Наталья Кириллова – Ива. Учиться - не напасть (страница 32)

— Правительство Эос? — вслед за мной предположила Элида.

— Нет. Некая загадочная личность, предпочитающая оставаться в тени. Подобно ордену паладинов, безликие занимаются отловом существ с особыми способностями, выше среднестатистического магического дара. Иногда, бывает, они похищают и простых смертных, для чего — неизвестно. Впрочем, делают они это не слишком часто и предельно осторожно, абы кого на улице не хватают.

— Отсюда и страшилки, — заметила я.

— Верно, — кивнула Элодия. — Однако, в отличие от ордена, цели безликих далеки от сколько-нибудь благородных. Если паладины воспитывают и тренируют будущих рыцарей для борьбы с, образно выражаясь, силами зла, то зачем безликим подобные тебе, Ситара, не совсем понятно.

— Выводят мутантов? — припомнила слова Динайры я.

— Исследуют, — добавила новенькая.

— Но, как правило, исследуют не просто так, а для чего-то, — справедливо проговорила Элида. — Хотя бы из элементарного любопытства.

— Создают идеальную машину для убийства? — ввернула я очередную светлую мысль, подкинутую Адамом.

— Как вариант, — согласилась Элодия. — Мой друг — он родом с Эос и имел отношение к скрытой от посторонних части магической жизни, — сказал, что время от времени появляются практически идеально выдрессированные наёмники, по силе, скорости и неуязвимости не уступающие Несущим Смерть.

— Простите, а Несущие Смерть кто такие? — продемонстрировала незнание материала Элида.

— Бессмертные, невосприимчивые к магии существа, создания одной из богинь Эос, — объяснила Фелисити. — Способны принимать любой облик, сильные и быстрые. Слепо подчиняются своему творцу, могут убить лишь за оскорбление её имени.

Элодия неожиданно состроила гримаску, а Фелисити усмехнулась. Мы с Элидой переглянулись. Понятно. Намёк на что-то, известное лишь волшебницам.

— Создательнице Несущих хотелось сотворить идеальных слуг, — продолжила Фелисити. — В какой-то степени у неё это получилось и в числе достоинств её детей можно назвать полное, безоговорочное доверие госпоже. Мало кому удаётся переманить Несущего на свою сторону…

— Это не удается никому, — перебила коллегу Элодия. — Изредка случается так, что Несущий откалывается от коллектива и начинает думать своей головой, но такого рода эксцессы единичны.

— В общем, творению богини завидуют, — с нажимом резюмировала Фелисити. — С момента появления первых Несущих на Эос предпринимались неоднократные попытки повторить её эксперимент и создать существ не хуже. Насколько эти попытки удачны, судить мы не можем. Хотя бы потому, что вышестоящие существа или тот же орден паладинов при первой же возможности избавляются от результатов деятельности смертных.

— Ну, или когда хватятся, — невозмутимо уточнила Элодия.

— Не исключено, что безликие и их исследования очередная попытка создать совершенное оружие а-ля Несущие.

— И, судя по словам моего друга, не больно-то и безуспешная. То ли безликие продают свои творения на сторону, то ли позволяют арендовать, то ли просто иногда выпускают в мир. Во всяком случае, отследить их довольно затруднительно даже на Эос.

— Но речь идёт не о воспитании и тренировках, — влезла Элида. — Речь о насилии над живым существом, о подавлении его воли и превращении в тупую, беспрекословно подчиняющуюся машину. Они не создают нечто изначально искусственное, они берут человека и перекраивают беднягу по своим меркам.

— Мы живём в жестком мире и на Эос жизнь не легче, — развела руками Элодия.

— Это мерзко, — скривилась подруга.

— И что вы будете делать? — не удержалась я.

— Нужно больше информации, — вздохнула Элодия. — Желательно точной, поскольку предполагать можно долго и всё равно это будут только предположения.

— Я могу попробовать узнать, — задумчиво произнесла Фелисити.

— А он скажет? — усомнилась Элодия.

— Это и его проблема тоже.

— А о ком вы говорите? — вкрадчиво осведомилась Элида.

— Теперь уже о моём знакомом, — тяжело вздохнула Фелисити, и я поняла, что, в отличие от «источника» Элодии, этот друг не вызывает таких приятных эмоций и нежных улыбок.

В коридоре за спиной молодой женщины мелькнула золотистая шевелюра Динайры, направляющейся в сторону учебных помещений. Значит, секретарша вышла, и в приёмной никого нет. Отлично. Не хотелось бы объяснять Динайре, что мне понадобилось от директора, а от вранья лучше воздержаться. Мне и на прошлой неделе тумана хватило.

— Извините, я отойду на минуту, — пробормотала я и решительно двинулась в район директорского кабинета.

В приёмной у меня зачастило сердце и сжался желудок, заставляя пожалеть, что я позавтракала. Нет, как бы ни было страшно поднимать поцелуйную тему, сейчас разговор о ночном происшествии неизбежен. Одно дело слегка растаять в объятиях женатого симпатичного мужчины, когда он оказывает тебе посильную магическую помощь — тогда можно со спокойной совестью счесть случившееся порождением собственной чересчур бурной фантазии. И совсем другое, когда этот мужчина сам тебя целует, а ты в этот момент растрёпанная, ненакрашенная и одета в растянутую футболку с шортами, в общем, выглядишь отнюдь не соблазнительно.

Почему-то, как и в прошлый мой визит к Александру, дверь кабинета была приоткрыта. Только не чуть-чуть, а на треть минимум. Из помещения текли голоса, Александра и… Заразительно звонкий смех Алиссы я узнала сразу, и он остановил меня посреди приёмной. Сама не зная почему, я отступила к столу Динайры и оттуда предельно осторожно, насколько позволяла точка обзора, оглядела видимую часть кабинета. Окно, половина стола, кресло для посетителей. Я обогнула рабочее место секретаря, вытянула шею. Вот и Александр, сидит на своём троне, улыбается и проникновенно смотрит в глаза жене, с комфортом расположившейся у него на коленях и что-то ворковавшей вполголоса. Прислушиваться я не стала. Зачем? О чём бы супруги ни шептались интимно, меня это не касается. Директор внял совету карт и незадачливой гадалки и помирился с Алиссой. Теперь у них всё будет так, как я хотела — совет да любовь. А ночной поцелуй лишь минутное помешательство со стороны Александра, на что я и надеялась. Всё разрешилось легко, просто и почти без моего участия.

Я на цыпочках, жутко опасаясь попасться супругам на глаза, выскользнула из приёмной. Где-то внутри бушевало раздражение, но не на мужа с женой, а на себя. Это ж надо так раскиснуть! Навыдумывала невесть что и в два счёта поверила в свои же глупые фантазии. Подумаешь, поцеловал! Ошибся человек, с кем не бывает…

Волшебницы собирались расходиться. Фелисити расспрашивала Ситару, Элида крутилась рядом, не желая пропускать ни словечка. Элодия писала эсэмэску. Когда я, вероятно, больше смахивавшая на жертву глобального недосыпа, вернулась в холл, народ как раз закончил разговоры и потянулся каждый в свою сторону.

— Что-то случилось? — участливо спросила Элодия, отправив сообщение.

— Да так, ничего, — вяло откликнулась я.

— А почему лицо такое?

— Потому что я дура.

— Ну зачем же так самокритично?

— А-а, вот вы где, — в холле появилась Каролина. — Девочки, вы идёте?

— Идём, — подтвердила я и подала хороший пример, первой последовав за катессой.

Вопреки моим опасениям и Элидиным надеждам, Нисса не только не убила Брина, но даже не покалечила. Разве что на хвосте любителя обнажённых волшебниц стало на пару-тройку проплешин больше.

Дабы отвлечься от грустных мыслей и очередного приступа самобичевания, я сосредоточилась на излагаемом Каролиной материале. После было травоведение, Эрика озвучила оценки за приснопамятный зачёт, сухо обронила, что, пожалуй, лишь Ниссе можно занятия по флоре не посещать, и пообещала через неделю устроить повторную проверку отложившихся в наших головах знаний.

Во время перерыва я вышла на крыльцо, присела на перила и уставилась на ступеньки. Хлопнула дверь, и следом вывалились Элида и Ситара.

— Та-ак, кто-то у нас в глубокой печали, — отметила очевидное подруга. — Что же ты такого интересного нагадала, раз заснула на балконе? Мы, между прочим, довольно долго тебя ждали.

Я покосилась на новенькую. Правильно, кто ещё мог рассказать Элиде о месте моей ночёвки?

— А когда ждать надоело, решили перейти к более приятному занятию, — закончила я. — И вы не боялись, что я заявлюсь в самый неподходящий момент и обломаю вам весь кайф?

— Мы это как-нибудь пережили бы, — невозмутимо парировала подруга.

Я по-хорошему позавидовала друзьям. Вот у Ниссы есть Брин — который, конечно, не подарок, но кто идеален? — а у Элиды появился Адам. Ситаре и одной неплохо и только я, как распоследняя идиотка, вообразила, что — о ужас! — Александр мог проникнуться к вполне заурядной ученице неким возвышенным чувством. И ведь чего теперь скрывать — меня сия вероятность приятно взволновала и где-то даже польстила…

— Личную жизнь смотрела? — наводяще уточнила Элида.

— Угу, — с тяжёлым вздохом призналась я.

— И что вышло?

А вышло как раз что-то непонятное: выбор, потери, неодобрение… Эх, надо было повнимательнее посмотреть на сами карты, а не сводить весь расклад к «поскорее помиритесь с Алиссой, и будет вам счастье»!

— Так нарисовался мужчинка какой или нет? — повторила Элида, не дождавшись от меня внятного или вообще хоть какого-то ответа.

Может, рассказать? Насчёт Ситары не знаю, но Элида точно не сплетница и если поведать под большим секретом, то девушка не проболтается.