Наталья Горская – Кадет (страница 15)

На естествознании для Дана наступили сладостные моменты. Началось изучение астрономии. Он извлёк из своего нехитрого имущества сокровище – карту звёздного неба, которую тайком выдрал из небесного атласа ещё в Торгенземе. Всё равно атлас никто, кроме него, не открывал, а карта ему пригодилась, как оказалось. Дагон сидел за первым столом, подперев рукой щёку и вдохновенно слушал Альфреда Стуруа, не скрывая восторга и восхищения. Слова о звёздах, кометах и созвездиях звучали для него как музыка. А старый добродушный библиотекарь в очередной раз отбивался от требований настырного кадета выдать ему что-нибудь по астрономии.

– Что за малявка во втором экипаже такой? – спросил после первых занятий Альфред Стуруа в преподавательской. – Глаз с меня не сводил, полон интереса и внимания.

– Малявка очень неглуп, – отозвался Зиц, – но я бы всё же был осторожнее в выражениях, ибо дядей ему приходится его величество Фредерик Карл Дагон. Но вы правы, мальчик обладает пытливым умом.

– Это верно, – подтвердил Флорен. – Кажется, ему интересно абсолютно всё. Надолго ли хватит ему такого запала?

– Подождите, господа, – пообещал многоопытный Зиц, – подрастёт, осмелеет окончательно, хотя и сейчас уже не робкого десятка, такое тут нам выкручивать примется. Сегодня, например, он умудрился вытащить своего бестолкового приятеля Равияра на «вполне хорошо» у меня на математике. Как – не понимаю, я его даже в коридор выпроводил, а всё равно умудрился.

Поздно вечером Дан торопился в библиотеку, пока старик Тирпик не ушёл. Коридоры учебного корпуса уже опустели, только возились с тряпками и вёдрами уборщики и дежурный наряд. Дан влетел в длинный коридор и, словно по льду, заскользил по мокрым от мытья доскам пола. Весело. Сегодня из-за сильного дождя отменили строевую, с вечерними классами он справился быстро и успел дочитать книжку про гладиаторов. Он понёс её в библиотеку.

Внезапно он остановил свой бег. Ух ты! Дверь в преподавательскую была широко открыта, а в комнате никого! В дневные и вечерние часы сюда даже подходить боязно, а сейчас вот, смотри – не хочу. Дан, конечно, тут же шмыгнул в открытые двери и ничего особенного не обнаружил: шкафы, столы, стулья. В шкафах за стеклянными дверцами – книжки, тетрадки. Дан в задумчивости постоял, его постигло разочарование.

Он ещё раз оглядел стены, и глаза его вспыхнули радостью. На большом щитке в строгом порядке расположились ключи от всех-всех учебных классов. Отдельно висела парочка ключей… от… От чего? Дан встал на цыпочки и тихонько снял один такой ключик. Аккуратно выглянув в коридор и убедившись, что он пуст, вставил ключик в замочную скважину. Да, так и есть! Это ключ от преподавательской! О, с ключами у него своя отдельная история была когда-то в Торгенземе. Рука сама, не слушая никаких доводов рассудка о порядочности и благородстве, осторожности и воровстве, опустила заветный ключик в карман форменных брюк. Владея им, он получит доступ в святая святых. Так же аккуратно кадет Дагон вышел в коридор и набрал скорость. Во-первых, подальше от места преступления, во-вторых, надо всё же успеть в библиотеку.

На обратной дороге он раздумывал, как можно использовать такую бесценную вещь, настоящее сокровище. Ключ надо бы куда-то спрятать, чтобы он был всегда под рукою, и в то же время никто его не увидел. Никакой мысли, чтобы рассказать друзьям о своём ценном приобретении, Дан даже не допускал. Об этом никому ни слова, тем более Тиму, он такой болтун. Наконец нашлось подходящее местечко – полая ножка кровати. Улучив момент, когда в казарме никого не оказалось, Дан перепрятал ключ в тайник. И можно было спать спокойно, применение ключу он найдёт обязательно. Единственное, что немного смущало, – пропажа одного их двух ключей может стать заметной. Но прошло несколько дней, и всё осталось спокойным. Никто не подумал на приготовишку, они в учебный корпус заходили редко и со страхом. Один Дагон вечно бегал в библиотеку, расположенную в правом, дальнем от входа крыле.

Незаметно подошла к концу осень в бесконечной шагистике, классах, нарядах и увольнениях. Всё было проще во второй год учёбы. Так казалось Дану, но не Тимоти Равияру. Перед ним непреодолимым препятствием встала математика, и профессор Зиц никак не снисходил к его трудностям. Уже у Тима начало получаться лучше, благодаря бесконечной помощи друга, но всё же никакой уверенности не было, что он напишет переводные зимние экзамены. Их никто не любил, зимой пересдача экзамена в случае отметки «чрезвычайно плохо» не предусмотрена, а перевод ступенью ниже возможен. Это неприятно и стыдно. Тим смеялся над парой неудачников из второго отделения в прошлом году. В этот раз, похоже, сам станет посмешищем. Никто больше него математикой не занимался. Дагон вздыхал, глядя на не всегда удачные попытки друга. Ему осточертели дроби, он злился на бестолковость Тима, но упрямо помогал ему и Артуру Лендэ. Неудачи Тима и Артура по математике сблизили их. Дан бесконечно ломал голову над тем, как помочь им во время экзамена. Его интерес был личным, он не желал расставаться с Артуром и тем более с Тимом.

Дан всё же придумал и решился на отчаянный поступок накануне зимнего экзамена по математике. Все, от мышат до гардов, видели, как полковник Артон, отвечающий в корпусе за учебную часть, вышел из главного здания с пачкой пакетов. В них рубежные работы по математике для экзамена. Все также хорошо знали, кроме робких пока мышат, что пакеты поутру разберут, достанут из конверта работу и перепишут её на доску. А лежать пакеты будут в преподавательской, которую обязательно запрут на ключ.

Но у маленького приготовишки Дагона был ключ. Дан ночью, представив казарменному надзирателю, что ему срочно нужно в уборную, тайком выбрался из корпуса и почти голый помчался в учебное здание. Скорость не отменила скрытность, он пробирался хитрыми путями. Дан уже высмотрел, что если парадные двери запирают, то маленькая дверь ночной сторожки всегда открыта. Он дождался, когда, глухо покашливая, ночной сторож отправился проверять этаж за этажом, и быстрой тенью взлетел на второй этаж. Ему нужно было дрожащими от холода и волнения руками отпереть дверь, закрыться изнутри преподавательской, очень осторожно и быстро зажечь свечной огарок, найти нужный конверт. Их не заклеивают! Он обратил на это внимание. Дальше: достать из-за пазухи лист бумаги и карандашный огрызок, быстро списать условия задач. Потребовалась четверть часа времени. Так, теперь придать стопке конвертов первоначальный вид, погасить свечной огарок. Он вдруг выскользнул из пальцев и ускакал во мрак. Чёрт! Найти на ощупь ключ в замке. И снова той же дорогой проскочить в здание приготовительного отделения. Хитрость удалась!

Никто даже не заметил, когда он шмыгнул в кровать. Казарменному надзирателю не хватило воображения, чтобы представить мечущегося зимой в одном нижнем белье по территории корпуса приготовишку. Дан крепко замёрз и с большим трудом лишь к рассвету согрелся. Внутри он ликовал от мысли, что поможет друзьям на экзамене!

Сонный Равияр и такой же сонный Лендэ хныкали, не желая просыпаться значительно раньше, чем положено. Дан отвесил обоим крепкого пинка, вытолкнул в читальную комнату и заставил решать написанные на листочке серые карандашные примеры.

– Решайте, тупицы чёртовы, – приказал Дан без всякой деликатности. – Это вам надо, а не мне. Ты, Равияр, забыл, что за твоё «чрезвычайно плохо» розги полагаются мне?

Друзья старательно сопели, решали примеры, а потом пробрались обратно в койки уже перед самой побудкой.

– Дан, – прошептал Тим, – откуда у тебя эти примеры?

– Приснились, – хмыкнул Дан.

Он никому ничего не скажет, ключ – только его секрет. Он поторопился сунуть в ножку кровати даже задания, чтобы никто не увидел. Потом бросит бумажку в огонь, а ключ отнесёт в Пригорье к Отто. Единственное, что обжигало его страхом, – мысль о свечном огарке, который улетел на пол в преподавательской.

Утром на плацу перед всеми отделениями господин адмирал что-то говорил об уме и знаниях, но его слушали плохо. Экзамен по математике – самое трудное, что можно придумать, причём для всех воспитанников без исключения. Озадаченные лица были даже у гардемарин.

В классе царили страх и напряжение. Первым, увидав записи на доске, успокоился Стентон. Дик сразу принялся за дело, он хороший математик. Тим поглядел на доску и онемел от восторга. Они с Артуром решали те же примеры под тычки и ворчание Дагона тремя часами раньше. Он всё знал, прямо всё-всё! С лица у Дагона тоже сбежали забота и тревога, он заметил на физиономиях своих невезучих приятелей радость и довольно улыбался. Ему профессор Зиц выдал другую работу, на отдельном листке. Дан недолго смотрел на него, вдруг профессор придумал хитрость, от которой голова кругом пойдёт. Нет, всё понятно и знакомо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.