Наталья Гриневич – Тайна "Черного лотоса" (страница 3)

То, что произошло после, Донг плохо помнил — он ничего не успел толком понять. Дэй сильной рукой схватил его и, оттолкнувшись, мощным броском прыгнул в седло, одновременно закинув на коня Донга. Они помчались, только ветер засвистел в ушах.

Бандиты сначала онемели от удивления, потом раздался угрожающий рев и тут же команда «Догнать!».

Конь легко перепрыгнул через круг стоящих телег, которые огораживали лагерь. Донг не свалился только потому, что крепко вцепился в седло. Они выскочили в поле. Дэй направил коня в сторону реки — там заросли и огромные валуны. Есть где укрыться.

Погоня отставала от них, и этим воспользовался Дэй: он решил не рисковать — не прятаться в зарослях, а направить коня в реку.

Река подхватила их и понесла. Беглецы крепко держались за коня. Дэй рассчитывал на то, что они успеют скрыться за поворотом реки и бандиты их не увидят.

Так и случилось.

Мокрые и уставшие, беглецы только после третьего поворота петлявшей между холмами реки решились выйти на берег. Они долго лежали на песке, переводя дыхание. Конь пасся рядом. Солнце уже клонилось к закату, когда Дэй и Донг, обсохнув, решили поискать убежище на ночь.

Дэй не ругал мальчика за то, что тот не послушал его. Но Донг при этом чувствовал вину еще больше — лучше бы его отругали.

Наконец, Донг, не выдержав, решил объясниться:

— Дэй, я не хотел… то есть я хотел…

— Донг, я понимаю тебя, — прервал своего подопечного Дэй, потом улыбнулся и продолжил: — И, надеюсь, мне не придется спасать тебя в третий раз.

Донг облегченно выдохнул. Помолчали.

— Дэй, а ты и правда смог бы перепрыгнуть через шатер?

— Ну, если только с разбега, — сдерживая смех, ответил Дэй. — А с места навряд ли, — уже не сдерживаясь, засмеялся он. — Вот еще бы лет тридцать скинуть, тогда бы точно перепрыгнул. Ах, Донг, побеждает не всегда сильный и умелый, часто побеждает умный. Запомни это.

Они нашли небольшую пещеру, даже не пещеру, а углубление в скале, сделанное ветром и дождем. Коня решили оставить возле реки — слишком приметный и притягивающий к себе взгляды. С ним они далеко не уйдут, он может их выдать. А седло и узду взяли с собой. Возможно, всё это они смогут продать и купить еду или обменять на еду.

Ночь неожиданно быстро охватила горизонт, как будто хотела спрятать беглецов понадежнее.

Донг лег на бок и, поджав колени к животу, уснул сразу. А Дэй еще долго ворочался, пока не принял решение, и только тогда закрыл глаза.

Глава 3

Если есть деньги, можно и с богами договориться

Дэй проснулся рано — где-то совсем рядом блеяли овцы и покрикивали, щелкая кнутами, пастухи. Он сел и посмотрел на крепко спящего Донга. Будить его не хотелось, но надо было пообщаться с пастухами, возможно, раздобыть еды, узнать, где они находятся. Когда-то давно, очень давно Дэй был в этих местах, но сейчас всё казалось не таким или совсем не таким.

— Донг, — негромко произнес Дэй, чтобы разбудить мальчика. — Просыпайся. Ну, вставай же. — Дэй потряс Донга за плечо.

Донг очнулся. Ничего не понимая, он смотрел на Дэя, и на лице его появилось испуганное выражение.

— Донг, рядом с нами пастухи гонят овец. Наверное, к реке. Я сейчас пойду к ним, может быть, раздобуду еды. Посиди пока здесь. И… никогда не показывай свой страх. На твоем лице должно быть спокойствие, уверенность, сила, безразличие — что угодно, но только не страх. Ты даешь соблазн тем, кто находится рядом, проверить тебя на прочность. Иногда ради забавы. Потому что ты показываешь слабость, а слабого легко победить. Так уж устроены люди. Так устроен мир. И вообще, ты уже большой, будь сдержаннее.

Донг молча кивнул. И на лице его появилось выражение сосредоточенности.

Дэй улыбнулся.

— Если, конечно, ты не хочешь устроить представление.

Пастухов оказалось двое. Один в возрасте, но не в таком, чтобы спотыкаться. Другой молодой, очевидно, его помощник. Они действительно гнали небольшую отару к реке. Подошедшего к ним старика встретили доброжелательно — какой от него вред. И потом, не часто встречаешь путника на дороге. Интересно поговорить с новым человеком.

Обменялись приветствиями. Дэй сказал, что не один, и позвал Донга, который вышел из пещеры с таким выражением доброжелательности на лице, что Дэй еле сдержался, чтобы не рассмеяться.

Пастухи предложили разделить с ними нехитрый завтрак — рисовые лепешки. Когда немного утолили голод, завели разговор.

— Когда-то, очень давно, я был здесь. Но время всё меняет, — начал свой расспрос Дэй.

Пастухи согласились и дальше слушали молча, не перебивая.

— Мы направляемся к деревне, что находится у подножия Священной горы Хэншань. Скоро начнется Праздник середины осени, и нам бы успеть попасть на него. Вы не знаете, по какой дороге нам лучше пойти, чтобы успеть к празднику?

После некоторых раздумий старший пастух ответил:

— Да, этот праздник начнется через три дня. И путь у вас не близкий. Можно сократить дорогу, чтобы успеть. — Он взял веточку и стал чертить дорогу, рисовать горы, дома с крышами, очевидно, это было обозначение селений. — Вам все время нужно двигаться так, чтобы горы были у вас с левой стороны. И только когда покажется Священная Южная гора — Хэншань, сверните на горную тропу. А там совсем недалеко и деревня, которая вам нужна.

— Спасибо. Не согласитесь ли вы взять у нас седло в обмен на еду и сумку?

Пастухи переглянулись — это был неравноценный обмен, седло стоило дороже, но видно так нужно путникам.

— Пожалуй, мы поделимся с вами едой, — произнес старший. — И дадим сумку. — Пастухи встали, пора гнать овец дальше. — Пусть будет легкой ваша дорога. Да благоволит вам Небо!

Поблагодарив пастухов, Дэй и Донг отправились в путь. Коня они так и не увидели, наверное, он далеко ушел от реки. Сбрую взяли с собой. Может быть, удастся обменять и ее на еду. Наверняка не только они одни пойдут к священной горе на праздник. Можно будет влиться в толпу паломников и дойти вместе с ними. Лишь бы не встретить кто-то из тех, кто был в лагере бандитов. Но это маловероятно. Так рассуждал Дэй.

В первый день пути им не повезло с погодой — моросил холодный непрекращающийся дождь. И чтобы совсем не промокнуть, путники прятались в небольших каменных углублениях или под редкими древьями. И теряли драгоценное время. К полудню дождь прекратился. И они зашагали веселее, обсыхая на солнце. По пути им встречались то одинокие странники, то крестьяне, везущие на телегах продукты на продажу, а то и конники. Тогда Вэй и Донг опускали головы и старались быть незаметными.

И все-таки они шли медленно, очень медленно. Дэй прикинул, что если они с такой скоростью будут двигаться и дальше, то не успеют в деревню к празднику. И наверняка Донг скоро начнет уставать — ребенок. Надо было что-то придумать, чтобы его план удался. А что тут думать — нужна лошадь.

И Небо услышало их. На одном из поворотов Дэй увидел пасущегося жеребца. Это же тот гнедой, что спас их от бандитов! Раздумывать, как жеребец попал сюда, было некогда. Дэй с Донгом приблизились к коню, который, конечно, узнал недавних всадников и разрешил надень на себя узду. Они — хорошо, что стемнело — представляли собой интересное зрелище: два оборванца ехали на породистом, дорогом коне. И если бы не ночь, то наверняка кто-нибудь поинтересовался, откуда у бедного старика и мальчишки такая лошадь.

Дэй решил всю ночь и раннее утро провести в дороге, рассчитывая таким образом быстрее добраться до места. Это как раз была середина их пути.

Когда на дороге стало тесно от путников — а это говорило о скором появлении большого поселения, Дэй с Донгом свернули в поле. Там они сняли с коня узду, оставили его пастись и пошли пешком.

Город встретил их таким же шумом, движением и пестротой, как на дороге.

Донг никогда не был в городе. Он только успевал вертеть головой — всё ему было интересно, всё в диковинку.

Одноэтажные глинобитные дома с загнутыми вверх карнизами, с желтыми, красными и синими крышами.

Множество людей — в дорогих и попроще ханьфу, мужчины и женщины — деловито шагали по своим делам. Кричали разносчики еды, то тут, то там сновали подростки в шапках-колпачках. Молодой китаец с очень темной кожей продавал диковинные игрушки. Возле него толпились ребятишки. Донгу хотелось подойти к игрушкам и рассмотреть их. Но он не мог отстать от Дэя. И вообще он уже большой.

Дэй и Донг подходили к базару. Здесь им пришлось пробираться сквозь толпу. Терпко пахло специями, рыбой, жареным мясом, луком… Донг, глядя на лотки с едой, глотал слюни — он очень хотел есть, но молчал, стараясь не отставать от Дэя. А Дэй как будто прочитал его мысли.

— Не отставай, Донг. Сейчас мы продадим узду и пойдем в харчевню поедим. Смотри, вот ряд, где продают конную утварь.

Дэй решил не идти вглубь торгового ряда. Он остановился, как только увидел продавца, который продавал то, что им было нужно.

— Ни хао, уважаемый! — начал Дэй с приветствия.

Продавец, полноватый, с узкими хитроватыми глазками, в шляпе из бамбуковой щепы, задумчиво ответил на приветствие, стараясь в то же время понять: что хочет от него этот бедно одетый старик?

«А, он достает из сумки уздечку. И какого качества! — Лицо продавца озарилось подобострастной улыбкой. — Здесь можно заработать!»

— Не купишь ли, уважаемый, у меня узду? — спросил Дэй, расправляя свой товар.