Наталья Караванова – Проклятье Ифленской звезды (страница 73)

Но больше всего расстроило Темери, что пресветлая в Тоненге проездом и ненадолго, так что очень просит поторопиться и прибыть самое позднее — завтра к вечеру.

И это самое «завтра» было как раз сегодня.

Значит, придётся всё-таки рассказать обо всём Кинрику. Ну и Шеддерику. Правда, если он захочет с ней разговаривать.

Завтракать им теперь всегда полагалось с мужем, и это во многом облегчило задачу. Кинрик рассеянно парочитал письмо и согласился:

— Встреча с монахиней дело благое. Я выделю вам гвардейцев в сопровождение. Дела государства не позволят мне отправиться с вами, но вы будете под надёжной охраной.

— Я бы не хотела привлекать много внимания. Ориана пишет, что дело важное и спешное, так что компаньонок брать с собой я не буду — только служанку.

— В цитадели есть быстрые добротные кареты, соответствующие вашему статусу, но не такие… м… как та, свадебная. Я распоряжусь. Когда собираетесь ехать?

— Сестра пишет, что сегодня уже отправится в обратный путь. Думаю, не стоит откладывать.

Глава 16. Усадьба хозяина Вастава

Рэта Темершана Итвена

День был совсем тёплый, весенний, пели птицы. Вдоль дороги уже пробивалась зеленая травка. На душе у Темери было спокойно: она всё сделала правильно и как надо. Наместник знает о цели путешествия, за каретой скачут четыре гвардейца, а напротив сидит радостная Дорри, которой, оказывается, давно хотелось побывать кде-то кроме самой Цитадели и её окрестностей.

Оказалось, наняли её в цитадель совсем недавно, а в Тоненге она и вовсе не успела нигде побывать, так что любую возможность покинуть мрачные залы замка считала за праздник.

Дорри легко и с иронией рассказала, как ей жилось на островах — средней дочери в большой семье, прислуживающей весьма известному и древнему, но, к сожалению, небогатому ифленскому роду. Когда прошлым летом отцу предложили отправить старших детей в услужение семьи в Танеррет, тот почти не раздумывал. Всего у них было девять детей, которых нужно кормить и одевать.

— Мой брат служит у чеора та Дирвила, — похвасталась Дорри, — а второй брат уехал в Сиурх со своим новым хозяином. У них там большое хозяйство, даже две коровки есть, он мне рассказывал.

Дорога за разговором пролетела быстро. В какой-то момент древняя выщербленная мостовая сменилась более мягкой грунтовой дорогой, карету перестало трясти, а ещё через какое-то время, она и вовсе остановилась. Кучер спрыгнул с козел. Командир эскорта распахнул дверцу и откинул железную подножку, а потом галантно помог спуститься сначала Дорри, а потом и хозяйке. Темери вспомнила, что в детстве, когда родители брали её с собой в поездку — это случалось не часто, но бывало — сзади на запятках всегда ехал слуга, и это была его обязанность, помочь дамам покинуть карету.

Весёлый молодой кучер поклонился хозяйке и заозирался, ища, куда отъехать.

— Думаю, мы не станем задерживаться надолго. Обожди здесь! — велела ему Темери, а Дорри уже бежала к дверям гостиницы, предупреждать, что прибыла важная гостья.

Хозяин, полноватый ифленец средних лет с пышными рыжими усами, сам вышел встречать знатную даму из Цитадели. Но на вопрос о монахине сразу развёл руками: Была вчера пресветлая, но уехала по какому-то срочному делу, наказав передать её гостям, буде те появятся, ещё одно письмо.

Темереи встревожилась: что могло заставить Ориану изменить планы и сорваться в дорогу раньше, чем она планировала?

«Благородная рэта Итвена, чеора та Гулле, — офицйциально значилось в письме, — дело касается монастыря, я с почтением обращаюсь за Вашей помощью и содействием! Жду Вас в усадьбе Вастава, что далее по южной дороге не позднее сегодняшнего вечера». Дата. Подпись.

Ох уж эта нелюбовь сестры Орианы к пространным письмам. И что теперь об этом думать? Ехать, несомненно, надо, но…

Она обратилась к командиру эскорта:

— Капитан, вы знаете, где это? Усадьба Вастава? Это далеко?

— Нет, благородная чеора. Это в получасе езды отсюда.

— Что там?

Гвардеец задумался:

— Усадьба, насколько я знаю, долго стояла необитаемой, а принадлежит она, если ничего не изменилось, наместнику…

— Значит, нет ничего дкрного, если мы туда съездим?

Темери показала письмо гвардейцу и тот не нашёл причины, чтобы не посетить усадьбу. Кучер слегка удивился новому адресу, но кто он такой, чтобы высказывать своё мнение? Так что всего через полчаса они действительно увидели этот старинный, сложенный из серого камня дом с многоуровневой крышей и башенками. Дом стоял в глубине парка, но к нему вела замощеная дорожка.

Не успела Темершана покинуть карету, как навстречу выбежал полненький немолодой ливрейный слуга.

Он безупречно поклонился, ожидая, когда гостью представят и объяснят цель визита.

— Рэта Темершана Итвена, чеора та Гулле, — быстро и чётко представила её Дорри, скосив лукавый глаз на хозяйку — одобрит ли.

Темери кивнула, подтверждая, и чтобы не было вопросов, протянула лакею письмо.

— Пресветлая просила меня быть по этому адресу.

Лакей с достоинством поклонился:

— Следуйте за мной! А вы, чеоры, — обратился он к гвардейам, — можете обождать в нижней гостиной. Туда подадут морс и печенье. Я позову слугу, он покажет, куда поставить лошадей.

Потом он сделал едва заметный знак кучеру. Тот, или уже бывал здесь, или повидал много подобных усадеб. Кивнул, и лошадки тут же стронули карету.

Несколько потемневших от влаги ступеней, высокая тяжёлая дверь аркой, украшенная сверху цветными стёклами.

Темери раньше тоже видела немало похожих домов, построенных лет тридцать, а то и сорок назад, в равнинном стиле, с изломанной разноуровневой крышей, пристройками и башенками; дом сам по себе казался замком в миниатюре. Но у замков не бывает таких больших окон: замки, напротив, во все времена строители лишними отверстиями старались не дырявить — чтобы было проще защищать.

Просторная нижняя гостиная с неизменным камином пустовала и вообще выглядела необжитой. Правда, невозмутимый слуга раскладывал на столе салфетки. Лакей повёл девушек по парадной лестнице на второй этаж и оставил ждать в небольшом, со вкусом обставленном зале.

— Извольте побыть здесь, я доложу о вас, — сказал он с неподражаемо-домашней интонацией, как будто не информировал, а попросил о маленьком одолжении.

Темери едва сдерживала любопытство, изучая дом изнутри.

Мебель, безусловно, была ифленская. В Танеррете её детства таких лёгких, грациозных линий у шкафа или комода быть просто не могло. Всё было куда монументальней.

Дом недавно ремонтировали, но кое-где остались недоделки. Вот и в этом зале на потолке виднелся свежий рыжий потёк: не выдержала крыша. Ещё бы — эта зима оказалась самой снежной и холодной за последние десять лет, а то и больше.

Комод в каждом доме очень быстро становится обиталищем милых безделушек, но здесь под подсвечником не было даже вышитой салфетки. Тоже пусть не явный, но знак того, что дом долго пустовал, и хозяев обрел совсем недавно: свечку или только сменили, или ещё ни разу не зажигали.

— Ух ты… — зачарованно прошептала Дорри и подошла к дальней, утопающей в тени стене. Темери пригляделась и поняла, что хочет повторить восклицание за служанкой — на стене висела картина, пейзаж. Море, скалы, ветер — а в дальнем далеке, под болезненно жёлтым рассеянным лучом, — город, росчерки белых стен и красных крыш. Художнику как-то удалось добиться ощущения, что прямо от холста в лицо зрителю дует яростный солёный ветер, пропитанный брызгами ледяной воды. Движение воды, пойманное точно и угрожающе узнаваемо, ощущение беды и грозового, буйного веселья…

Картина была не так и велика, но казалось, занимает всю стену, а то и отхватывает часть пространства у соседних комнат…

Слуга прокашлялся за спиной, привлекая к себе внимание.

— Что это? — с улыбкой спросила Темери. — Чудесная картина.

— Автор этого шедевра, к сожалению, не так давно умер. Но мне довелось лично служить мастеру та Росвену. Это одна из поздних его картин, и он не считал её шедевром…

— Очень красиво, — искренне похвалила Дорри. — Просто дух захватывает! Простите, рэта…

Лакей степенно поклонился.

— Хозяйка примет вас в голубом зале. Это близко.

Это действительно было рядом — оказалось, достаточно просто пересечь коридор. Двери распахнулись, и лакей торжественно повторил имя Темершаны для ожидающей хозяйки. Темери грызло любопытство — кто она? И где пресветлая? И зачем вообще эта встреча?

Хозяйка оказалась красивой молодой ифленкой, которая, едва услышав имя гостьи, тут же поднялась навстречу. На её лице была вежливая, но слегка удивленная улыбка, а в глазах, если Темери только не отказало зрение, таилась нешуточная тревога. А ещё она ждала ребёнка — одежда не скрывала небольшой, но уже заметный живот.

— Простите моё любопытство, рэта Итвена, мы не ждали гостей и я… никак не могла подумать, что вы почтите меня визитом…

Темери, чувствуя себя немного глупо, протянула ей письмо и пояснила:

— Преслветлая Ориана написала мне и попросила о встрече. Я надеялась её застать, но, как вижу, она уже отбыла?

Девушка чуть склонила набок хорошенькую кудрявую голову.

— Да, действительно одна из сестёр Золотой Ленны побывала у нас недавно, но не собиралась задерживаться. У неё просто поломалась карета. Ремонт занял несколько часов, но она не говорила, что кого-то ждёт, и отбыла сразу, как наш мастер всё починил… хотя, мы, конечно, не были бы против, да, Фадде?