Наталья Франсси – Эмоциональный рейх (страница 2)

– Но ведь должна же быть польза от системы? Люди стали более гармоничными…

– Людей принуждают к гармонии. Это не одно и то же. – Алекс наклонился ближе. – Дэвид, скажите честно: что вы чувствуете к своей жене?

Дэвид замолчал. Потом тяжело вздохнул.

– Иногда раздражение. Иногда усталость. Она постоянно контролирует меня, проверяет мою лояльность системе. Я чувствую, что живу под наблюдением.

– И это нормально. Это здоровая реакция на нездоровые отношения. Но система квалифицирует ваши сомнения как патологию.

– Что же мне делать?

Алекс посмотрел в окно. На улице патрулировала группа социальных инспекторов в темно-синей форме. Время было на исходе.

– У вас есть выбор, – сказал Алекс тихо. – Завтра вас заберут в Центр. Там вы пройдете курс "гармонизации" – комбинацию психотерапии, медикаментозного лечения и нейростимуляции. Через полгода вы выйдете оттуда другим человеком. Ваши сомнения исчезнут. Вы будете счастливы.

– Но это буду не я.

– Именно. – Алекс убрал планшет. – Или вы можете попытаться сбежать.

– Сбежать? Куда? Система контролирует все.

– Не все. Есть места, где ЭРС-сканеры не работают. Есть люди, которые помогают таким, как вы. Но это будет трудно. Вы станете изгоем.

Дэвид молчал, переваривая услышанное.

– А что с вами? Почему вы мне это говорите?

– Потому что завтра у меня диагностика. И я знаю, что не пройду ее. Мой отец создал эту систему, веря в благородные цели. Но он понял свою ошибку слишком поздно. Я не хочу повторить его путь.

– Ваш отец – Джеймс Морган?

– Да. Вы о нем слышали?

– Конечно. Его называют отцом эмоциональной диагностики. Героем, который помог человечеству обрести гармонию.

Алекс горько усмехнулся.

– Герой, который покончил с собой от чувства вины. Система скрыла правду о его смерти.

Дэвид почувствовал, как внутри что-то переворачивается. Если даже создатель системы усомнился в ней…

– Что мне нужно делать?

Алекс протянул ему небольшую карточку.

– Завтра в шесть утра приходите по этому адресу. Там вас встретят. Дальше – решать вам.

– А если я передумаю?

– Тогда идите в Центр и станьте счастливым. Многие выбирают этот путь. Никого не осуждаю.

Дэвид спрятал карточку в карман. На душе было странно – впервые за месяцы он чувствовал, что у него есть выбор. Настоящий выбор.

– Доктор, а вы сами куда пойдете?

– К подпольщикам. К тем, кто верит, что люди имеют право на свои собственные эмоции. Даже если эти эмоции не идеальны.

– Подпольщики существуют?

– Движение Подлинности. Мы называемся так, потому что верим в право человека быть подлинным, а не правильным. Нас не так много, но мы есть.

Алекс встал, оставив на столе деньги за кофе.

– Решение за вами, Дэвид. Но помните – система работает только до тех пор, пока люди в нее верят. Каждый, кто отказывается от принудительного счастья, делает трещину в этой вере.

После ухода доктора Дэвид долго сидел в кафе, рассматривая карточку. На ней был только адрес – старый промышленный район на окраине города. Место, которое власти собирались снести в рамках программы городской модернизации.

Дэвид думал о детях. Если он сбежит, их передадут в другую семью. "Эмоционально стабильную" семью. Они будут расти, не зная правды о своем отце. Будут считать его больным, опасным.

Но разве лучше им будет, если он вернется из Центра другим человеком? Если они будут любить того, кем он притворяется, а не того, кто он есть на самом деле?

Телефон снова завибрировал. Сообщение от жены: "Детей заберу к родителям. Не пытайся связываться с нами."

Дэвид закрыл глаза. Выбор был сделан за него.

Глава 3. Подполье

В пять утра Дэвид стоял перед входом в заброшенный завод. Ржавые ворота были приоткрыты. Он толкнул их и вошел внутрь.

Завод не работал уже пятнадцать лет. Огромные цеха стояли пустые, покрытые пылью и паутиной. Но Дэвид заметил признаки недавнего присутствия людей – следы на полу, потертые перила лестниц.

– Мистер Харрисон? – из темноты вышла женщина лет сорока в простой рабочей одежде. – Я Лена. Доктор Морган сказал, что вы можете к нам присоединиться.

– Где остальные?

– Пройдемте.

Она провела его через несколько цехов к старому грузовому лифту. Кабина опускалась куда-то в подземелье. Дэвид не знал, что под заводом есть подвалы.

– Мы их вырыли сами, – объяснила Лена, заметив его удивление. – Работали два года. Здесь ЭРС-сканеры бессильны – слишком много металла и электромагнитных помех от старого оборудования.

Лифт остановился. Двери открылись, и Дэвид увидел настоящий подземный город.

Просторные коридоры, освещенные мягким светом. Жилые комнаты, общие помещения, даже небольшая библиотека. По коридорам ходили люди разного возраста – от подростков до пожилых. Всех их объединяло одно: в их глазах не было той безмятежной пустоты, которую Дэвид привык видеть на лицах "гармонизированных" граждан.

– Добро пожаловать в Подземелье, – сказала Лена. – Здесь живут те, кто отказался от системы принудительного счастья.

– Сколько вас?

– В этом убежище – около двухсот человек. По всей стране – несколько тысяч. Не так много, но мы растем.

Они прошли в общий зал, где за длинным столом сидели человек десять. Дэвид узнал доктора Моргана и удивился – тот выглядел более спокойным, чем вчера.

– Дэвид, – встал Алекс. – Как дела с диагностикой?

– Я не пришел на нее.

– Значит, теперь вы официально числитесь в розыске. – Алекс подвинул стул. – Садитесь, расскажу, как мы здесь живем.

За столом Дэвид познакомился с другими обитателями Подземелья. Анна – бывший психолог, отказавшаяся использовать принудительную терапию. Михаил – инженер, который создавал системы защиты от ЭРС-сканирования. Светлана – учительница, уволенная за то, что учила детей критически мыслить.

– Расскажите ему о Великом Обмане, – попросила Лена.

Алекс кивнул и активировал голографический проектор. В воздухе появилась схема человеческого мозга.

– Дэвид, что вы знаете об истории создания ЭРС-технологии?

– То, что учат в школе. После кризиса 2071 года ученые поняли, что большинство социальных проблем возникает из-за того, что люди не умеют любить себя. Была создана система диагностики, которая помогает выявлять и лечить эмоциональные нарушения.

– А теперь правда, – сказал Алекс. – В 2071 году действительно произошел кризис. Но его причиной стала не эмоциональная нестабильность людей, а коллапс экономической системы, основанной на потреблении. Люди начали понимать, что работают на кого-то еще, покупают вещи, которые им не нужны, живут чужими целями.

Голограмма изменилась, показывая массовые демонстрации тех лет.

– Люди требовали права на подлинную жизнь. На работу, которая приносит радость. На отношения, основанные на искренности, а не на социальных обязательствах. Это была революция сознания.

– И что произошло?

– Элиты испугались. Если люди перестанут жить по навязанным стандартам, вся система рухнет. Поэтому был разработан план: убедить людей, что проблема не в системе, а в них самих. Что они просто "неправильно себя любят".