Наталья Калинина – Может, это любовь? (страница 11)

Таня же неустанно подталкивала его к примирению. Михаил сначала отказывался, но, поразмыслив, решил, что времени прошло достаточно, чтобы остыть и всё обдумать. К тому же, он надеялся убедить мать, что Таня – вовсе не расчётливая вертихвостка. В итоге он согласился и теперь проклинал тот момент, когда раскрыл адрес их дома.

— Пару недель назад я была в вашем районе, – начала она рассказ. Заметив промелькнувшее недоверие в глазах сына о случайном появлении в их районе, пояснила: — рядом с вами открылся прекрасный торговый центр! – Миша кивнул, давая понять, что принимает её объяснение, а сам мысленно подталкивал её переходить к сути. Знал, что мать врёт, но решил дослушать её. — Решила заглянуть на чашку чая … Татьяна открыла, — голос матери сменил тональность, — но вся мокрая! А в ванной мужик сидит. Тоже весь мокрый! – она многозначительно замолчала и посмотрела на реакцию сына.

Миша, глядя на бегущую секундную стрелку на настольных часах, сосчитал до десяти.

— Это всё? – глубок вдохнув и выдохнув, спросил он. Не было желания снова ссориться с ней.

— ?! – Анастасия Афанасьевна открыла рот, захлебнувшись от возмущения.

— Они были мокрыми, — медленно проговорил Миша, решив поиграть на чувствах доморощенного детектива, — и голыми?

— Нет, — вяло ответила она, поняв, что её слова не произвели ожидаемого эффекта.

— Тогда дай мне закончить совещание, — вежливо попросил он её выйти.

Шумно выдохнув, Анастасия Данилова поднялась из кресла и направилась к двери.

— Я бы на твоём месте проверила…

— Мама, спасибо за заботу. Но мы каждый на своём месте, — он открыл перед ней дверь. Не добившись желаемого, она гордо подняла голову и вышла.

Как бы там ни было, зерно сомнения было посеяно в его душе.

Его не было месяц… И мысль о потере Тани для него стала единственным кошмаром, который он не смог бы пережить.

Как только мать узнала их адрес, она начала звонить ему по любому поводу и без. Вчерашний звонок не стал исключением: она кричала в трубку, обвиняя Таню в соблазнении его брата. А сегодня и вовсе ворвалась в кабинет, рассказывая о каком-то мужчине.

Данилов закрыл глаза и тряхнул головой. Прежде чем делать выводы, нужно разобраться в ситуации, а для этого – дождаться, когда эмоции улягутся. Он не сомневался в своей жене и подозревал, что мать либо сильно преувеличивает, либо намеренно провоцирует, вбивая между ними кол, чтобы он своими подозрениями задел чувства Тани, и они поссорились.

Миша прекрасно осознавал: визиты матери – сначала домой, потом в офис – были не просто так. Она явно стремилась рассорить его с Таней. Узнав, что он возвращается на неделю раньше, Анастасия Афанасьевна, скорее всего, рассчитывала на его немедленное возвращение домой и скандал. Но, обнаружив, что вместо этого Миша заехал в офис завершить дела, она тут же примчалась туда, чтобы подлить масла в огонь своим рассказом о каком-то неизвестном типе.

Окончание совещания Миша скомкал, оставив несколько вопросов на потом. Сердце рвалось домой, к Тане. Очень хотел увидеть её. Обнять.

На его мобильный снова поступил звонок с неизвестного номера. С него и вчера звонили несколько раз, но он не мог ответить, а после разговора с матерью и вовсе о нём забыл.

— Михаил Валерьевич? – спросил мужской голос.

— Да, — коротко ответил Данилов, стараясь узнать собеседника. – А кто вы?

— Пост охраны вашего дома, – отрапортовали там.

От нехорошего предчувствия по коже Миши пошли мурашки.

— Мы заметили подозрительного парня, который в последнее время крутится рядом. Он преследует вашу жену, а вчера на неё было совершено нападение…

У Миши зашумело в ушах. Остальные слова он слышал как сквозь вату. Схватив рабочую папку, он вылетел из кабинета.

Через час Михаил сидел на посту охраны, просматривая запись, напоминающую низкобюджетный боевик: Таня отбивается от Вадима.

— Мы вызвали полицию, но к этому времени неизвестный скрылся. Татьяна Дмитриевна отказалась подавать заявление в полицию. Сказала, что это семейные дела и вы сами разберетесь. Только после вчерашнего, — пожилой мужчина с военной выправкой указал на остановленный кадр, где Таня брызгает Вадиму в лицо чем-то из баллончика, — мы бы не хотели, чтобы вашей супруге причинили вред. Соседи тоже жаловались на его хулиганство. Вы знаете этого парня?

— Да,— коротко ответил Михаил.— И как часто он здесь появляется?

— Да почти каждый день, последний месяц!— воскликнул охранник.— Татьяне приходилось постоянно прятаться от него.

Данилов нахмурился, кивнул и, поблагодарив бдительных сотрудников, направился домой. Перед глазами всё ещё стояла картинка: Таня спотыкается, каблук ломается, и она падает, ударяясь о железную стойку.

Неприятное чувство поселилось в груди: «Что за чертовщина происходит? Танюш! Вчера же звонила мне, почему не сказала, что Вадим достаёт?!»

Разговор с Вадимом был коротким. Миша ворвался в комнату к брату. Тот, развалясь в кресле, с наушниками на голове, гонял на мотоцикле по виртуальной трассе. На экране мелькали огни, завывал виртуальный мотор. Вадим ухмылялся, входя на вираже на грани заноса — ему нравилась эта игра с опасностью, этот призрачный контроль над скоростью и риском.

— А ну иди сюда!

Миша грубо сдернул с головы брата наушники и выволок его из-за стола на середину комнаты. — Чтобы больше рядом со своей женой тебя не видел! — тряхнул он младшего за грудки, чувствуя, как его собственные пальцы дрожат от невыплеснутой ярости.

Всю дорогу сюда Миша строил в голове диалог с братом, хотел понять причину его поступков. Вадик и раньше досаждал мелкими пакостями, но этот вопиющий переход черты казался запредельной наглостью.

— Ха, а чё так?!— с издёвкой засмеялся Вадим, глядя в лицо взбешённого брата. — Испугался, что я помогу твоей паиньке «напряжение снять»? Или боишься, что наскучил ей, и она на молодых заглядывается?

Его ядовитый голос и намёки нажали на спусковой крючок. Это не был удар. Это был разряд. Молниеносное, короткое движение, в которое Миша вложил всю накопившуюся ярость. Кулак со всей силой врезался Вадиму в скулу. Глухой и влажный звук, отозвался в костяшках. Вадим отлетел, зацепив ногой стул, и тот с грохотом упал.

Подняв брата за шиворот рубашки, Миша поставил его на ноги и снова ударил. Вадим захрипел, и Миша почувствовал под рукой отдачу и хруст ломающейся кости. Кровь брызнула ему на рукав.

— Не ожидал от тебя… — сипло усмехнулся Вадим, с трудом поднимаясь на ноги и слизывая кровь с распухших губ. Его глаз уже заплывал. — Значит, всё-таки нажаловалась твоя сука?— проворчал он и тут же получил новую оплеуху.

— Миша! — воскликнула мать, прибежав на шум. Она спрятала лицо в ладонях, увидев разбитое лицо младшего сына. — Прекрати! Господи, что ты творишь!

— Это вы оба прекратите со своими подлянками! — его голос сорвался, в нём слышались и злость, и отголоски шока. — Чтоб ноги вашей не было в нашем доме!

Мужчина, почти не глядя, вытер кровь с кулака о дорогую рубашку. Спускаясь по лестнице, он чувствовал, как его начинает тошнить. От запаха крови, от осознания содеянного, от открывшейся в нём тёмной, дикарской стороны, которая была готова на всё ради счастья своей возлюбленной. Для него эта черта была не просто неприятна — она была пугающе чужда.

— Миша, очнись! Ты готов ради этой девки разрушить семейные отношения?! —Анастасия Афанасьевна бежала следом, цепляясь за рукав старшего сына, но он отцеплял её пальцы от себя, стараясь выбраться из дома. Бежать прочь. — Ты ради неё готов на всё. Даже убить брата? Но поверь, в один прекрасный момент она соберёт свои манатки, и с каким-нибудь мачо на твои денежки будет развлекаться в Лас-Вегасе!

Миша повернул голову в её сторону и бросил в неё такой взгляд, что мать отшатнулась от него.

— Прекрати! — процедил он, чувствуя, как его тошнит от всего этого.

Миша рухнул на водительское сиденье машины, которая через секунду с визгом колёс рванула с места.

Глава 16

Таня переступила порог квартиры, привычно повесив сумку на крючок. Воздух был наполнен едва уловимым присутствием Михаила и тонким ароматом его одеколона. Она любила этот запах, и от этого сердце сжалось от тоски по нему.

Её взгляд зацепился за мужские ботинки и пальто. Из кухни донеслось приятное шипение, и Таня поняла: он вернулся. Недоверчиво заглянув за угол, она увидела Мишу в забавном фартуке. Он тоже выглянул, поймал ошарашенный взгляд жены и подмигнул.

— Привет!

— Привет, ты уже вернулся?! – сбросив ботинки, она влетела в кухню. Миша колдовал над ужином, и помещение наполняли завораживающие ароматы.

— Да, решил сделать тебе сюрприз, дорогая, – ответил он, одарив её поцелуем, когда она обняла его за талию и потянулась к его губам. — Замёрзла?

— Нет, добралась без пробок. – Аппетитный запах дразнил ноздри, и Таня, не удержавшись, повела носом, словно ищейка. — Что такое вкусное готовишь?

— Секрет. Мой руки и садись за стол.

Миша заметил, что Таня слегка прихрамывает на правую ногу. Когда он взял её за кисть, чтобы поцеловать, его взгляд упал на пластырь, наклеенный на её мизинец. Чувствуя, как в нём закипает гнев, он поджал губы.

Таня послушно выполнила все указания и заняла своё место. Миша, прежде чем сесть напротив, наполнил бокалы вином.

– За возвращение! – провозгласила она тост со счастливой улыбкой на губах. В груди играла музыка, подпевая той, которая звучала по радио.