню. — Теперь твоя очередь. Выкладывай всё про ту тёмную.
Ну а что? На Тёмную сторону я его провела, в цитадель мы попали, Радушку свою Колин увидел и даже побыть с ней немного может. Всё чин по чину.
Молодой человек перестал изображать обиженного ревнивца и выложил.
Получив расчёт, первым делом Колин отправился на поиски ведьмы. Обращаться к магам он опасался — и из-за возможной реакции Ризантов, если до них дело дойдёт, и полагал небезосновательно, что его историю о похищении Стражем богатой наследницы, подкреплённую сказками и сплетнями прислуги, маги всерьёз не воспримут. Да и по сей день многим людям проще к ведьме пойти, нежели писать заявление в соответствующий маготдел.
А кто ищет, тот, как известно, всегда найдёт.
Ведьма нашлась на диво быстро. Обреталась она в городке Форно, что близ родового поместья Ризантов, представилась говорящим и оттого вряд ли настоящим именем Моргана и в процессе обработки доверчивого клиента вытянула из него практически все деньги. Взамен Колин получил цепочку и подробную инструкцию, куда идти, кого он там найдёт и что да как делать надобно для героического спасения возлюбленной. Причём послала Моргана парня не просто к любой ведьме, какая первой на пути встретится, а конкретно ко мне. Ко всему прочему неведомая тёмная знала, что у Вита отдельный сарайчик и ночевать он предпочитает в форме коня — так, дескать, солиднее, — что лично меня насторожило. Информация не секретная и выяснить её не шибко трудно, но… получается, она за мной следила?
Справки наводила как минимум.
Погрузившись в размышления, я оставила молодых людей на садовой дорожке вдвоём, не считая фамильяра, и вернулась в замок.
Глава 4
Большую часть дня я провела в своей комнате: валялась на кровати, читала, ела и пила, заказывая подносы с едой и прохладительными напитками прямо в спальню. В каждой комнате была сонетка сродни тем, что устанавливались в богатых домах. Как объяснил Олли, достаточно дёрнуть за шнур, передать духу-дворецкому свои пожелания и вскоре големы всё принесут. Сам дух не являлся, но мужской голос, звучащий после дёрганья сонетки, оказался приятным, вежливым и предупредительным. Чуть позже я спустилась к бассейну, поплавала, позагорала, благо что покой мой нарушали разве что собственные непоседливые мысли, скачущие кузнечиками между личностью тёмной ведьмы, загадочным договором Бастиана и Эйденом. Конечно, об Эйдене я ничего такого не думала, ну оказался он Стражем и ладно, это не конец света и на моё восприятие наставника Олли никак не влияло. Просто отчего-то неловко немного и непонятно, почему Эйден заставляет неопытного юнца разбирать конфликты посетителей, а сам сидит в приёмной и за талончиками посылает.
С договором тоже ясно лишь то, что ничего не ясно. Но тут, боюсь, надо или с Эйдена ответы требовать — не может же он совсем не знать, что да как у товарища с этой мутной историей, тем более Радана здесь, под боком, — или ждать возвращения Бастиана. Правда, я не особо рассчитывала, что он всё подробно изложит, уступит просьбами и немедленно отправит Радану домой. Договоры со Стражами штука серьёзная, связывающая стороны обязательствами, которые просто так не нарушишь, не оспоришь и от которых не уклонишься.
И с тёмной всё странно. Колин описал эту Моргану как молодую привлекательную женщину, белокожую, черноволосую и синеглазую, что, в сущности, ни о чём не говорило. Тип внешности распространённый, тем более для наших краёв. От адреса в Форно никакого толку — очевидно ведь, что раз она послала парня конкретно ко мне, то понимала, что в случае чего Колин безо всяких пыток сдаст все её пароли и явки. А значит, злая ведьма-полукровка, крайне недовольная покушением на своего фамильяра, в любой момент может постучаться в дверь. Вывод: дамочка наверняка сменила место проживания раньше, чем Колин добрался до моей избушки, а то и вовсе там не жила. Далее. Зачем ей лишать меня фамильяра? Вроде уговора о доставке Вита к тёмной не было, да и при всём желании ни одна ведьма, светлая, тёмная или сумрачная, не сможет использовать чужого духа-хранителя для каких бы то ни было целей. Каждый фамильяр привязывался к избранной ведьме и узы эти разрывались лишь с обоюдного согласия сторон и по решению древних духов-элементалей. И даже тогда довольно затруднительно заставить их что-то сделать, свободные от обязательств духи весьма своенравны и не имели материальной формы, посредством которой на них можно было бы воздействовать. Попробуй-ка, будучи неодарённым человеком, голыми руками потушить пожар, изменить течение реки или остановить обвал в горах.
Фамильяр для ведьмы показатель её статуса, знак, что она прошла основное обучение и посвящение, благословлена духами и принята в ведьмовское сообщество. Фамильяр связывает ведьму с миром духов, охраняет её эфирное тело и может помочь в сложных ритуалах, требующих больших энергетических затрат, хотя ведьмы в подобных случаях всё же предпочитают прибегать к ведьмовскому кругу. Но ситуации бывают разные и не всегда есть возможность позвать других ведьм, а фамильяр, он рядом, под рукой и никуда от тебя не денется.
Угу, разве что решит променять на хорошенькую голубоглазую леди с нежными ручками.
Может, мы с этой тёмной пересекались раньше? На Светлой стороне или здесь, во времена юности моей бурной. Я напрягла память, перебирая ту разномастную компанию, в которой развлекалась восемь лет назад, но никого подходящего под описание там не нашлось. Впрочем, внешность можно поменять, морок наложить или по старинке волосы покрасить…
После шести я засобиралась на выход, торопясь сбежать до возвращения Олли — и Эйдена. Вытряхнула из саквояжа платье и чёрные туфли на высоком каблуке. Платье почти приличное — плечи закрытые, рукав две трети, плотная бирюзовая ткань с узором. Правда, юбка коротковата и декольте глубокое, ну так я и не на деловую встречу иду. Позвала с собой Вита, но в край обнаглевший фамильяр сообщил — мысленно, лично являться пред очи хозяйские он не спешил, — что вечером прекрасная Радушка обещала сыграть на пианино и он, Витька, непременно желает послушать музыкальные экзерсисы леди.
Тьфу ты, ещё один ценитель прекрасного нашёлся!
Следующей проблемой оказался собственно выход. Перейти из занимаемых Олли комнат в другие части замка можно, и големы приходили сами, никто их не телепортировал, однако как-то не улыбалось до рассвета плутать по цитадели в поисках парадной или хоть какой-нибудь двери. Но и этот вопрос разрешился быстро — я вызвала голема-лакея, и он безо всяких задних, да и вообще без каких бы то ни было мыслей проводил меня к выходу из покоев Олли. Выяснилось, что из жилых секторов каждого Стража были отдельные выходы как во внутренний двор, так и за пределы замковых стен, рассчитанные на членов семьи и свиты, не способных к самостоятельному перемещению. Наружный располагался по другую сторону цитадели, вдали от приёмного, и, едва голем выпустил меня и закрыл массивного вида створку, как очертания двери стёрлись, превратившись в чёрный, гладкий на ощупь монолит. Да, я не поленилась его потрогать и пустила простенькое поисковое заклинание.
Ничего. Будто никаких дверей тут отродясь не водилось.
А обратно как?
Ладно, как пойду обратно, тогда что-нибудь и придумаю. На худой конец Витьку позову, а тот Олли кликнет.
Задрав голову, я посмотрела на возвышающуюся передо мной громаду, пронзающую далёкими шпилями светлое вечернее небо. Ни окон, ни дверей, ни стыков, ни трещин, одна бесконечная стена, словно цитадель целиком высекли из исполинского куска обсидиана. Я отвернулась и отправилась в город.
Пока светло, погуляла по улицам, осмотрелась. Город окружал цитадель плотным, широким кольцом и, подобно крупным населённым пунктам, делился на районы. Я, конечно же, отдала предпочтение району пошумнее да пооживлённее, где преобладали бары и клубы ночные, игорные, мужские, женские и прочие, куда ходят в основном в тёмное время суток и сугубо совершеннолетние особи. В сумочке лежали прихваченный на всякий случай слепок плетения с цепочки и оставшиеся с прошлого визита деньги Тёмной стороны, и я искренне надеялась, что за прошедшие годы цены здесь, в отличие от стороны Светлой, не взлетели до таких небес, что моя мелочь лишь за подаяние и сойдёт.
Когда сгустились сумерки, на улицах зажглись фонари, а на вывесках и витринах подсветка, я выбрала бар покрупнее из тех, что попадались на моём пути, и заглянула туда.