Наталья Караванова – Проклятье Ифленской звезды (страница 75)

На неё напали… но почему Темери этого даже не услышала?

Да, её спальня далеко, а преступник мог действовать тихо…

А возможно, он просто не знал, что у хозяйки гости и давно готовил это убийство. Ведь, когда дом сгорит, вряд ли кто-то станет искать причины.

То есть все эти мысли в голове Темери промелькнули как бы сами собой — за это время она успела потормошить хозяйку и понять, что та жива, но в беспамятстве.

Узел на руках был затянут крепко.

— Нож на столе, — прошелестел Ровве каким-то слишком уж ровным голосом. Темери не придала значения. Сейчас не это было важно.

— Вода, — снова подсказал Ровве. — В кувшине. Намочи платок. Протри ей лицо. И сама дыши через мокрую ткань, немного поможет.

Так она и сделала.

Нож оказался обычным столовым серебряным ножиком, таким сразу трудно разрезать довольно толстую двужильную верёвку. Но Темери справилась.

Когда она несильно хлопнула Энайтери по щекам, та застонала и открыла глаза.

— Встать сможете? — спросила Темершана, вопреки собственным сомнениям помогая ей подняться.

В этот момент внизу что-то гулко загрохотало, заскрипели балки дома. Дом сопротивлялся огню, но он не мог держаться слишком долго.

Под потолком начал клубиться густой серый дым.

— Лестница рухнула, — всё так же отчуждённо произнёс Ровве. — К окну! Это единственный выход!

Второй этаж, вспомнила Темери. Может, они и не разобьются насмерть…

Но тут же перед глазами всплыло виденное из окна — довольно широкий карниз, по которому, если очень постараться, можно пройти до декоративной башенки, у которой крыша почти плоская…

Да, сама она, может, и пройдёт. Но как быть с Энайтери?

— Сюда, — показал дорогу Ровве. Открой это окно, оно ближе к башне.

Темери подчинилась. Снаружи было темно, лил мелкий дождь, но по всей округе, по кустам и деревьям, плясали огненные всполохи. Горел первый этаж, и видимо — уже часть второго этажа тоже.

— Нужна верёвка, — поняла Темери.

Если через раму на карниз она ещё перелезет, то в темноте, в полосах дыма, на мокрой поверхности устоять будет слишком сложно.

— Гардина. Она открывается с помощью шнура.

Ровве был единственным якорем, позволяющим ей не поддаваться панике.

Время действительно кончалось. Каменные стены, может и устоят… но скоро здесь станет слишком жарко для живых.

Верёвку снять оказалось непросто — пришлось догадаться, где она крепится, и отрезать тем же столовым ножом. ещё потраченная минута.

К сожалению, открытое окно не принесло облегчения — дым и жар из комнаты рванулись наружу, стало темнее. Хорошо ещё, огня пока не было видно.

Темери поискала, к чему можно привязать верёвку. Но ничего не увидела, а изящный комод вряд ли выдержал бы её вес, если она вдруг сорвется.

— Шкаф, — Ровве словно читал мысли. — Ножка шкафа.

Длина верёвки укоротилась почти вдвое, но это должно помочь.

— Энайтри, — почти попросила Темершана, — пожалуйста. Я сейчас перелезу на ту сторону, и помогу тебе. Держись…

— Голова кружится.

— Ничего. — Темери задушила панику и слёзы. — Мы выберемся!

Она перелезла на карниз, стараясь не смотреть вниз. Чёрный дым стелился над головой, жар поднимался и снизу, из окна первого этажа. Где-то близко гудело пламя.

— Давай! Давай же!

Энайтри не спорила, и старалась делать всё, как говорит Темери, но из-за дыма и из-за полученной травмы, двигалась она тяжело и неуклюже, и сразу чуть не сорвалась вниз.

Темери заставила её пропустить верёвку под мышками. А конец обмотала вокруг своей руки. Её было не очень много, верёвки.

— Пошли.

— Да, да, сейчас!

Энайтери переставляла ноги коротенькими шагами. Руки намертво вцепились в створку окна и не желали отпускать. Может, стоило пустить её вперед и поторапливать… но тогда девушка точно упала бы — карниз скользкий, дождь хлещет — гроза, оказывается, ещё не кончилась — вокруг темно и дым. Горький, густой.

Может, Энайтери и не отцепилась бы, если бы огонь, наконец, не проник в гостиную.

Наплевав на верёвку, Темершана схватила девушку за руку и повлекла за собой. Впереди было ещё одно наполненное дымом окно.

Возле него поскользнулась уже она сама, да так, что упала на четвереньки и надолго замерла, осознавая, что была на грани смерти. Хорошо хоть, отпустила руку спутницы…

Дальше двинулась на четвереньках, освобождая ей дорогу… А потом вдруг оказалась на пятачке у самой башенки.

Кстати, в ней окна были всё ещё тёмными, из них даже дым не начал выбиваться. Интересно, может попробовать проникнуть в дом через окно и спуститься по лестнице?..

Сзади ахнули. Темери резко обернулась и едва успела дёрнуть спутницу к себе, защищая плечом от летящего сверху горящего мусора — где-то огонь прорвал крышу.

Плечо обожгло, но удар был слабый.

Нет, возвращаться в горящий дом — это почти верная смерть. А по крыше можно будет перебраться на пристройку. Темери точно помнила, что к башенкам с обеих сторон здания примыкают одноэтажные пристройки. С них слезть будет, наверное, проще…

Энайтери обхватила её за плечи, девушку трясло не то от холода, не то от страха. Темери осторожно погладила её по плечам: чудо, что она не сорвалась и не разбилась. Но это ещё не конец. Надо спешить…

Темери осмотрелась и чуть не вскрикнула от радости: на крышу башенки вела лестница. Узкая строительная лестница, оставленная, видимо, артелью, что занималась ремонтом кровли.

— Я подержу, — мягко вернула она к реальности Энайтери. — Сможешь подняться?

— Смогу. Я должна, — хрипло ответила та, и, придерживаясь за горячую стену руками, добралась до нижних перекладин. Каким образом она держалась на ногах, представить было трудно — девушку шатало, как под ветром. И хотя в этом месте карниз образовывал что-то вроде площадки, это всё равно была очень маленькая площадка. Едва разминуться двум людям.

Лесенка до верха стены не доставала. Взрослые рабочие легко могли там вскарабкаться и на руках, в вот Энайтери не хватило бы на это ни сил, ни роста. Но поняли это девушки слишком поздно.

Забраться сначала самой, а потом втянуть её за руки?

Придётся так. Других вариантов Темершана не видела.

И только хотела сказать об этом, как сверху вдруг крикнули:

— Руки! Давай сюда! Держись!

Энайтери услышала, и о чудо — послушалась! Прижалась всем телом к стене, ахнула, и вскинула руки вверх… и тут же была за них подхвачена и втянута на крышу.

Темери почувствовала огромное облегчение: есть ещё кто-то, кто выжил. Кто им поможет! Кто-то из гвардейцев?

Теперь, когда хозяйка уже наверху, ей самой будет куда легче. Высоты она не боится, дождя тоже, а огонь… огонь остался за спиной.

Темери вцепилась руками в нижнюю ступеньку, и поняла, что они даже не дрожат — трясутся. Пришлось приложить немалые усилия, чтобы заставить себя двинуться вверх.

Выпрямилась, дотянулась до края стены, понимая, что сама здесь не влезет. Но в этот момент кто-то, не сильно заботясь о том, удобно ей или нет, тоже вздёрнул её на крышу.

Темери огляделась, поскольку вдруг поняла, что Ровве снова и след простыл. Она даже не помнила, в какой момент прекратились его полезные советы. Ещё в доме, или уже снаружи?

Впрочем, Покровителям, наверное, пожары не страшны…

Здесь ветер был сильнее. Он нёс то прохладу и дождь, то потоки жара от крыши, которую пламя пробило сразу в нескольких местах.

Неизвестный спаситель уже нёс куда-то Энайтери на руках, и Темери благоразумно решила не ждать, когда за ней вернутся, поспешила следом. А потом вдруг узнала спасителя. По походке, фигуре, чему-то ещё неуловимому, свойственному только одному человеку в мире. Шеддерик та Хенвил.