Наталья Караванова – Дана и Бродяга (СИ) (страница 5)

Угу. Мисс Робсон в принципе не умеет быть признательной.

— А кого-то из своих людей вы можете послать?

— Кого? — страдая, спросил инспектор. — У меня в офисе только ночной дежурный. Все спать пошли.

— Ну, так разбудите кого-нибудь…

— Джет, я вас прошу.

— Ладно. Сейчас соберусь.

Джет обозвал себя мягкотелой тряпкой но, тем не менее, поднялся с кушетки и зашарил ногами по полу, выискивая обувь.

— Здравствуйте. Я ждала вас завтра, час уже поздний.

Дана смущенно улыбнулась, поправляя прическу. На взгляд Джета, попытка была заранее обречена на провал. Слишком уж отважно торчали в стороны рыжие прядки. Такие должны устоять и перед расческой и перед заколкой…

Образ клоунессы дополняли фиолетовые трико и оранжевая распашонка.

Поняв, о чем задумался поздний гость, Дана пояснила:

— Это один из моих старых костюмов для выступлений. Я вообще одежду почти не покупаю. Заходите.

Номер был самый обычный, типовой. На кухне горел свет, слышалась приглушенная музыка.

Чистая комната, застеленная постель, никаких признаков пребывания чужаков.

Дана жестом пригласила гостя присесть. Джет занял плетеное кресло возле окна.

— Я когда пришла, не сразу заметила, — начала она рассказывать. А потом… вот.

Она выдвинула ящик стола, в котором живописно перепутались самые разные предметы. Какие-то миниатюрные детали, псевдонейроны, упаковка инфодруз, косметика.

— Сама я такой бардак устроить не могла, а Бродяга — педант во всем, что касается чистоты и порядка. И еще, на кухне кто-то кофе пил. Не я. И сами понимаете, не Бродяга.

— Что-то пропало?

— Нет. Я специально проверила.

— А сами что думаете?

— Не знаю. — Она пожала плечами. — Ерунда какая-то. Сначала этот самоубийца… Теперь вот еще. Вы не торопитесь, Джет? Хотите, я вас чаем угощу?

— С удовольствием. А кстати, где Бродяга? Может, он заметил еще что-нибудь, что пропустили вы?

Дана широко улыбнулась.

— Он готовит снаряжение к завтрашнему шоу. У нас очень много специфического оборудования, требующего тонкой настройки и специального контроля. Но я его сейчас позову, чтобы вам не скучно было!

Бродяга, видимо, все слышал, потому что появился из кухни, не дожидаясь прямого распоряжения.

Спросил: «Чем могу служить?», и приподнял брови. Очень по-человечески.

— Может, вы что-то заметили, что пропустила Дана? Вообще, вы давно на планете?

Сказал, и только потом сообразил, что обратился к андроиду на «вы».

— Восемь суток. Полных. У Даны договор на три выступления. Два дня после прибытия мы готовили зал. Позавчера был дебют. Второе выступление сегодня вечером. И еще одно — через двое суток, но в другом зале и не в полном объеме. Что касается того, что я заметил, когда мы вошли в номер. Был нечеткий след на полу в прихожей, у кого-то с подошвы насыпалось песку. Находился человек здесь не менее часа, не спешил. В вещах копался скорей от скуки, кофе попил, оставил грязную кружку. Ушел незадолго до нашего возвращения. Если был не один, то другие ничем себя не проявили.

— Может, кто-то из обслуги гостиницы?

— Не вижe причин. Здесь много пустующих номеров.

— Могло так случится, что у Даны здесь, на Руте, появились недоброжелатели?

— Нет. Дана здесь впервые, и насколько я знаю, врагами обзавестись не успела.

Джет собрался было уточнить, не бывал ли на Руте раньше сам андроид, но тут в комнату вошла Дана с подносом. Над чашками чая вился ароматный пар, рядом разместилась сахарница и вазочка с печеньем.

— Угощайтесь! — сказала она, устраиваясь на вертящийся стул. Специально придвинула его к столу так, чтобы и до подноса дотянуться, и собеседника видеть.

Чай был по-настоящему хорош. Он пах мятой, и Джет, пожалуй, поспорил бы, что эта мята когда-то росла на грядке. Это не ароматизатор, это — настоящее. Такой чай когда-то заваривала Марта.

— Я бы мог попросить инспектора, чтобы вам выделили постоянную охрану… — предложил он.

— Зачем? — Дана развела руками. — Я не та персона, чтобы кто-то захотел…

— Неужели вы не боитесь? Хотя бы немножко?.. все-таки события последних дней заставляют задуматься о таких вещах, как безопасность.

— Простите, Джет, но — нет. Я не боюсь. У меня есть Бродяга. Он — лучший телохранитель, какого вообще можно пожелать…

Лучший телохранитель встал за спиной хозяйки и картинно насупил брови. Угу. Андроид с чувством юмора…

Если бы Джету не пришлось его недавно сканировать, он бы скорей поверил в то, что для типовой внешности «модели третьего поколения» нашелся человеческий двойник. Но Бродяга — действительно робот. Сомнений быть не может.

— Однако насколько я знаю, робот не может причинить вред человеку. А если вдруг придется вас защищать… я имею в виду — всерьез защищать… может возникнуть противоречие.

— Вы имеете в виду древние постулаты? Джет, похоже, вы раньше никогда не имели дел с андроидами, так?

Пришлось признать, что так. На Примуле, Гауфе и Земле их почти не применяют.

— Третье поколение разрабатывалось именно как армейская модель. Противоречие, на которое вы намекаете, действительно приводило бы к постоянным сбоям настроек сектора си. Сущность проблемы — в предельно обобщенных понятиях «человек» и «вред». В настоящее время психологи-роботехники упрощают себе задачу, закладывая в первичные установки робота всего один объект, имеющий доминирующую значимость, а именно — биологические параметры владельца…

— Как вы профессионально объясняете…

— Ну, это же как раз моя специальность. Я училась на психолога-программиста. Правда, только до третьего курса. Так что ваш любимый первый закон, если перевести с языка программы, на самом деле звучит так — робот не может причинить вред хозяину, или своим бездействием допустить, чтобы хозяину был причинен вред… ну и дальше в том же духе.

— Значит, Бродяга при необходимости может причинить вред человеку?

— Если мне будет угрожать непосредственная опасность. Да. Может. Но есть несколько граничных условий. На самом деле это отдельная и очень сложная проблема. У меня сохранились еще студенческие записи, но их оказалось мало… я уже говорила, над некоторыми вещами мы продолжаем работать.

— Я заметил. Он ведет себя, как человек.

— Правда похоже? — обрадовалась Дана.

— Не знаю только, хорошо ли это, — в голосе Джета скользнула виноватая нотка. — Как-то стирается грань. Все время приходится напоминать себе, что перед тобой не человек. Нет, мне, пожалуй, не нравится. Он словно притворяется человеком…

— Бродяга! Вот скажи: ты притворяешься? Только честно!

Бродяга положил ладони на плечи хозяйке. Вид у него стал торжественный и строгий.

— Честно? Я всегда отвечаю честно. Нет. Я не притворяюсь. Заданный в программе стиль общения слабо отличается от стандартного. Он менее функционален и часто приводит к логическим нестыковкам и проблемам понимания. Но его вполне можно использовать.

— Вот видите! — гордо заявила Дана.

— А мыслите вы образами или формулами, или как-то иначе? — Джет не упустил возможности расспросить объект своего маленького исследования непосредственно.

Тот невозмутимо ответил:

— Разве андроидам могут быть доступны возможности самоанализа? Очевидно, это свойство исключительно человеческого разума. — И подмигнул.

Да, соврать Бродяга не мог. Но сейчас продемонстрировал, что при необходимости вполне может уйти от четкого ответа.

Дана собрала посуду на поднос и вышла из комнаты. Джет, как мальчишка, дорвавшийся до интересной игры, продолжил расспросы:

— Я заметил, Дана к вам по-особому относится.

— Возможно.