Наталья Караванова – Дана и Бродяга (страница 33)

Остановились под тентом у заводской проходной. Саат с облегчением скинул капюшон.

— Ага, — вдруг улыбнулся Бродяга. — Вы Саат-саа. Теперь я спокоен.

— Как будто раньше ты волновался, — пробормотал Джет, невзирая на то, что губы потрескались, а кожу словно стянуло маской. — Ты даже такого слова не должен знать…

Короткое путешествие верхом и выпитая фляга благотворно сказались на его состоянии — во всяком случае, вернулась способность замечать, что происходит вокруг.

— Это почему? У меня очень богатый словарный запас на всех семи сотнях известных мне языков.

Саат посмотрел на одного, на другого, пожал плечами и сделал неутешительный вывод:

— Первый раз наблюдаю тепловой удар у андроида. Нужно будет книжку написать…

Рэтх отвел Джета в один из пустых домов, включил кондиционер и оставил в покое. Только у изголовья кровати положил очередную полную фляжку. И это было замечательно, потому что господин Дага отрубился, едва успев стянуть куртку и ботинки.

Саат остановился в начале улицы.

— Стационара здесь нет, а медицинский кабинет и без того переполнен… свободной комнаты мы там не найдем. Пойдем ко мне.

— Пойдем. Куда идти?

Саат бросил еще один удивленный взгляд на Бродягу и показал на ближайший домик.

Внутри было прохладно и полутемно — окна закрывали фильтры. Купол разделен на четыре части — спальня, кабинет, кухня, санузел. Пустынник показал андроиду на кровать. Сам снял плащ и повесил в прихожей.

Прибрано, светло. Но безлико, словно здесь давно никто не жил.

Бродяга раздел Дану, уложил ее под влажную простыню. У девушки был жар, волосы склеились от пота. Выглядела она маленькой и больной. Положил холодную ладонь на лоб — нахмурилась и отвернулась.

Андроид объяснил:

— Она больше суток ничего не ела и почти не пила.

— Как это вышло?

— Попала в плен к бандитам. Мне есть, что вам рассказать, Саат-саа. Но сначала я должен убедиться, что с Даной все будет в порядке.

Саат пришел с кухни держа в руках губку, смоченную водой. Пояснил:

— У нас в кочевье медицина первобытная. Я бы ее, честно, в АЭП заложил и подождал полдня. Но все три аппарата заняты ранеными. Так что…

— Что здесь случилось?

— Бандиты выступили в сторону Руты. Их цель — космопорт и телепортаторы. Похоже, они готовят почву для высадки гведианского десанта.

Бродяга уступил собеседнику место рядом с постелью больной, несколько секунд разглядывал его профиль, словно что-то обдумывая. Тем временем Саат протер губкой лицо и шею девушки.

Наконец, Бродяга принял решение:

— В таком случае, мне нужно с вами поговорить не как с пустынником Саатом, а как со Стасом Гнединым.

Рука с губкой замерла.

— Вот это поворот, — пробормотал Саат.

Через четверть часа они с Бродягой сидели возле стола в кабинете. Пауза затянулась не надолго. Саат спросил:

— Ну, что же. Надеюсь, наконец, узнать, как твою хозяйку и господина наблюдателя занесло в пустыню. Ну и заодно — кто тебя послал. — И добавил себе под нос, — хотя, о последнем я догадываюсь…

Бродяга сидел в кресле прямо, может, чуть склонившись вперед. Руки покоились на коленях.

— Меня называют Бродягой, — представился он, проигнорировав вопрос.

— Очень приятно. Итак?

— Первое, что я должен вам сообщить — Стефан остался у Хейна.

Саат кивнул. Он ждал объяснений.

— Это долгая история, и началась она почти пятнадцать лет назад. Не хмурьтесь, Стас, я не намерен пересказывать ее целиком, но начать с самого начала необходимо. Так будет быстрей, чем отвечать на ваши многочисленные вопросы, в случае если вы убедите меня рассказать сейчас одни только факты.

— Все-таки, Бродяга, начните с фактов.

— Хорошо. Группа бандитов, видимо, со времен еще той войны владеет телепортационной установкой СТП-мега. Вчера они заполучили контроль над этой установкой, и в ближайшие сутки собираются ей воспользоваться.

— Вряд ли это так… — мягко возразил Саат.

— Это факт. Но не единственный.

— Эннет не может даже знать о…

Хлопнула наружная дверь, и в комнату заглянул Рэтх:

— Я устроил наблюдателя в соседнем доме. Он сейчас спит.

— Спасибо, Рэтх. Скажи Алексу, пусть соберет старших.

Пустынник вышел, а Бродяга ответил на недосказанный вопрос:

— Я говорил о группе Хейна. Вы напрасно думаете, что никогда раньше не пересекались с этим человеком. Когда-то именно он обеспечивал прикрытие группе техников, устанавливавших «ступу».

Саат кивнул. Он и сам был уверен, что тот Хейн, и нынешний — один и тот же человек.

— Судя по тому, что нам удалось услышать, он не собирается дальше участвовать в делах Эннета. У него на «ступу» какие-то свои планы.

Саат сдался:

— Хорошо, я готов выслушать более… развернутое объяснение. Все это очень похоже на правду, но… код доступа к той «ступе» был у меня и еще у одного человека. Сейчас его на планете нет. И за последние пятнадцать лет он тут не появлялся.

— Коды были и у меня.

Рассказ андроида затянулся. Несмотря на то, что Бродяга опускал подробности и избегал высказывать альтернативные версии событий, прошло более получаса, когда история, им рассказанная, подошла к концу.

Саат долго молчал. Потом долго вглядывался в лицо Бродяги, словно искал в нем какое-то сходство с собственным лицом.

— Вот как, — наконец сказал он. — Вот как… выходит, ты…

Бродяга качнул головой:

— Нет, Стас, я просто андроид. У меня специфические настройки, да. И у меня львиная доля си-сектора мозга занята архивами чужой памяти. Я имею к ней допуск и могу пользоваться. Но это все. Если не верите, спросите Джета. Он имел счастье меня сканировать.

— Наблюдатель центра Тордоса — сканер?

— Насколько мне стало понятно из контекста некоторых разговоров, он около года был судебным сканером на Флоре и на Визире.

Саат потер виски. Новая информация не утешала. Тут, хоть разорвись, а два прорыва одним небольшим отрядом заткнуть невозможно. А если учесть информацию, хоть и не достоверную, что лагерей подобных тому, что у Полой горы, было несколько…

— …а повел ты себя, Бродяга, в пустыне не правильно. Тебе не следовало тащить на себе обоих. Только хозяйку.

— А Дана — гений. Что ей те правила. — Возразил Бродяга.

Действительно — гений. Это же надо до чего додуматься! Робот с чувством юмора. Сколько работы! Наверное, несколько лет кропотливого труда… совершенно неблагодарного, никому не заметного труда. Никому не нужного, кроме нее самой. Он себя поправил: а господин наблюдатель? Он андроиду жизнью обязан. И мне Бродяга нравится. Хотя немного жутко знать, что робот обо мне знает почти столько, сколько знаю я сам…

Нужно что-то решать… верней, решать уже некогда.

Надо начинать действовать.

Надо седлать науга и гнать его в Руту. Надо идти к мэру. Надо просить канал связи с базой отца. Стас представил выражение лица старшего Гнедина, когда тот узнает, кто добивается разговора с ним, и его слегка передернуло.