Наталья Калинина – Может, это любовь? (страница 12)

Девушка бегло оглядела лицо мужа: немного осунулось, в глазах – усталость. Но в нём что-то ещё улавливалось непривычно жёсткое.

— Как ты тут без меня? – Михаил положил в рот своё творение и прикрыл глаза, делая вид, что наслаждается вкусом. В носу всё ещё продолжал стоять запах крови и ни какими специями не мог его вытравить.

— Серо и буднично, – быстро ответила Таня, мельком глянув на мужа. По спине пробежал холодок тревоги: «Он вернулся раньше из-за того что его мать, что-то наговорила обо мне?»

Тане не хотелось снова тащить на себе груз вины за разлад в семье Даниловых.

«Уж если я настояла на том, чтобы они помирились, то теперь буду терпеть нападки со стороны его родни. — Она всё ещё помнила, как Михаил переживал из-за прошлой ссоры с матерью. — Не хотелось бы быть виновницей ссоры между братьями. Да и занят он сейчас на работе сильно, ещё на разборки время его отнимать».

— Заходила к маме, твоя - заглядывала к нам. На работе завал, — перечислила она немногочисленные события без него. Таня попробовала блюдо, покачав головой от удовольствия и похвалила, — ммм, очень вкусно! – Опомнившись от гастрономического восторга, спросила: — как прошла твоя поездка?

— Досрочно сделал всё, что планировал, — ответил Миша и сделал глоток вина, изучая лицо супруги сквозь призму бокала. Он только сейчас заметил припудренный синяк на скуле, который она умело скрывала под прядью волос. В груди Миши снова вспыхнул огонь негодования, когда в памяти ожили образы её борьбы с Вадимом.

На сердце Тани отлегло: «Значит, его раннее возвращение просто совпало и он не знает о домогательства Вадима». И она расслабилась, продолжая наслаждаться ужином.

Его возвращение домой давало ей передышку от нежданных приходов Анастасии и Вадима.

«Его мать постоянно пытается поймать меня на измене. Я не знаю, как он отреагирует. Вспылит? А если Вадим и мать сговорились и расскажут ему правдивую версию, кому он поверит? Мне? Или своим родным?»

Миша уже догадался, что Таня не стремится раскрыть правду и ему нужно найти обходной путь, чтобы вытащить из неё признание. Её слова охране, что они сами разберутся, он истолковал по-своему. Миша ожидал, что она откроется и доверится ему, увидит в нём ту опору, которой он хотел быть для неё, и попросит защиты. Но увы. Эта её черта всё скрывать напрягала его: «Неужели я недостоин быть её рыцарем?»

Михаил отложил вилку и сложил руки на столе. Он дал ей последнюю возможность самой рассказать о встрече с Вадимом, спросив:

– Тань, у тебя точно всё в порядке?

— Да, конечно, — легко ответила она, с удивлением взглянув на него.

— Тогда откуда этот синяк на лице?

Таня напряглась, почувствовав, как изменился его тон, а глаза потемнели. Она невольно коснулась ушиба, но её больше волновала Анастасия Афанасьевна, а не нападение Вадима.

— Это… — она облизнула внезапно пересохшие губы. – Миш, — Таня не ожидала его возвращения так скоро. По её расчётам, у неё была ещё целая неделя, чтоб синяк успел зажить и тогда бы он ничего не узнал.

— Можешь мне рассказать, откуда он появился? – напирал на неё муж.

— Убегала от Вадима, оступилась и упала.

Её взгляд зацепился за содранные костяшки пальцев мужа. Сердце подскочило к горлу, отдаваясь гулким ударом в висках. Леденящий ужас сковал её от догадки, что произошло то, чего она боялась больше всего: Миша узнал о домогательствах Вадима и устроил кровавую разборку!

— Упала! – повторил за ней Миша. — Ты себе чуть шею не свернула!

Потрясённая Таня медленно подняла глаза на разъярённое лицо мужа. Она впервые его видела таким злым. Диким. Её взгляд снова и снова возвращался к разодранной коже на кулаках. В голове творился хаос от представляемых сцен, что Миша сделал с братом.

«И теперь я стала врагом не только для его матери, но и брата!»

— Ты… знаешь. – Прерывисто произнесла она, поняв, что её попытка скрыть была тщетна. От его сердитого взгляда, каким он её буравил, она сжалась в комок. Навязчивая и неприятная мысль вылезла поверх всех остальных, и Таня не удержалась и спросила:

– Ты следишь за мной?

— Если потребуется, то буду! – бросил в ответ Миша.

— Что?!— Таня отпрянула, не веря своим ушам. Сердце бухнуло вниз. Её догадка о его сомнениях в ней ударила, словно хлыст. Осознание, что она живёт с человеком, которого недостаточно хорошо знает, выбило почву из-под ног. В этот момент Данилов для неё предстал совершенно иным.

— Почему ты мне не позвонила и не сказала ничего? – спросил Михаил. В его голосе Таня расслышала смесь обиды и гнева. В ожидании её ответа Миша потёр подбородок, стараясь не дать чувствам выйти на волю. Пауза давила, и он посмотрел на жену.

Расширенными глазами Таня смотрела на него как на чудовище. Миша понял, что перегнул палку, но слов не вернуть.

— Тань, прости, — протянул он к ней руки, но она спрятала свои под стол. Миша сжал пальцы в кулаки, отмечая, что содранные костяшки с запёкшейся кровью сейчас выглядят ужасно. — Я сказал это сгоряча, потому что переживаю за тебя.

Горло Тани сдавил спазм, не давая вымолвить ни слова. Подступила тошнота. Таня бросилась в ванную и замерла, увидев на крышке корзины окровавленную рубашку. От вида крови её скрутило ещё сильнее, и даже холодная вода, прыснутая в лицо, не принесла облегчения.

Пребывая в прострации, Таня не осознавала своих действий. Словно на автопилоте, она надела пальто, обулась и вышла из квартиры.

Миша стоял у камина, погружённый в мысли о предстоящем разговоре с Таней. Он не сразу заметил, как стихли звуки. Сердце ёкнуло. Он выскочил в прихожую, лихорадочно огляделся – Танины вещи исчезли. Выбежав на лестничную площадку, Данилов услышал удаляющиеся шаги и крикнул:

— Таня!

Миша бросился вниз по лестнице. Выскочив на улицу, он увидел, что жена направляется к машине.

Она шла, не оглядываясь, а оклики, доносившиеся сзади, подстегивали её скорее исчезнуть. Сбежать. Куда угодно.

— Таня! – Миша постучал в водительское стекло, безуспешно пытаясь открыть дверь, но она была заблокирована. — Таня, давай всё обсудим. Пожалуйста, вернись! – его слова звучали одновременно как мольба и требование.

— Нам надо остыть. Я пока поживу у мамы, — расслышал он сквозь стекло.

Этот брошенный на него взгляд… Пальцы сами собой разжались, и Миша отступил, понимая, что сегодня уже дважды переступил черту.

Через несколько секунд машина Тани медленно покинула парковку.

Глава 17

Первый день без жены он провёл, завалив себя работой, второй и три последующих прошли в том же духе.

Вначале хотел позвонить: но что ей сказать? Не по-мужски это решать семейные вопросы по телефону.

Одним из вечеров подъехал к дому Барсуковых. В их окнах горел свет. А над углом крыши светила огромная луна.

«Кажется, это явление называется «Розовой луной», — вспомнил он, что год назад показывал Тане такую же.

Вздохнул, собрался было подняться и поговорить с Таней, но пришла срочная информация, и ему пришлось вернуться в офис.

Предчувствуя, что выходные пройдут в тоске, взял телефон. Найдя в списке номер друга, почти нажал на вызов, но сенсорный экран не сработал.

— Да и к лучшему! – откинул он гаджет в сторону. Не любитель он ходить по барам и напиваться в стельку.

Миша поймал себя на том, что всё время прислушивается к звукам на лестничной площадке.

«Стук каблуков!» — сердце в надежде замерло. Но звук удалился, свернув в сторону, да и не были эти шаги похожи на Танины.

Данилов постоянно натыкался на оставленные вещи жены. На трельяже нашёл коробочку с бриллиантовым кольцом, подаренным им совсем недавно. В сейфе все дорогие украшения лежали нетронутыми. Миша вспомнил, что Таня надевала их лишь пару раз, сопровождая его на важных мероприятиях.

Воспоминания нахлынули потоком.

— Почему ты не носишь украшения? – как-то поинтересовался он, наблюдая за ней. – Они тебе не нравятся?

Таня сидела за столиком у зеркала и приводила свои волосы в порядок. Ему так нравилось смотреть на её грациозные движения, когда она водила расчёской по роскошным прядям.

— Дело совсем не в красоте. У бриллиантов нет души, они просто бесцветные камни. Я их из-за этого недолюбливаю. Мне больше нравится солнечный камень. Янтарь. Но почему-то все изделия из него очень грубые. И потом, тебе не надо делать мне таких дорогих подарков. Всё, что мне нравится, я могу купить себе сама, если ты не возражаешь.

— Но должен же я как-то проявлять к тебе внимание? – возразил он.

— Как-то ты обещал достать луну с неба. Помнишь? – Таня повернулась к нему, и её улыбка показалась ему озорной.

— Помню.

Михаил купил в магазине целую бобину сыра. Таня в тот день задержалась на работе. Она переоделась в домашний костюм и, не успела зайти на кухню, как Миша, подхватив её на руки, отнёс к барной стойке и вручил кругляш сыра.

— Это луна! – гордо произнёс он. Татьяна хохотала до слёз. Она поцеловала своего мужа в щёку за попытку быть романтичным.

— Умеешь удивлять.

Вспоминая это, Михаил снова улыбнулся.

На душе было очень неспокойно, но он уговаривал себя не торопить события. Пусть Таня сама сделает выводы и примет решение. Он терпеливо ждал целых три недели и был уверен, что сможет всё исправить. Так думал, пока Татьяна не позвонила ему.

— Миша, у тебя сегодня вечер свободен?

«Как приятно снова слышать её», — прижав трубку к уху, Данилов млел от голоса жены. Он так по ней соскучился, что просто кипел от нерастраченной любви.