Наталья Гайс – Модус Эффектора (страница 35)

– Кто? – строго спросил рогатый, глядя на Илария болотного цвета глазами.

– Новый сотрудник. Вербую, – ответила женщина.

– А это? – рогатый недовольно и как-то болезненно кивнул на мальчика.

– Подопытный! – холодно пояснила она, и рогатый чем-то щелкнул перед их лицами, больно ударив в глаза ослепительным светом. После чего обернулся на большой экран и оценив быстро бегающие красные колонки, тяжелым взглядом смерил женщину.

– Он в розыске! – слова его молотом ударили Илария по голове.

– Да, он в розыске! – спокойно ответила женщина. – Не нагнетайте ситуацию.

– Но почему без сопровождения? – спросил рогатый и глаза его покраснели.

– Сама справлюсь.

– Не могу пропустить. Придется вызвать кое-кого.

– Ну так вызывайте побыстрее. Мы торопимся.

Рогатый тронул предмет в своем ухе, чуть больший по размеру, чем у нее и заговорил с кем-то невидимым на английском, как показалось Иларию, языке.

– Нижние этажи заблокированы, так что подождите пока там.

Он указал на красные мягкие сиденья у стены, и ничего не понимающий в происходящем Иларий спустил наконец-то сына с рук. Тот дожевывал свою конфету и казался каким-то очень уж сонным.

– Эй, приятель, – обратился к нему Иларий, – ты спать, что ли хочешь?

– Процедура будет недолгой, – тихо предупредила его женщина и присела рядом. – Главное – не волнуйтесь.

– А почему не пришла Флоретта? Раньше она приходила.

– Вас чем-то не устраиваю я?

– Мне показалось – она более опытна.

– Вам показалось!

– Вы прокололись в обмане сразу. Зачем? Теперь он не поверит.

– Это искусственная геотская раса. Они туповаты.

В ее голосе он почувствовал нотки скрываемой обиды. Видимо его недоверие сильно ее задело.

Из-за угла появились двое в темно-зеленой, похожей на кожаную, некрасиво обтягивающей их непропорциональные тела, одежде. Они очень суетились и махали перед лицом направившейся к ним женщины прямоугольными мигающими приборами. О чем они говорили – Иларий понять не мог, но, глядя на все происходящее, он вдруг словно переродился. Это же так очевидно, что все чудеса науки, которые он наблюдает уже несколько лет, просто небеса по сравнению с той примитивной жизнью и тем миром, в котором приходится обитать простым людям. Ему неожиданно стало понятно, чего не хватает в его медленной, непростой работе. Ему не хватает свободы сознания. Он ведь разумом словно прикован к ощущению своего времени. И это мешает деятельности ума. Это как рамки, как паралич. А ведь преград быть не должно!

– Преград быть не должно… – тихо повторил он, подойдя к спорящим охранникам и своей проводнице. – Я могу вам чем-то помочь? – неожиданно фривольно спросил он.

– Отойдите и не мешайте! – приказала она, сердито метнув в него молнии.

– Я к вам обращаюсь, господа геоты! – не слыша ее, продолжил Иларий и желтоватые глаза охранников остановились на нем. Зрачки их были кошачьи – продолговатые. Но вместо страха Илария охватил восторг от увиденного. – Слушайте, а ведь вы прекрасны! – он протянул руку, чтобы коснуться странно отсвечивающей кожи на лице одного из них, но тот растерянно отдернулся. – И судя по грубой поверхности вашей кожи – вы не хомосапиенсы.

– Петр Алексеич! – неожиданно произнесла его имя женщина, но слушать ее он не собирался.

– Ваша порода слаба, не так ли? – продолжил Иларий, и охранники переглянулись. – Вам нужна помощь. Вы мало живете, я думаю. Лет до сорока. Я слабый генетик. Не очень опытный. Но когда-нибудь я хотел бы вам помочь и увеличить срок вашей жизни. Потому что знаю, как! – И Иларий ткнул указательным пальцем себе в висок. – Сознание! Вся жизнь здесь! Все, что вы видите, что чувствуете, все здесь! Я могу перенести вашу жизнь в любое тело или сразу в несколько тел! Я работаю над этим!

Иларий торжественно улыбнулся и снова протянул руку к лицу затаившегося охранника.

Над помещением, словно из динамика, прогремел голос, говорящий все на том же непонятном языке.

Женщина в ответ что-то крикнула вверх – в мигающую под потолком точку.

– Кто это был? – восторженно глядя на нее, спросил Иларий.

– Управляющий участком. Спрашивает, почему нас не пропускают.

– А ты? – Иларий смотрел на нее во все глаза, но она не ответила.

– Не слушайте ее! – крикнул Иларий светящейся точке. – Я многое могу! А вы наверное моего брата ищите! Мы с ним похожи. Только он умер давно! Еще в седьмом году! Дурак был, потому и умер! Сам виноват!

Женщина посмотрела на него так, словно ей стало дурно.

– Но ваши энергетические слои идеально совпали! – грозно прогремел голос ниоткуда. – Так мне сейчас подсказывает помощник.

– Как генетик вам говорю – это ничего не значит.

– А почему вы с ребенком?

– Мне не на кого его оставить! Я решил остаться в Охре! Буду совершенствовать природу страждущих.

– Что-то мне имя ваше не знакомо! Фальшивое никак?

– Что за страсти-напасти! Считайте, что с сегодняшнего дня нет у меня имени вовсе!

– Пропустите их! – лениво пробурчал голос. – Сами пусть разбираются!

Пока Иларий восторженно и с любопытством прощался за руку с охранниками, спутница его схватила на руки Мишу и побежала вниз.

– Ты сошел с ума! – кричала она на бегу, и он едва улавливал обрывки ее слов. – Что ты нагородил?!

– Скажи, наконец, свое имя! – почему-то потребовал он, едва за ней поспевая.

– Руфь! – бросила она через плечо, и они спустились на этаж ниже.

Миша уснул и совершенно ни на что не реагировал, что сильно беспокоило Илария. Он потрогал его лоб.

– Ты что – еврейка? – спросил он, внимательно посмотрев в ее серые глаза.

– Нет! Просто имя нравится.

– Так, а настоящее?

– Нет настоящих! И у тебя его уже нет! И даже от фальшивого ты только что отказался! Спит он! – успокоила Руфь Илария. – Снотворное я ему дала с конфетой. Так надо. – Она сунула ему ребенка и оглядела этаж. – Вон ты здоровый какой! И в плечах, и ростом! Тащи сам…

– Приказано пропустить, – сонно ответил очередной, на этот раз нормального облика, охранник, видя ее замешательство. – Идите спокойно.

– Не пойму – почему они пропустили нас? – С тревогой в голосе пробормотала Руфь. – Я готовилась отбиваться!

– Поверили мне… – спокойно ответил ей Иларий.

– Чему?! Ахинее про их спасение?! Твоя кровь у них давно во всех базах! Ты же знаешь! Мы же их путаем, потому так и пошли.

– Значит, подвох готовят! А ты на что рассчитывала, спускаясь сюда?

– Не поверишь – меня не предупредили, – немного подумав, ответила она. – Странно… Мальчика проверили. Сомневаться в нем не должны. Неужели догадываются, куда мы направляемся?

– А куда мы направляемся?

– На поезд! – резко ответила Руфь, и они наконец-то перестали спускаться. – Там всего два вагона. И, скорее всего, больше никого не будет. Что и хорошо и плохо.

– Это же на какую глубину мы спустились?

– Этажей десять… Это не глубоко. – Она посмотрела в его красивые голубые глаза, скользнула по лицу взглядом. Изогнутые брови, аккуратный профиль, слегка капризные, идеально очерченные, чуть пухлые губы, каштановые волосы, высокий лоб, круглое лицо и большая родинка на скуле под короткой, почти прозрачной бородой. Да, это он. Как она и предполагала. Его она видела в Египте. Только имя забыла… Значит, все получится. Значит, пройдут они. – Поезд…

Не успел он отреагировать на ее слова, как слева от них возникло нечто фантастическое. И только сейчас Иларий заметил большой, похожий в очертаниях на подкову, тоннель, в котором стоял теперь красивый, небесно-серебристый поезд. Он не видел рельсов, не слышал ужасного шума, который издают поезда. У Илария даже закрались сомнения: а то ли он видит, о чем думает?

– Это… поезд? – неуверенно спросил он и в ответ получил насмешливый взгляд спутницы. Двери разошлись в стороны так, словно растаяли. Они ступили в салон с красными откидными креслами, экранами, стеклянными столиками. Мест было всего шесть. Иларий уложил на свободное кресло мальчика и сначала со страхом, а потом с нахлынувшим восхищением осмотрел вагон. – Да здесь же жить можно.

Толчка он не почувствовал, за окнами непроглядная темнота, но скорость ощущалась буквально физически.