Наталья Иванченко – Время для людей (страница 19)
Глава 7
Андрей двигался, как во сне, прижимая к груди руки с зажатыми в них камнями. Он не помнил дорогу назад, ни то, как проходили по плато, ни то, как шли по мертвому, увитому мхом лесу. Когда ему говорили идти — шел, говорили остановиться — останавливался, глядя себе на кроссовки. Костя осторожно направлял его, помогая обходить встреченные препятствия на пути, Степан с тревогой наблюдал, но ничего не говорил.
К опостылевшему дому подошли, когда солнце уже стало склоняться к закату. Синие цветы ярко выделялись на фоне темных стен, дорожка змеилась, уходила в лес и дальше, к берегу. Костя с ненавистью пнул жабоподобного деревянного идола. Андрей обошел их стороной. Вошли внутрь, уже без удивления восприняли тот факт, что котел опять стоит в углу. Повесили его над очагом, налили воды.
Андрей сидел у стола, сгорбившись и повесив голову. Он не помогал друзьям, не разговаривал с ними, даже не снял рюкзак, лишь рассыпал камни по столешницы и бездумно водил по ним пальцами.
— Ты знаешь, — шепотом сказал Вероника, подсев к нему, — я ведь тоже захватила камни оттуда. Сама не знаю зачем, на память, что ли… Мне очень жаль, что это случилось, хочется помочь, но я не знаю как. Саша был такой хороший, такой хороший, — она всхлипнула.
Андрей медленно поднял на нее тяжёлый взгляд и девушка осеклась. Растерянно поднялась, высыпала камни к тем, что уже лежали на столе, и отошла.
Поужинали той же тушенкой с галетами. К чаю Степан вынул пакет с подсохшими уже мятными пряниками, раздал всем. Объяснил, что их он припрятал на крайний случай, попить чай со спасателями, например, но не судьба, видимо. Все выглядели осунувшимися. Костя молчал, не поднимая глаз от чашки с чаем. У Лиды под глазами залегли темные круги, между бровями обозначилась морщинка. Капюшон отбрасывал тень на ее лицо, делая старше и мрачнее. Она была рассеянна, погружена в свои мысли, не участвовала в общих разговорах. Даже Вероника растеряла свою жизнерадостность. Одна Татьяна была спокойна.
После ужина в доме воцарилась тишина. Лишь Костя ходил по комнате, меряя шагами пространство. В очередной раз поравнявшись с сундуком, он остановился, зачем-то потрогал кожаные ремни, щёлкнул пальцами по металлической полосе.
— Степан, дай нож, — повернулся он к инструктору.
— Зачем? — вяло спросил тот, но со скамьи поднялся, подошёл к Косте, на ходу отстёгивая ножны от ремня.
— Да вот хочу попробовать вскрыть эту штуку, — Костя подёргал за деревянный кол, вбитый в петлю. — Вдруг в сундуке есть что-нибудь такое, что объяснит, что тут, твою мать, вообще происходит… Гена, держи здесь, а я ножом постараюсь сбить эту деревяшку.
— Ну уж нет, — Гена сунул руки в карманы и помотал головой, — нож соскользнёт, и ты мне палец отрубишь, нафиг надо.
— Давай я, — Степан присел на корточки, плотно охватил петлю руками. — Только ты не бей наотмашь, а просто расковыривай. Это же древесина, должна поддаться.
— Расковыряешь тут… — пробормотал Костя, пробуя окаменевший кол на прочность.
Он вставил лезвие ножа в едва заметную трещину, нажал, пошатал из стороны в сторону. Деревяшка не поддалась. Костя с трудом извлек нож, ткнул в другое место, ударил кулаком по рукояти. Раздался едва слышный треск.
— Пошла, родимая… — пробормотал Костя себе под нос и еще раз нажал. Раздался треск, и длинная щепа откололась от запора.
Степан аккуратно извлёк отколовшуюся часть, забрал у Кости нож, и точным ударом расколол запор ещё на две части. Положил нож на стол, с трудом, раскачивая в разные стороны остатки кола двумя руками, извлёк из петель щепки.
— Готово, — сообщил он. Заинтересовавшись, подошли девочки, даже Андрей поднял голову.
Костя с усилием поднял тяжёлую деревянную крышку и тут же с разочарованием в голосе произнёс:
— Бумаги…
Он запустил руки в сундук, извлёк пачку бумаг, положил ее на стол. Потом еще и еще одну стопку. Степан пролистал несколько страниц.
— Тут какие-то формулы, графики… Ничего не понятно. Не для моего ума явно… Костя, больше ничего нет?
— Погоди ты, — приглушённо ответил тот из глубины сундука. — Тут же не видно нифига, на ощупь ищу… Вот еще что-то…
Он выпрямился, положил на стол какие-то предметы.
— Вау, — присвистнул Гена. Он поднял кожаную кобуру со свисающими длинными ремнями с защёлками, оглядел со всех сторон. И произнёс разочарованным голосом: — Блин, она пустая.
— А тут нож, — Степан взял второй предмет, достал из ножен нож. Он был длиннее, массивнее, чем тот, который отдал им Павел, на рукоятке из неизвестного тёмно-синего материала выжжено клеймо — змея с крыльями, кусающая себя за хвост.
Степан рукой отодвинул стоявшего у него на пути Геннадия, подошел к огню, присел, повертел нож. В глубине рукоятки что-то вспыхивало при каждом повороте и медленно гасло.
— А вот это, наверное, пистолет, — красный Костя в очередной раз вынырнул из недр сундука и поднял над головой ещё один предмет, завёрнутый в тряпицу. Он осторожно положил его на столешницу, аккуратно развернул тряпку и обнажил пистолет, матово отсвечивающий в свете костра.
— Дайте-ка… — Степан заинтересовался находкой, вернулся к столу. Положив нож, он аккуратно поднял оружие, осмотрел его со всех сторон.
— Умеешь?.. — спросил Гена.
— Неа, — ответил инструктор, — никогда не доводилось держать настоящее оружие в руках. Блин, он весь в смазке, почистить бы… Его я беру себе.
— Ты же не умеешь стрелять, — тут же окрысился Гена.
— А кто-нибудь умеет? — Степан обвёл всех взглядом. Все промолчали. — Ну тогда я, как командир, беру себе этот пистолет. Разберусь, наверное. Костя, глянь, патронов там нет?
Костя опять занырнул в сундук и вернулся уже с небольшой коробочкой.
— Они, походу. Держи.
— Тебе не слишком-то много? — не унимался Геннадий, — и нож Павла себе захапал, и второй нож и пистолет.
— Второй нож я хочу отдать Андрею, — Степан вложил нож в ножны и пододвинул к парню, — никто не против?
Все дружно закивали головой. Андрей без особого любопытства посмотрел на ножны, но всё-таки протянул руку, взял подарок и положил себе на колени.
— А пистолет я сейчас почищу, соберу, если что, будет чем оборонятся.
— Вот и первый лут найден, — с каким-то удовлетворением в голосе сказала Татьяна.
— Лут? — не понял Степан.
— Ну как в играх, не играл что ли никогда… Типа добытые ценности в игре, то, что позволит двигаться дальше.
— Ладно, лут не лут, но нам это точно пригодится чтобы выжить. Костя, положи бумаги назад, вдруг это что-то важное. А сейчас я предлагаю всем ложиться спать. Завтра тяжелый день, я подниму вас еще до рассвета, — объявил Степан. — Будем идти весь день. Но на берег уже не вернемся, пойдём другой дорогой, туда, куда ходили с… — он замешкался, бросил взгляд на Андрея, но произнести «Саша» не смог. — Ну, в общем, где вертолёт нашли. Выспитесь сегодня как следует, завтра отдыха не будет. Настраивайтесь на долгий, тяжелый переход.
Татьяна звонко рассмеялась. Все с удивлением посмотрели на нее.
— Что я сказал смешного? — с непроницаемым лицом обратился к ней Степан.
— Да всё ты сказал смешное. «Будем идти весь день…», «Пригодится чтобы выжить…» — передразнила она его. — Клоун… Хватит уже. Давайте это прекращать, я устала. Мне надоело бродить по округе, я ногу стёрла и хочу домой. Где тут камеры и микрофон? Куда говорить?
Она встала и прошлась по комнате. Осмотрела откосы окон, приподнявшись на цыпочках, изучила ступеньки, ограждения узкой лестницы, вернулась к столу.
— Таня, что с тобой? — с ужасом спросила Вероника.
— Со мной всё нормально, — огрызнулась та. — Мне просто надоел этот цирк. Вы что, еще не поняли, что это просто квест? Помните, как на 8 марта наше «любимейшее» начальство устроило нам поход в «Комнату страха»? Где за час мы должны были решить все задачи и выбраться из комнаты? Ну вот и сейчас эти креативщики устроили нам летний корпоратив с похожей тематикой. «Остаться в живых», «Главный герой», или что там еще… А наш инструктор — это просто ведущий этого нелепого шоу. И где-то здесь должны быть камеры и микрофоны.
Лида подняла голову, сбросила капюшон, недоверчиво уставилась на подругу. У Андрея мелькнула мысль, что в словах Татьяны есть здравое зерно, и он с надеждой повернулся к Степану.
— Скажи, это правда?
Тот с отвисшей челюстью наблюдал за Татьяной. Забывшись, достал сигарету, вставил в рот.
— Не кури в комнате! — прикрикнула на него Татьяна, и инструктор торопливо вынул сигарету, помял в руках.
— Степан, ответь, это правда? — шагнул к нему Костя. Он уже закрыл крышку сундука и с недоверием смотрел то на Татьяну, то на инструктора.
— Какой корпоратив, у нас тут люди умирают… — наконец ответил Степан.
— Да кто умер-то? — рассмеялась Татьяна, — Ну давайте обсудим все эти, якобы, «смерти». Один рафт уплыл, мы не знаем, что с ним. Возможно, люди в третьем рафте просто отказались участвовать в этом дурацком представлении. Высадились ниже по течению, проткнули баллоны для правдоподобности — ну не портить же игру остальным — и пошли домой. Или на банкет.
Андрей замер, открыв рот. Матерь божья… Тогда понятно, почему Марина так себя вела, с такой насмешкой смотрела на него. Она просто знала, что ему предстоит участие в этом шоу. Но почему не предупредила…