Наталья Иванченко – Время для людей (страница 17)

Остановив тяжелый взгляд на Степане, мужчина медленно опустился на корточки, пытаясь удержать равновесие. Мужское достоинство его свесилось почти до земли, и Андрей невольно отвел взгляд. Усевшись, пришелец опустил голову, охватил себя здоровой рукой за поврежденное плечо и тихонько завыл, раскачиваясь из стороны в сторону.

— Сергей… — тихонько произнес Степан, и Андрей сжался от ужаса, признав в голом безумном человеке помощника начальника службы безопасности, — Что с тобой?

Подняв глаза на звук голоса, Сергей уставился на Степана, наморщил нос, обнажил зубы и чуть слышно утробно зарычал. Часть скальпа медленно сползла с его головы и свесилась, как лоскут грязного белья, показав белую кость черепа. Инструктор сделал шаг вперед. Сергей с визгом отшатнулся, вскочил и, заслоняясь здоровой рукой от веток, бросился бежать вдоль рва по направлению к реке.

— Стой! — закричал Степан и бросился за ним. Ребята побежали следом.

Несмотря на свои травмы, безумец двигался очень быстро. Перемещаясь гигантскими прыжками, он добежал до реки, оглянулся, но, увидев за собой погоню, не раздумывая, кинулся в бурлящие воды.

— Куда?! — заорал Степан, останавливаясь у кромки воды.

Сергей вынырнул почти на середине реки. Он, видимо, пытался доплыть до противоположного берега, но сильное течение подхватило его, понесло, с силой ударило о черный камень, потащило дальше, ударило уже обмякшее тело о другой валун и сбросило в водоворот ниже по реке.

Все молча смотрели ему вслед.

— Это мы тоже обсуждать не будем? — тихо спросила Вероника.

Степан молча посмотрел на нее долгим взглядом, ничего не ответил и пошел за своим рюкзаком.

На завтрак инструктор выдал по банке тушенки и пачке галет. Свою невиданную щедрость объяснил тем, что впереди у них очень тяжелый день, и всем следует хорошо подкрепиться.

Каждый разогрел свою банку тушенки на костре, развели растворимый кофе в кипятке, вяло позавтракали.

— Андрей, расскажи свой сон, — потребовал Степан.

— Я уже его плохо помню, — помолчав, признался тот, — но зато отчетливо помню, что там, во сне, я ясно понимал природу всего происходящего здесь. Да там и не я был, по правде говоря. Там мужик какой-то лет сорока, а то и больше. Вояка. Я летел в вертолёте…

— В тот самом, что разбился? — быстро спросил Саша.

— Нет, — покачал головой Андрей, — этот вертолет был маленький, рассчитанный на двоих человек. И весь из стекла. Он был… Как бы сказать… Разведывательный, что ли. Мы были вдвоем, я и пилот. Летели обследовать местность, искали расположение врага.

— Врага? А кто враг? Американцы? — Костя даже подался вперед от любопытства.

Андрей помолчал, подыскивая слова.

— Ты знаешь, — с трудом сказал он, — вот там, во сне, я знал всё. Это было где-то на закорках моего разума, вся картина происходящего. Кто враг, что они из себя представляют. Какую опасность несут и как мы с ними боремся. А сейчас… Это ускользает от меня, как вода сквозь пальцы, — Андрей поднял руки, будто демонстрируя свои слова, подержал их на весу и в бессилии опустил, — не могу вспомнить. Но у меня такое чувство, что это и не люди вовсе…

Воцарилась тишина.

— Что я точно помню, так то, что они выходят из этой расщелины. Я её отчетливо видел. Черная, длинная, она змеилась по всему склону горы. И оттуда что-то выходило. Нечисть разная. Но у этой нечисти был хозяин, и он, как дирижёр, руководил и направлял все орды, выходящие в наш мир.

— Как он хоть выглядел?

— Не знаю. Тот вояка, кем я был, знал. И я знал, когда был им. А потом он умер, а я проснулся, и забыл.

— А как он умер?

— Нам приказали возвращаться на базу. А я, то бишь он, засмотрелся на трещину внизу. Там что-то произошло, очень красиво было, это я помню. А когда повернулся к пилоту, увидел, что тот горит. И загорелся сам. И умер. А я проснулся.

Он помолчал, вспоминая тот ужас, который пронзил его, понимание, что это всё, конец. И обжигающий огонь, уносящий жизнь.

— Так эта тьма за рвом — это из этой расщелины? — неуверенно спросил Саша.

— Не знаю, — пожал плечами Андрей, — возможно, что так и есть.

— Ребята, вы что, серьёзно? — Гена обвёл всех взглядом. — Это же просто сон. Мне такие сны по пять раз на неделе снятся. Да эротических столько же. Неужели вы принимаете это всерьёз?

— Принимаем, — твёрдо ответил Степан. — Есть что-то в этой местности… Мистическое, что ли, слова не подберу. Ну, в общем, я не исключаю, что Андрей видел, что происходило в действительности.

— Да если бы у нас такое было, мы бы все знали об этом! — выкрикнул Гена. Он поднялся со своего места, держа пластмассовую чашку одной рукой и навис над ребятами. — Будь у нас такой враг, это бы постоянно по телевизору крутили, интернет весь был бы загажен картинками, постами, мемами, подкастами. Такое не скроешь. А у нас, как вы знаете, тишина.

— Вот именно, — Степан поднял на него взгляд, — у нас тишина.

Он выделил голосом слова «у нас» и тут же семь пар глаз с изумлением уставились на него.

— Что ты хочешь этим сказать? — осторожно спросил Костя.

— Я уже сказал всё, что хотел. Но сейчас я хочу поговорить о другом. О наболевшем, — он покрутил в руках чашку с остывшим кофе. — Как вы все понимаете, одни мы не выживем, нужно искать людей. И сегодня этим и займёмся. В лес по левую руку от избы мы не пойдем. Он не зря огорожен рвом. Там погибли ребята из команды Павла. А уж они-то были не новички, да к тому же хорошо вооружены. И еще. В тот день, когда Андрей попал в петлю времени, он видел, как из леса появлялась тьма. — Андрей кивнул и поёжился, вспоминая прошлый день. — Поэтому путь туда нам заказан.

— Куда же мы пойдем? — дрожащим голосом спросила Вероника.

— Есть два варианта, — не обращая на неё внимание, продолжил Степан. — Пойти вниз по реке, туда, где мы нашли третий рафт. Мы в прошлый раз потеряли там очень много времени, когда искали пропавших. Теперь мы не будем тратить на это время, будем идти повдоль реки и либо выйдем к людям, либо найдем место, где можно пересечь реку и перейти на другой берег. Там на месте уже решим, переходить или нет. Либо второй вариант — углубиться в лес, куда ходил Саша со своей группой. Как я понял из вашего рассказа, вы тоже не увидели никаких препятствий, просто закончилось отведенное время.

Саша кивнул, подтверждая его слова.

— Я предлагаю первый вариант. Никакого особенного смысла в этом предложении нет. Просто потому, что легче идти по гальке, чем продираться сквозь ветки деревьев в лесу. Будем голосовать?

Он оглядел всех. Андрей переглянулся с Сашей и пожал плечами. Девочки молчали. Наконец, за всех высказался Костя.

— Ты знаешь, мне всё равно в какую сторону идти. Мы полагаемся на тебя, на твои знания местности.

— А вот это зря, — вскинулся Степан. — Я вам еще раз говорю, я не знаю, где мы, я никогда здесь не был.

— Я не верю тебе ни на грош, — Гена поправил очки указательным пальцем. — Ты завёл нас сюда, ты живёшь и работаешь здесь, значит, должен знать всю округу как пять пальцев.

Степан тяжелым взглядом уставился на Геннадия.

— Я даже комментировать это не буду, — наконец продолжил он, — Оставшуюся еду распределим на всех, каждый понесет свою долю. Проверьте чужие рюкзаки, переложите к себе вещи, которые могут пригодиться. Берите всё, что можно продать, обменять на еду. Теплую одежду, запасную обувь, украшения, если они будут в этих рюкзаках. Наберите как можно больше воды. Нож я возьму себе. Я не знаю, куда мы выйдем, и что это будут за люди. Вы тут меня спрашиваю, что я имею в виду, когда… Ну, в общем, я не уверен, что мы… ну, что мы в нашей реальности… — Степан запнулся, но тут же поднял руки в просьбе не прерывать его, — только не надо говорить, что я сошел с ума. Все последние события не могли происходить в нашем мире. Скорее всего, нас занесло куда-то… Ну не знаю куда. Я знаю одно — в нашей реальности Андрей не попал бы во временную петлю, и руки мёртвых людей не прыгали бы по камням… Значит, мы переместились в мир, где такие вещи возможны. Это произошло там, на реке, когда мы вошли в тот злополучный туман… И сейчас нам надо всем вмести, сообща, приложить усилия, чтобы вернуться домой.

Он помолчал, ожидая вопросов, но никто не проронил ни слова.

— Тогда за работу, — скомандовал Степан и первым поднялся из-за стола.

После нехитрых сборов сплавщики вышли из дома, тщательно закрыли дверь. Андрей подумал, что он-то уж точно не будет по нему скучать, слишком много страшных воспоминаний связано у него с этой избой.

— Как ты думаешь, Степан прав? — спросил он Сашу. — Ну, про то, что нас занесло в какой-то иной мир.

— Не знаю, — вздохнул тот, — с одной стороны, тут действительно творятся какие-то странные дела. Но кто сказал, что эти дела не могут творится у нас дома. Про ожившие части тела уже столько всего напридумывали. Сколько книг написано, комиксов. В семейке Адамс, например, тоже живая рука была. Ну не на пустом месте же это всё родилось. Значит, кто-то с этим уже сталкивался, не одни мы. А про расщелину… Ты меня извини, но я тоже думаю, что это просто яркий, необычный сон. И ничего более.

Дальше шли молча. Посовещавшись, решили срезать часть пути, не сразу выйти на берег, а пройти через лес, наискосок.

В мёртвом лесу ничего не поменялось. В полной тишине стояли высокие деревья, увитые мхом, протягивали друг к другу зеленые ветки-руки. Иногда ребята натыкались на огромные завалы сухих ветвей под шапкой зеленого мха. Встретив такую преграду в первый раз, Степан не захотел тратить время, прополз под завалом, вылез весь в паутине и еще долго отряхивался от мелких докучливых пауков. Девочки наотрез отказались повторять этот подвиг и пошли в обход. Встречались массивные валуны, через которые приходилось иногда перелезать, а иногда обходить стороной.